— Ага, бульон есть, отлично, — вынесла вердикт все та же Вика — самая деятельная из нас. — И только попробуй сказать, что тебе ничего не нужно, — велела, заметив меня на пороге кухни.
Вздохнула.
Можно подумать, это поможет.
Хотя стоило бы. Девчонки приехали учиться из другого города и жили в общаге, так что им деньги были куда нужнее, чем мне, а, судя по количеству принесенных продуктов, они на меня потратили половину своих припасов.
— Слушай, надо было мясо все-таки взять, — вставила Алена, подведя не хитрый итог своей инвентаризации моего холодильника. — Хотя бы куриные бедра.
О, Боже…
— Девочки, я вас прошу, не надо мне ничего. Завтра зарплата, я сама все куплю, что надо.
— Завтра с тебя твою зарплату сдерет подчистую твой банк, так что не вешай нам лапшу, подруга, — отмахнулась Вика, закидывая в мойку картофель с морковью. — Значит, я в магазин докупать, а вы пока начинайте готовить, — велела, прежде чем свалила. — И чтоб никаких сплетен до моего возвращения! — прокричала уже из подъезда, прежде чем захлопнуть за собой дверь квартиры.
Мы с Аленой остались наедине.
Та, хоть и посматривала на меня с любопытством, но расспросы не устраивала. Вместо этого принялась за чистку овощей.
— А ты учи дальше, — махнула рукой в сторону лежащего на кухонном столе ноутбука и тетрадей с конспектами.
Я и здесь не стала спорить.
Только кивнула в знак благодарности и действительно занялась делом.
На самом деле мысли больше занимало то, какие у меня все-таки замечательные подруги, и как мне с ними повезло. Ведь не бросили наедине с проблемами. Вообще предлагали денежную помощь. Я отказалась. Зачем вешать на других свои проблемы? Тем более, сумма не десятками тысяч измеряется, а всеми сотнями. И пусть мы виделись, что говорится, раз в пятилетку, но и Алена, и Вика — обе готовы были приехать в любое время суток по первому же зову. Да и звать их не надо.
Так что, когда девчонки закончили готовку, и мы втроем принялись за поздний ужин под бутылку домашнего вина, я рассказала им обо всем без утайки.
Глава 10
— Вот как-то так, — подвела я итог своего рассказа.
— Хрена себе, у тебя страсти бушуют, пока мы в нашей альма-матер зубы о гранит науки точим, — выдала прифигевшая Вика.
А вот Алена промолчала, о чем-то сильно призадумавшись. Я же на такое восклицание едва заметно вздохнула, помешивая ложкой суп. Я бы лучше тоже гранит науки грызла, чем так.
— Я думала, такое только в книжках или фильмах случается, — продолжала фонтанировать эмоциями Вика.
— Я до сегодня тоже так думала, — хмыкнула.
Еще недавнее плохим настроение резко повысилось, стоило поделиться случившемся с девочками. И вообще теперь больше воспринималось как какое-то забавное приключение, чем нечто серьезное и страшное. Наверное, потому что ничего прям плохого со мной так и не произошло. А так… есть что вспомнить и рассказать потомкам.
Но то я.
А вот Алена так не считала.
— То есть он не просто тебя украл, но и знает о тебе немало. Причем выяснил все это, получается, за довольно короткий срок, всего пара-тройка часов с момента вашего столкновения, так?
Так…
— Из твоих уст это звучит так, будто он сталкер какой-то, — проворчала я, тоже хмурясь.
— Нет, — покачала головой Алена. — Я совсем не это имела в виду. Я просто подумала… если он спонсирует тот клуб, то может вы уже встречались? Просто ты не запомнила. Вот он и… — ухмыльнулась.
— Поверь, его бы я точно запомнила, — нервно хохотнула. — Его нереально не заметить и забыть.
А червячок сомнений уже вгрызся в мозг, порождая сотню догадок на этом фоне.
Вдруг правда?
— То есть, мужик хорош собой?
Кто о чем, Вика все о том же.
И вот что сказать?
Не говорить же о том, что его образ так крепко впечатался в сознание, что я с легкостью могу воспроизвести каждую черточку хмурого лица, могучих плеч, тренированного тела, ощутить его жар, вкус поцелуя, запах одеколона…
Нет, такое точно лучше не сообщать!
