Можно обнаружить это явление на химическом уровне: одни вещества благотворно влияют на наш организм, а другие наносят ему вред. Даже при переливании крови необходимо определять ее группу, иначе, вместо того чтобы вылечить человека, можно его убить.
Второй момент связан со всей нашей культурной традицией. С древнейших времен и до наших дней люди верили в существование колдовства, сглаза, белой и черной магии. Психический фетишизм проявляется в элементах нашей одежды.
Когда я сам занялся анализом этих явлений и установил за ними много реальных фактов, я истолковал их как свободное пересечение семантических полей.
Среди прочего семантическое поле передает эмоциональное состояние субъекта. Например, предположим, что за обедом вы сидите с человеком, который вам крайне неприятен. Даже если перед вами любимое блюдо, присутствие этого человека будет вызывать реакцию отторжения во всем вашем организме. А если вы ограничиваетесь куском хлеба и глотком воды, но делите их с приятным для вас человеком, то все идет прекрасно и ваш организм находится в расслабленном состоянии. То же самое касается эротических ощущений: стоит только подумать о любимом или привлекательном для вас человеке, а тем более оказаться с ним рядом, как вы заметите некоторое оживление половых органов. Если же на его месте окажется человек, неприятный вам с эротической точки зрения, половые органы тут же потеряют стимул к деятельности.
На основании этих и других примеров можно утверждать, что происходит положительное или отрицательное воздействие (конечно, с точки зрения влияния на субъекта, получающего определенный импульс).
Все мировые религии затрагивают вопрос о добре и зле, утверждая, что следует молиться святым, прося защиты от зла, которое постоянно рядом с нами.
Психологи должны принимать во внимание эти воззрения, а также отношение к предметам, имеющее место в религии и в массовом сознании людей, поскольку все эти представления существуют столько, сколько существует человек.
Как психологи, мы должны установить реальность, которая скрывается за этими мифами.
Сейчас мы не будем углубляться в эту проблему и пытаться найти решение[29]. В этой лекции я остановлюсь на общих аспектах негативной психологии, которые вы должны распознавать при работе с конкретным клиентом.
В моей клинической практике нередки случаи, когда больной быстро выздоравливал, если его удавалось отдалить от определенной среды или конкретного человека.
На предыдущих лекциях я уже говорил о языке нашего организма и существовании семантического поля. Если сорвать с дерева лист и бросить его на землю, то он засохнет в течение одного дня. Но если листок надломить и оставить на дереве, то он будет засыхать дольше, может быть, два или три дня, в то время как живые листья в непосредственной близости от него потеряют часть жизненной силы. Дело в том, что мертвый лист продолжает поглощать энергию, и живой лист должен производить ее для себя и для умирающего листа.
Существует язык общения между человеком и растениями. У растений особая чувствительность к негативному человеку. Так, в присутствии определенных людей некоторые растения вянут, хотя и получают достаточно воды; у других же людей они активно растут.
Между человеком и животными тоже существует язык общения: животное всегда выражает бессознательное своего хозяина. Этим я не хочу сказать, что человек, живущий в согласии с растениями и животными, совершенен и позитивен. Можно лишь утверждать, что этот человек витален по отношению к растениям и животным. Нужно еще доказать, витален ли он по отношению к людям.
Например, когда я утверждаю, что мать негативно влияет на сына, то я имею в виду, что взаимодействие между ними является наихудшим по своему характеру. В той мере, в какой мать совершенно осознанно любит сына, отказываясь от себя во имя другого человека, жертвуя всем ради него, в той же мере она губит и насилует объект своей полной самоотдачи и любви.
