ветер качал ветки деревьев. Стена синей зоны мерцала белыми искрами, будто она вся заряжена током.
– Эй! Вы меня слышите! – не выдержав закричал я.
Там в камерах, на тех уроках, нам каждый раз говорили о том как опасно общаться со врагами, доверять кому либо, что каждый может предать. Нам вбивали в головы то, что все кругом эгоисты и будут спасать только себя. Нас пытались морально закалить, но не все так восприимчивы ко внушениям и гипнозам. Рано или поздно нервы сдают.
– Ответьте! Я просто хочу поговорить! – повторил я.
Некто не отвечал.
Я не надеялся с ними договориться, я просто хотел знать что они такие же люди как и я. Оставалось 4 минуты. Вот вот уже бы всё закончилось. Страшно было подумать что примерно за четыре часа погибло 97 человек. Что за такое такой относительно короткий промежуток времени, целый остров поглотит синяя зона. А ведь я видел лица всех этих людей. Там, на линейке. Я посмотрел на лево, потом направо. Я не запомнил всех, но я точно видел каждого. Я видел тех кого убью, с кем буду разговаривать, тех, с кем останусь в последние минуты битвы.
Вдруг я услышал резкий топот по лестнице на верху. Враг спустился проверить меня на третьем этаже. Потом он спустился на второй. Я стоял за стеной в самой дальней комнате. Враг перебегал из одной комнаты в другую пытаясь меня найти. В нужный момент я выглядываю и стреляю в него. Он прячется в другой комнате. Понимая что скоро пойдёт зона, я забежал к врагу в комнату. Он не успел даже приготовить оружие, как я прострелил ему грудную клетку. Осталось 2 человека и одна минута. Надо было срочно что-то делать. Я бежать на крышу не хотел, враг ко мне тоже. Но иначе мы умрём оба. Или же… Оставалось 10 секунд. Я вышел прямо на середину и выпил энергетик. 3, 2, 1. Зона пошла. Она была всё ближе и ближе ко мне. Я стоял в самом конце от лестницы у окна. Там где зона окончательно замкнётся. Она начала касаться моей кожи, пока не захватила меня всего. Теперь весь остров был поглощён синей зоной. Меня начало трясти. Казалось будто меня сжигают заживо.
– Боже! – закричал я от боли.
Такие же крики я слышал на верху женским голосом. Мне было тяжело стоять и упираясь спиной на стену, я съехал на пол. Вот-вот я умру. Моргать было страшно, так как я понимал что вот вот отключусь, что уже не смогу открыть глаза. Голову что-то сдавливало. От болевого шока я уже мало что чувствовал. Слышал лишь звон в ушах. Я старался не упасть на пол и смотрел во все стороны.
– Что с ребёнком?! – повторял я.
Девушка кричала и плакала. Сигнализация орала во всю. Я метался из стороны в сторону и пытался найти выход из торгового центра.
– Что с ребёнком?! – повторил я со всей злобой и отчаянием.
Девушка смотрела на все те трупы на полу и нервно поглаживала окровавленный живот.
– Что ты наделал… – прошептала она.
Я увидел какой-то свет в конце коридора.
– Я позову на помощь, жди меня тут, – сказал я и побежал.
– Лекс! – крикнула она вслед.
Как я попал на ту базу? Я не помню. Помню только как просыпался каждое утро от звуков рупора. Завтракал тем что давали, обедал тем что давали и ужинал тем что давали. Каждый день в одной комнате. Казалось что так я жил всю свою жизнь. Помню были вопросы: «Ты знаешь как тебя зовут?» Я отвечал: «конечно, моё имя Дженнет». Они смеялись. Мои лучшие друзья, голоса из стены. Иногда меня кормили разными таблетками. Мой любимый десерт. И вроде бы вскрывали мне череп, копались в моих мозгах пока я спал. Мои лучшие сны. Разве не так прошли все мои 29 лет? Если не столько, то намного, намного больше. Я чувствовал что этот срок был очень долго. Как нескончаемый мучительный сон. Не чего не знаю, не чего не скажу. Кто мой враг? Тот кто не в моей команде. Куда нажимать? На курок. Выключите этот рупор, я хочу спать. Мне надоели ваши уроки. Но это последний урок: хочешь жить, надо выиграть.
Я очнулся. Судя по всему прошло пару секунд. Из носа лилась кровь. Голова разрывалась. Я покопался в рюкзаке и нашёл шприц. Вот оно. Адреналин. Надеясь что это мне поможет, я вколол его себе в грудь. Расплывчатым взглядом я смог разглядеть цифры шкалы своей жизни на часах. 28 процентов, 19 процентов, 10 процентов, 1 процент… всё.
Картинка снова стала ясной. Никакой синевы. Больше не чего не болело. Никаких ожогов и крови. Я встал на ноги. Дышать стало легко. Я пошёл к лестнице и поднялся на крышу. Там лежала девушка в красном платье. Она была мертва. Теперь я был точно один. Я выиграл. Это было моё первое место. Я почувствовал сильное облегчение, будто для меня больше не существует не страха, не боли, только свобода. Часы больше не работали. Они не показывали не карту, не шкалу жизни, не времени. Времени больше не существовало. Ремешок на часах расстегнулся и освободил мою руку. Теперь меня не ждёт бесконечный кошмар, длинной в года, теперь это просто один долгий день, час, минута, всё. Я посмотрел вверх на небо. Там больше не было туч, не тумана, не дождя. Лишь чистое небо. Лампочка на верху больше не мигала, она не включалась не красным, не зелёным. Она горела ярким жёлтым цветом.