Хватит того, что мне до сих пор не дает покоя несостоявшаяся ночь с ним, и то, что он вытворял с моим телом на протяжении целого часа.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Мужик, как мужик. Только богатый и следит за собой. Одежда с иголочки, прилизанные волосы, весь такой из себя, — пожала плечами как можно безразличней.
«Лгунишка», — заметило с ехидством собственное подсознание.
— То есть понравился, — сделала собственные выводы Вика.
Мог бы. Не будь он таким придурком.
— Але, Вика, он меня похитил и чуть не поимел против воли, ты о чем? — пощелкала пальцами перед ее лицом на всякий случай, чтоб уж точно выкинула из головы странные мысли.
И я вместе с ней.
— Не поимел же, — пожала она плечами.
— Согласна. Хотел бы просто взять, сделал бы это без всяких уговоров и пари, — поддержала ее Алена.
Где-то тут я подумала, что видимо как-то не так преподнесла им информацию о произошедшем. Иначе с чего они вдруг романтику увидели там, где ее нет? Вот и не стала спорить. Перевела тему на учебу.
Ход оказался верным. Остатки вечера я слушала последние сплетни университета, в котором появлялась через раз в последнее время. Завтра придется обивать пороги преподавателей, чтобы меня простили и допустили до зачетов и экзаменов. Но в конце концов, училась я платно и хорошо, несмотря на многочисленные пропуски, преподы меня любили, так что за это не волновалась. И утром собиралась с улыбкой на губах. Но тут дело еще в том, что мои девчонки остались с ночевкой, скучать точно не приходилось. Так что порог универа переступала все в том же хорошем настроении. Которое тут же угасло под натиском реальности.
— Но за что? — непонимающе уставилась на нашего декана — Полину Витальевну, женщину лет пятидесяти, со строгим пучком русых волос и голубым взглядом из-за толстых линз очков.
Та устало вздохнула. Сняла очки и провела пальцами по переносице.
— Ты пропустила несколько семинаров, не сдала три доклада, допуски к экзаменам не получены, посещаемость оставляет лучшего. Я прикрывала тебя, как могла, но больше не могу. На последнем собрании было принято решение исключить тебя.
Что я там вчера говорила?
Сейчас мне казалось, что моя жизнь кончена.
Да как так-то?
Может я и не лучшая ученица, но уж точно не самая худшая!
А они…
— Но я же могу хоть сейчас все сдать. Спросите любую тему, по любому предмету, я все знаю. Полина Витальевна, вы же знаете меня. Да, у меня сейчас не самый лучший период в жизни, но я же справляюсь. И не так много у меня долгов. Да и те сегодня же все досдам, какие нужно.
— Да понимаю я все, Ириш, — вздохнула повторно декан. — Мы все понимаем. Но решение принято не нами, а ректором, и обжалованию не подлежит. Могу только посоветовать взять тебе академический отпуск. За лето решишь проблемы, с сентября вернешься к учебе.
— Опять на третий курс? — взвыла обреченно.
Который почти окончила…
Да как так-то? Что за напасть такая? С работы уволили, теперь еще и из университета выгоняют. Сговорились они все что ли?
— Мне жаль, Ириш, правда, — одарила женщина меня сочувствующим взглядом, поднимаясь из-за стола. — Но академ — это единственное, что я могу тебе предложить в текущей ситуации, — приблизилась и неуверенно тронула мое плечо.
Она явно хотела еще что-то добавить, но в кабинет вошел другой студент, и мне пришлось уйти.
Да и что она могла мне еще сказать?
Добить если только.
И все-таки бред какой-то.
Вчера с работы уволили, теперь с учебой проблемы нарисовались.
Как проклял кто.
Спасибо, выплата пришла к обеду, как и обещалось. Хотя заявление на академический отпуск я все же написала. Пусть и было безумно обидно. Получалось, сотня тысяч, оплаченная бабушкой с помощью взятого кредита на мое обучение, вылетела в трубу. Как и я зря горбатилась эти полгода на его выплату.
Хоть садись, где стоишь, и в голос рыдать начинай.
