Простое нажатие десяти кнопок - и проходит полтысячи лет, и господство Трантора распространяется, пока не охватывает половину Галактики.
По мере того как Транторианская Республика превращалась в Транторианское Содружество, ее путь проходил сквозь чащу погибших людей, погибших кораблей, погибших миров. Но все это придавало Трантору силу.
А сейчас Трантор трепетал на грани нового превращения: из Транторианского Содружества в Галактическое, когда его господство поглотит все звезды и настанет вселенский мир. И Эблу хотелось именно этого.
Итак, поможет ли это Трантору? - вот о чем думал осторожный Посланник год назад при первом разговоре с доктором Джунцем.
- ...Нет, я вовсе не сержусь на ваших агентов, пущенных за мной по пятам, - говорил Джунц. - Вероятно, вы осторожны и не должны доверять никому и ничему. И все-таки: почему мне не сообщили, когда местопребывание разыскиваемого мною человека было обнаружено? Или вы тоже не знали, что искать его на Сарке бессмысленно, поскольку весь этот год он был на Флорине? Но теперь вы нашли его, и я хочу с ним поговорить.
- Я сожалею, но вы не сможете этого сделать.
- Почему?
- Хорошо, я отвечу вам. Потому что двенадцать часов назад Матт Хоров, транторианский агент, был убит флоринианским патрулем. Двое флориниан, которых агент прятал у себя, женщина и мужчина, - по всей вероятности, разыскиваемый вами наблюдатель, - ушли, исчезли. Очевидно, они попали в руки Сквайров.
Джунц приподнялся с кресла.
Эбл спокойно поднял к губам стакан с вином и произнес:
- Официально я ничего не могу сделать. Убитый был флоринианином, а исчезнувшие, пока мы не сможем доказать обратное, тоже флориниане.
ПАТРУЛЬНЫЙ
Рик проснулся в серой мгле рассвета. Долгие минуты он лежал, проверяя свой разум. Что-то в нем зажило за ночь; что-то проросло и стало цельным. Это готово было случиться еще с той минуты, два дня назад, когда он начал "вспоминать". Процесс продолжался весь вчерашний день. Поездка в Верхний Город, библиотека, нападение на патрульного, потом бегство и встреча с Пекарем - все это действовало на него как фермент. Ссохшиеся волокна мозга, давно замершие, начали вынужденную болезненную деятельность. Теперь, после сна, в них чувствовалась слабая пульсация. Он думал о пространстве и о звездах, о долгих одиноких странствиях, о великом молчании. Наконец, он повернул голову и окликнул:
- Лона!
Она мгновенно очнулась, приподнялась на локте, вглядываясь в его сторону.
- Я чувствую себя прекрасно, Лона. Я вспомнил еще больше. Я был на корабле и знаю в точности...
Но она не слушала его. Натянула платье, стоя к нему спиной, загладила передний шов-застежку и нервно потрогала пояс. Потом подошла на цыпочках.
- Тсс, не говори так громко. Все в порядке.
- Где Резидент?
- Его нет. Он... он ушел.
В комнате стало светло, и появилась массивная фигура Пекаря. Его толстые губы растянулись в улыбке:
- Вы рано проснулись.
Они молчали.
- Сегодня вы уйдете.
Она помнила, как он смотрел на Рика после того, как Резидент ушел.
- О вас сообщено кому следует. Вы будете в безопасности.
Он вышел, но вскоре вернулся, неся пищу, одежду и два таза с водой. Одежда была новая и казалась совершенно незнакомой.
Он смотрел, как они едят, потом сказал:
- Я дам вам новые имена и новые биографии. Вы должны внимательно слушать, чтобы ничего не забыть. Вы не флориниане, поняли? Вы брат и сестра с планеты Вотекс. Вы посетили Флорину...
Он продолжал, рассказывая подробности, задавая вопросы, слушая ответы.
Рику было приятно, что он может продемонстрировать свою память, свою способность к восприятию, но Валона казалась обеспокоенной.
Пекарь заметил это.
- Послушай, девушка, если начнешь куражиться, я отошлю его одного, а ты останешься здесь.
- Нет, нет... - затрепетала Валона. - Я не доставлю вам никаких затруднений.
Солнце стояло уже высоко, когда Пекарь вывел их на улицу. Рик с изумлением оглядел себя, насколько мог. Он не знал, что одежда может быть столь диковинной. Валона совсем не походила на работницу с плантаций. Даже ноги покрывал какой-то тонкий материал, а каблуки были такие высокие, что ей приходилось очень осторожно балансировать на ходу.
Собрались прохожие, разглядывая их, окликая друг друга, переговариваясь. В большинстве своем это были дети, женщины, идущие на рынок, мрачные и оборванные бездельники. Пекарь словно не замечал их. В руках он сжимал толстую палку.
Вдруг дальние окраины окружающей толпы возбужденно заволновались, и Рик различил черную с серебром форму патрульного.
Вот тогда это и случилось. Оружие, выстрел, упавший Пекарь и снова безумное бегство. Неужели черные тени патрульных будут вечно гнаться за ними?
Они очутились в трущобах одного из дальних пригородов. Валона тяжело дышала, и на ее новом платье проступили влажные пятна пота.
Рик задохнулся:
- Я не могу больше бежать!
- Нужно!
- Подожди. - Он уперся, но она тянула его. - Слушай меня.
Страх и паника постепенно покидали его.
- Лона, куда мы бежим, зачем? На нас же костюмы жителей другой планеты... Смотри, это дал нам Пекарь.
Рик возбужденно достал из кармана маленький прямоугольник, разглядывая его с обеих сторон и пытался раскрыть, как книгу. Ему это не удалось. Тогда он ощупал его края. Когда пальцы сжались на одном из углов, что-то щелкнуло, и одна сторона прямоугольника стала молочно-белой. Мелкие буквы на ней были непонятными.
Рик догадался:
- Это паспорт. Значит, можно улететь отсюда. Ведь Пекарь хотел, чтобы мы покинули Флорину. На корабле. Давай так и сделаем.
- Рик, но нас поймают!
- Не поймают, если мы полетим не на том корабле, на котором он хотел нас отправить. Там нас будут подстерегать. Нам нужно лететь на другом корабле. На любом другом.
Корабль! Любой корабль. Эти слова пели у него в ушах. Была его идея удачной или нет - ему все равно. Ему хотелось быть на корабле. Хотелось быть в пространстве.
- Ладно, Рик! Я знаю, где тут космопорт. Когда я была маленькой, мы иногда в свободные дни ездили туда и смотрели издали, как корабли взлетают.
Контролер с улыбкой посмотрел на остановившихся перед ним мужчину и женщину, неловких и вспотевших в своем странном одеянии, сразу выдававшем в них чужеземцев. Женщина протягивала паспорт сквозь прорезь.
Взгляд на нее, взгляд на паспорт, взгляд на список забронированных мест. Он нажал нужную кнопку, и из автомата выскочили две прозрачные ленты.
- Ступайте, - нетерпеливо сказал он. - На-деньте их себе на руки и идите.
- А где наш корабль? - вежливым шепотом спросила женщина.
Это ему понравилось. Чужеземцы не часто попадаются в космопорту Флорины. В последние годы они встречаются все реже и реже. Но когда они появляются, то это тебе не патрульные и не Сквайры. Они не знают, что ты только флоринианин, и разговаривают с тобой вежливо.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
