Пути Черного магистра
Начнем с самого известного из всей компании, а именно, как вы, наверное, уже догадались, с рейхсфюрера СС Гиммлера. Будущий повелитель самой страшной армии мира родился в Мюнхене в семье скромного учителя (о, сколько темных личностей породили эти педагоги!). Мальчик с детства мечтал о военной карьере и, когда началась Первая мировая война, очень переживал, что все подвиги будут совершены без его участия. Но война нежданно затянулась, и у юного Генриха появился шанс. Он поступил в офицерское училище, однако попасть на фронт до капитуляции родной страны Гиммлер все-таки не успел. Это стало первым крупным разочарованием его жизни. Не отчаявшись, юноша вступил в «добровольческий корпус», боровшийся с «красной угрозой». Очевидно, именно тогда у него сформировались отчетливо националистические и расистские взгляды – среда была весьма подходящей для этого. Но корпуса вскоре распустили в соответствии с условиями Версальского мира, и Генрих, жаждавший активной деятельности, вновь остался не при делах.
Крутиться в городской сутолоке, выбрать карьеру мелкого чиновника (внешность для этого, к слову сказать, у него была самая подходящая) – все это было не для него. Он избрал деревенскую тишь и уединение и, спеша реализовать свою мечту, поступил учиться на агронома в Мюнхенскую высшую школу. Здесь он запомнился всем (вернее – очень немногим, кому вообще запомнился) как исключительно тихий и прилежный студент, ничем не выделявшийся из толпы, не переносивший алкоголя и не дравшийся на дуэли. Вот только когда речь заходила о политике, молчаливый Генрих преображался: он весь кипел яростью, ненавистью к «предателям» и «иностранным злодеям», главное желание которых – задавить Германию.
Не удивительно, что в один прекрасный день Гиммлер вступил в НСДАП. Пока что он был на вторых ролях – не слишком сильный физически, он не мог достичь большого успеха в ударных штурмовых отрядах. Во время «пивного путча» 1923 года ему была доверена вполне достойная, но не боевая миссия – нести огромное знамя со свастикой. Впоследствии это знамя, пробитое пулями и высокопарно названное «Знаменем крови», станет одной из главных нацистских реликвий. Но это все впереди. А пока…
А пока Гиммлер полностью разругался со своими домашними. Родители отвернулись от него, и семьей для Генриха раз и навсегда стала партия. Впоследствии это сыграет в его судьбе роковую роль еще раз, когда Гиммлер, получив диплом агронома, устроится в фирму по производству искусственных удобрений. После года довольно успешной работы он был уволен за связь с нацистами. Положение Гиммлера спасла только выгодная женитьба на дочери помещика Маргарет Воден, которая позволила ему приобрести небольшую ферму. Впрочем, дела у новоявленного земельного собственника шли из рук вон плохо – бизнес-талантами он был явно обойден при рождении.
Решающую роль в судьбе Гиммлера сыграло знакомство с Вальтером Дарре, который увидел в молодом «почвеннике» своего родственника по духу. Дарре становится главным протеже молодого нациста, которому с тех пор ни разу не приходится испытывать финансовую нужду. Через некоторое время Гиммлер назначается начальником «охранных отрядов» самого Гитлера – знаменитых СС. В ту пору это был не столь могущественный институт, скорее горстка людей, выделившаяся из безбрежного моря штурмовых отрядов. Но Гиммлер, коммерчески полностью несостоятельный, прекрасно ориентируется в мире интриг. И его должность приносит ему славу и влияние.
Особенно быстро растет мощь «верного Генриха», как его называл сам фюрер, начиная с 1933 года. И даже не с момента прихода к власти нацистов – нет, с той самой выставки «Наследие немецких предков», о которой я только что рассказал. И до нее Гиммлер был достаточно могущественным человеком, но реально всесильным он оказался только во второй половине 30-х годов, судя по всему, не без деятельной поддержки «Аненэрбе».
В чем же заключалась эта поддержка? Мы можем только строить догадки. Она могла быть весьма прозаической: в штат «Аненэрбе» вошло много прекрасных ученых, в том числе и связанных с сугубо практическими исследованиями, у которых Гиммлер мог бы регулярно консультироваться. Таким образом, при рейхсфюрере СС сформировался своеобразный мозговой штаб, улучшавший его позиции. Кроме того, древняя германская история и оккультные науки были слабостью самого Гитлера, и Генрих умел прекрасно ее использовать. Часто предсказания и пророчества, произведенные в его институте, влияли на решения государственной важности.