Я анализировал явление негативности в семейной жизни. Приведу два случая, которые мне особенно запомнились. В первом дело происходило в очень богатой семье: отец был инженер, мать – преподавательница, жили они в прекрасном доме. Внезапно у их сына двадцати двух лет начались серьезные проблемы со здоровьем. Родители испробовали все средства, начиная от религии, заканчивая психологией, пытаясь вылечить его. Наконец они обратились к крупному психологу, который заявил, что его болезнь вызвана недостатком любви со стороны родителей. Он считал естественным, что так как первоначально родители не хотели появления этого ребенка, то в период кризиса подросткового возраста ему стала необходима эмоциональная компенсация. Мать, следуя советам этого психолога, начала окружать сына вниманием и заботой, никуда от себя не отпуская. Он был всегда с ней, дома и на даче. Он даже спал в ее постели. Через двадцать дней сын покончил с собой: в его жизни был максимум аффективного присутствия матери.
Второй случай был связан с молодым человеком из Латинской Америки, который приехал в Рим лечиться от эпилепсии. Через месяц он стал выздоравливать, но в это время из Латинской Америки приехал его психоаналитик (это была женщина, близкая подруга его матери). Целью ее приезда было успокоить его мать, которая волновалась за сына, поэтому она как бы привезла с собой ее эмоциональное присутствие. Мать думала: «Ему, наверное, трудно без меня в чужой стране. Пусть хотя бы его психолог будет рядом с ним, передавая любовь его матери в далеком краю».
До ее приезда у юноши прекратились приступы эпилепсии, но после встречи с психоаналитиком и долгого разговора о матери и семье он внезапно умер.
Я стал анализировать эти явления, потому что не мог понять, почему люди, окруженные такой любовью, так рано умирали.
В своей клинической практике я всегда сталкивался с тем, что если удавалось отдалить молодых людей от семьи, то они немедленно выздоравливали. И сегодня многие из них занимают ведущее положение в обществе.
Но часто случалось и так, что, как только человек выздоравливал, родители уговаривали его вернуться домой. Они говорили, что обо всем позаботятся, что дома будет лучше. Сегодня из тех, кто вернулся, никого нет в живых.
В то время меня обвиняли в том, что я отдаляю подростков от родителей, запугивая их смертью, если они вернутся домой. Но я всего лишь предупреждал их, что, вернувшись домой, они не выздоровеют.
Расскажу вам еще об одном эксперименте. Возьмем, к примеру, две пары родителей, одна из которых больна раком, а другая – туберкулезом, и поменяем их детей, родившихся в один день. Каждая пара воспитывает ребенка, сохраняющего свои биологические признаки. В результате через некоторое время дети начнут приобретать симптомы болезней небиологических родителей.
Я обнаружил, что приемные дети всегда приобретают болезни воспитывающих их семей. Это очевидно опровергает некоторые законы наследственности, но я в свое время был директором детского приюта, и известные мне факты заставляют о многом задуматься.
Но сейчас нас интересует, как зарождается и как действует негативная психология.
Причина негативной психологии заключается в организмической фрустрации, в неосознанной неудовлетворенности, от которой страдает определенный субъект. Речь идет о фрустрации, которая стремится компенсировать недостающие субъекту элементы.
К примеру, возьмем «хорошую девушку», которая не удовлетворена в половой жизни или не смогла когда-то выйти замуж за человека, которого очень любила. Таким образом, на данный момент в отношениях со своим партнером это неудовлетворенная женщина, фрустрированная эмоционально и эротически. Или предположим, что эту женщину ожидала блестящая карьера, которая по какой-то причине не осуществилась. Оскорбленная в своей гордости, в своих амбициях, женщина начинает «вкладывать» себя в своего сына или дочь. Механизмы проецирования или переноса очень реальны, и наш организм переживает их как конкретную реальность.
Может случиться, что женщина купает своего ребенка, находясь в ссоре с мужем. Будучи фрустрированной по отношению к своим природным инстинктам, она в момент прикосновения к ребенку передает ему особую форму эротизма, не отдавая себе в этом отчет. Она может быть абсолютно фригидной со взрослым мужчиной, но, обладая эротизмом, будет передавать его, не ведая того, своему ребенку. Таким образом, мать делает малыша своим соучастником, объектом компенсации ее латентной фрустрации, и передает ему аффект, эротизм, непропорционально большой для него. Ребенок привыкает к чему-то чрезмерному. Вместо того чтобы получать необходимое ему на данный момент, он в избытке получает аффект и эротизм.
