Белов видел, как матросы большими ножами принялись перерезать удерживающие лодку на весу тросы. Он понимал, что если тали будут перерублены не одновременно, то людей ждет гибель — шлюпка ударится кормой о воду и обязательно перевернется. Он кинулся к ним.
— Стойте! — крикнул он. — Подождите. Пусть сначала перерубят кормовой таль, а носовой надрежут. Когда трос будет перерублен, одним ударом дорежем второй таль.
Так и сделали. Белов сам надрезал носовой трос до нужной толщины. И когда лопнул кормовой таль, рубанул со всей силы по натянутому, словно струна, подрезанному наполовину тросу. Лодка ухнула вниз, корма первой ударилась о набежавшую волну, подпрыгнула и, прежде чем выровняться, сильно качнулась вправо. Те, кто сидел у правого борта, свалились в воду.
Но и этого оказалось мало разбушевавшейся стихии. Следующая волна подхватила шлюпку и с размаха ударила ее о стальной борт, разнеся в щепы. Оказавшиеся в холодной воде люди отчаянно барахтались. Те, кто остался на шлюпочной палубе, закричала от ужаса.
Вахтенный офицер, руководящий вываливанием шлюпок за борт и их спуском, тут же зычно крикнул:
— Барбадосцы, спасайте людей! Круги на воду!
При чем тут жители Барбадоса, Белов сначала не понял, но увидел, как чернокожий матрос и несколько его товарищей прыгнули в бурлящую воду. Вслед за ними за борт полетели спасательные круги и несколько концов. Все с тревогой следили за отчаянными попытками смельчаков спасти несчастных пассажиров — большинство из них составляли как раз женщины и дети. Было заметно, что эти самые барбадосцы были отличными пловцами. Им удалось не только самим не утонуть, но и спасти многих. Увы, не всех.
Остальные шлюпки пока висели на талях, опасно раскачиваясь и тем самым пугая сидевших в них пассажиров. Члены команды попытались спустить на воду еще одну шлюпку, полную женщин и детей. Им это удалось, многие уже перевели дух — наконец-то хоть что-то получилось, но тут произошло несчастье. Одна из тяжеленных станин шлюпбалки сорвалась с креплений и рухнула прямиком на эту лодку. Все, кто в ней был, мгновенно погибли.
Белов не мог поверить своим глазам — да что за напасть такая! Одно к одному! Он заметил, что у двух шлюпок матросы не могут отсоединить удерживающие их гаки. Еще одна шлюпка сама сорвалась с талей и заскользила по палубе к правому борту. И это судно капитан называл счастливым?!. Да-а-а, каков поп, таков и… пароход.
А волны уже перекатывались по правой стороне прогулочной палубы. Судно практически легло на правый наветренный бок. Люди в спасательных жилетах и нагрудниках прыгали в воду, не дожидаясь шлюпок. Матросы выкинули несколько спасательных плотов, и это все, что они успели сделать.
Принимая участие в спасательной операции, Белов позабыл о своих чудо-часах. Спохватился, глянул: оставалось чуть меньше получаса.
Значит, нужно продержаться еще с полчасика и все — нах хауз. А теперь пора убираться с тонущего парохода — «Вестрис» агонизировал. Еще немного, и он пойдет ко дну.
К этому времени большинство пассажиров и членов команды покинули судно. Многие просто кидались в бушующие волны. Часть из них так и не выплыла, другим удалось добраться до лодок и плотов.
Белов кинулся к последней шлюпке, возле которой возились двое темнокожих матросов. Подбежав, хрононавт узнал тех самых барбадосцев — отличных пловцов. Как видно, лодка никак не хотела соскакивать с кильблоков.
— Я помогу вам, — выкрикнул сквозь шум ветра Белов.
Втроем они взялись за тали и буквально выдернули шлюпку из захватов. Она повисла над кромкой воды, которая почти подошла клевому подветренному борту. Правый уже скрылся под волнами. Им удалось быстро отсоединить носовой таль, а кормовой никак не поддавался.
Они запрыгнули в лодку и принялись перерезать прочный трос. В это момент нахлынувшая волна подняла шлюпку и обрушила ее вниз. Трос дернулся и вырвал рым, за который цеплялся. К счастью, им удалось удержать лодку на плаву. Оба матроса прыгнули в воду и принялись вытаскивать барахтающихся среди волн людей. Белов удерживал лодку и принимал спасенных.
Так им удалось втащить в шлюпку два десятка человек — большего они сделать не могли.
Лодка медленно дрейфовала неподалеку от места трагедии. Белов посовещался с матросами, и они решили пока не грести — неизвестно, в каком направлении придется двигаться, когда подоспеет помощь. Связь с другими лодками — и визуальную, и голосовую — они потеряли. Рации на шлюпке не было, лишь несколько сигнальных ракет. Решили их пока не выпускать, экономить. Все чутко прислушивались — не раздастся ли гудок или еще какой сигнал от прибывших спасателей?
Все, конечно, были измучены и подавлены случившимся… К тому же томила неопределенность — найдут ли их в темноте среди волн?..
Но вот забрезжил рассвет, и стихия понемногу успокоилась. До возвращения домой второго сколковского хрононавта оставалось меньше четверти часа, когда послышался шум подходящего к месту крушения большого судна. В следующую минуту по воде зашарили мощные прожекторы. Матросы со шлюпки, уже более не медля, выпустили одну за другой ракеты в воздух.
Их обнаружили!..
Они энергично, сменяя друг друга, заработали веслами. Вскоре перед ними вырос высоченный стальной борт лайнера. В первых рассветных лучах они сумели прочесть надпись: «Берлин». Сверху им бросили тросы, чтобы закрепить их на шлюпке и поднять ее на палубу. Увы, этот маневр не прошел: один из рымов, за которые цеплялись гаки, был вырван. Тогда с судна прокричали, что им придется прыгать в воду и добираться до судна вплавь.
Потерпевшим кораблекрушение кинули несколько концов и веревочных трапов. Около десятка спасательных кругов уже плавало около шлюпки.
— Слушайте меня внимательно! — обратился Белов к своим спутникам. — Сейчас вы по двое прыгнете в воду и поплывете вон к тем лестницам и тросам. Хватайтесь за них и лезьте наверх. Гребите энергично, чтобы не окоченеть и не потерять сознание. Мы подведем лодку максимально близко, но так, чтобы не ударило о борт.
Когда шлюпка подошла на безопасное расстояние, Белов скомандовал:
— Вперед! Сначала мужчины, потом женщины и дети. Вы помогайте им в воде, — обратился он к барбадосцам, — я буду страховать с лодки. И хватайтесь за круги…
Люди один за другим плюхались в воду и тут же принимались грести в направлении спасательного судна. Тем, кто не умел плавать, помогали матросы. Вот уже первые пассажиры утонувшего «Вестриса» ухватились за концы тросов и полезли по трапам. И тут случилось непоправимое…
Белов пристально следил за переправкой людей на «Берлин». Он решил не плыть к спасателям, отсидеться в лодке: времени-то до возвращения оставалось всего ничего. В какой-то миг что-то необычное привлекло его внимание. Боковым зрением он увидел неясное движение неподалеку от места спасения. Он резко повернулся и похолодел: слегка волнующуюся гладь океана разрезал зловещий острый плавник. Акула!..
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