Кроме того, специалисты «Наследия предков» исполняли роль шпионов. Они могли составить досье на любого руководителя рейха (в том числе и Гитлера), при этом сделав упор на его происхождение и родословную. А ведь у каждого из нацистских бонз, с точки зрения арийской расовой теории, были серьезные изъяны в плане предков: у кого-то дедушка еврей, у кого-то прадед славянин. Все эти факты Гиммлер тщательно собирал, составляя свои досье.
Но, очевидно, этим список не исчерпывается. Во всяком случае, Гиммлер не был законченным прагматиком: он свято верил в мистику и эзотерику, а себя считал ни больше, ни меньше – реинкарнацией средневекового германского короля Генриха Птицелова. Кведлинбургский собор, где был захоронен король, стал для него настоящей святыней. Своим приближенным Гиммлер заявлял, что общается в стенах собора с духом покойного монарха.
Именно Гиммлер, по поручению Гитлера, взял в свои руки дело ликвидации «недочеловеков» и насаждения истинной расы. Судя по всему, рейхсфюрер СС сам весьма настойчиво добивался передачи ему этой миссии. Ведь созданная им империя концлагерей нуждалась в постоянной подпитке и расширении. Кроме того, огромные человеческие массы, обреченные на уничтожение, можно было заодно использовать как даровую рабочую силу, а также в качестве подопытных животных.
Всем в мире известны названия гигантских концентрационных лагерей, таких как Бухенвальд, Аушвиц или Равенсбрюк. Гораздо менее: известно название Оберзальцах, хотя этот лагерь играл важнейшую роль в «империи смерти» СС. И совсем не в силу его масштабов – по сравнению с тем же Освенцимом его масштабы просто смехотворны. Однако начальник Оберзальцаха занимал в должностной иерархии СС самую высокую позицию из всех своих коллег, да и подчинялся непосредственно Гиммлеру. Почему? Многое проясняет название лагеря: «Образцовая колония для научных исследований». Здесь, в Оберзальцахе, содержались люди, которых планировалось использовать в виде подопытных кроликов, для различных научных экспериментов. Один из главных заказчиков «человеческого материала» – институт «Наследие предков». Да-да, то самое безобидное научное учреждение, которое занималось всякими мифами и легендами!
Сиверс даже однажды писал прошение о передаче лагеря в подчинение «Аненэрбе». Гиммлер не согласился: все нити власти он стремился держать в своих руках.
К концу войны Гиммлер сосредоточил в своих руках власть, аналогичную власти главы государства.
Собственно говоря, СС к этому моменту уже превратились в государство – со своими заводами, учреждениями, своей армией численностью более миллиона человека. Каждый пятый немецкий солдат, сражавшийся на фронте весной сорок пятого, был эсэсовцем. Гиммлер под конец войны решил попробовать себя еще и в роли полководца, правда, не очень преуспел в этом деле. Группа армий «Висла», которую он принял под свое командование, была разнесена в щепки наступавшими русскими войсками. После этого рейхсфюрер впал в глубокую депрессию – ему стало казаться, что судьба по непонятным причинам отвернулась от него. Последняя, судорожная попытка поспорить со злым роком была сделана им после поражения, когда Гиммлер попытался затеряться среди беженцев под фамилией Гицингера. Это ему почти удалось, но подвело излишнее старание: британские офицеры, проверявшие документы у толпы беженцев на контрольно-пропускном пункте, обратили внимание на то, что, в отличие от остальных, у Гицингера присутствует полный комплект положенных документов. После недолгого допроса Гиммлер прекратил борьбу с судьбой и назвал свое настоящее имя, проглотив ампулу с ядом.
Зачем рейхсфюреру СС был нужен проект «Аненэрбе»? Ответ прост: таким путем он хотел сосредоточить в своих руках еще больше власти. Очевидно, исследования ученых из «Наследия предков» действительно помогли ему решить эту задачу, иначе, зачем бы он стал так долго и упорно поддерживать этот институт? Но каким именно образом это происходило? Будем искать ответ…
Ученый
И здесь мы снова должны вернуться к личности Германа Вирта, ученого достаточно известного, но старательно забытого. Первого руководителя проекта «Аненэрбе», которому после нескольких лет блистательных успехов пришлось быстро и по неясным причинам покинуть сцену.
