– У тебя нет выбора.
Девушка вдруг засмеялась. Громко, почти истерично. Уже успокаиваясь, отмечая удивление на лице мужчины, вдруг сказала:
– Знаешь, я поняла, что слишком вежлива была с тобой. Так нельзя. Не с тобой! Нужно держаться подальше…
– Поздно, – цинично сказал и вновь вытянул руку, нежно касаясь тонкой шеи, бархатистой кожи лица, показывая, что он будет делать то, что хочет.
Лена с пренебрежением посмотрела на его руку, словно на нечто мерзкое и невыносимое, а потом с яростью в голосе потребовала:
– Отпусти!
– Хорошо, – Егоров убрал руку, чувствуя себя погано после ее слов, и довольно грубо спросил: – Так куда?
Обдумывая несколько секунд свое поведение, анализируя возможную реакцию Егорова на него, Елена прищурилась и безразлично протянула:
– Мне нужно в соседний город.
Егоров ничего не ответил, лишь кивнул, дергая ключ зажигания, выезжая на дорогу. Он не спрашивал подробности. Зачем? Ответа не услышит. Сам догадается. А пока он будет приглядывать за ней.
Глава 5
Спустя несколько часов
Подъехав к нужному дому, Лена задумчиво посмотрела на свои руки, чувствуя напряжение, сохраняющееся в течение всей поездки. Ей было неудобно за грубое поведение, но мужчина вывел ее из себя. И его самоуверенность, что она будет с ним спать, отталкивала, заставляя действовать решительно и некрасиво. Неприятный осадок на душе. Особенно сейчас. Могла бы как-то и помягче. Хотя о чем это она? Ведь мужчина не церемонился, когда в лицо кричал, что хочет ее и секс с ней доставит ему удовольствие. Наглец! Замявшись на минутку, подбирая слова, девушка как можно безразличнее выдала:
– Спасибо! Мне нужно полчаса или отправляйся домой, а я могу…
«Почему я снова обратилась к нему на «ТЫ»?! Ладно, в момент ссоры, но сейчас ведь все нормально…»
– Не можешь. Я подожду, – жестко заявил Егоров, поглядывая в лобовое стекло. Мысль, что она вечно мечтает удрать от него, невероятно раздражала мужчину.
Алексеева кивнула и только хотела выйти, как услышала:
– И куда пошла?! Если не появишься, где я должен буду тебя искать?
– Да что может случиться? Все нормально, – отмахнулась Елена, с силой сжимая ручку дверцы.
– Ответь на вопрос, после будешь умничать, – пронзительный взгляд заострился на лице девушки. Мужчина ждал, что ему абсолютно не нравилось. Подозревая, что все же если не дождется, уточнил: – Так что?!
– Грубиян, – буркнула она, не представляя, как с ним можно общаться. И она себя еще и виноватой считала? Глупости!
– Поверь, с тобой я невероятно мил.
Задумалась. Возможно, это действительно так, учитывая, как он общается с другими. Ну да ладно. Его особое отношение не играет никакой роли. Он ей никто и звать его никак.
– Ага… спасибо, – с чувством протянув, девушка повернулась к мужчине спиной и, показав на балкон второго этажа, проговорила: – Вот видишь единственный застекленный балкон на втором этаже?
– Да.
– Там живет моя подруга. Я к ней пойду.
– Как я узнаю, что ты говоришь правду? – Однозначно – с доверием у генерального директора туго. Даже слишком. В этом Алексеева не сомневалась.
– Увидишь меня через пять минут. Ручкой помашу.
– Понял. Тогда иди.
Девушка усмехнулась, с удивлением принимая тот факт, что Егоров все вывернул в свою сторону. Вроде как отпускает ее. Да что уж там? Выпроваживает! И вновь он хозяин положения. Подхватив сумку с гостинцами, которые купили по пути, заехав в супермаркет, Елена только хотела закрыть дверь, как услышала:
– Слушай, мне интересно, мы приехали сюда, за херову тучу километров, чтобы ты увидела подругу? Не слишком?
Елена шикарно улыбнулась, испытывая настоящую радость от озадаченного лица наглеца. Вот так и должно быть. Но все же не желая объясняться по этому поводу, она мило потянулась к нему и, почти прижавшись к его лицу, любезно напомнила:
– Я же тебя просила оставить меня.
Мужчина ухмыльнулся, понимая, что тут ничего не скажешь в ответ – возразить нечего. Он стал поглядывать по сторонам, желая припарковаться. Не встать нигде. Вот совсем. Если только отъехать… Но мужчине такая идея не нравилась.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Алексеева направилась к подъезду желто-зеленого дома, в котором проживала подруга, удобно обосновавшись на втором этаже два года назад. С Надей она познакомилась в институте. Добрая и отзывчивая девушка со светлой улыбкой и вздернутым носом. Сейчас Лисанова числилась в декретном отпуске по уходу за ребенком. Муж у нее работал в полиции. Кем и в каком чине неизвестно. Подруга всегда улыбалась на такие вопросы, объясняя, что в неизвестности спать спокойнее. Насколько Лена знала, жили они дружно и замечательно. Девушка была рада за них. До отношений этой парочки она считала, что любви не существует, вымышленный миф, подогреваемый очень впечатлительными людьми, но, наблюдая за нежными чувствами обоих, усилившимися день ото дня, очень хотела, чтобы и у нее так было. Когда-нибудь.
Постучав в металлическую дверь, переживая, что Сережа спит, она улыбнулась, слыша довольные крики малыша, бегущего к двери, а за ними громкие, принадлежащие догоняющей матери. Через секунду ей открыли, и Елена увидела брюнетку с коротенькой прической в спортивных шортах и растянутой футболке в темных пятнах на груди от фруктового пюре. Несомненно – мама кормила ребенка. В руках Надя держала карапуза, вцепившегося ей в волосы, пускающего пузыри.
– Как он вырос! – с восхищением воскликнула Лена, наблюдая за очаровательным мальчиком, оставившим интересное занятие, с подозрением поглядывающим на нее.
– Что стоишь? Давай уже заходи, – весело предложила Лисанова, довольно при этом улыбаясь.
Оказавшись внутри квартиры, Лена сразу оказалась в объятьях подруги и малыша, не растерявшегося и вцепившегося в длинные волосы с протяжным всхлипом показывающего свой восторг.
– Ой, – со смехом визгнула Алексеева, не ожидая такой мгновенной атаки.
– А то, еще не так может! Хулиган! Весь в отца. Ни минуты покоя.
Муж Надежды, Лисанов Андрей, довольно интересный мужчина с хищным взглядом на квадратном лице. Если вкратце описать, то смело можно назвать медведем. Энергичный, несмотря на внушительную массу тела, компанейский, немного шебутной. Никогда не сидит на месте, поэтому в выходные семейство Лисановых всегда пропадает в разных направлениях. Рыбалка, охота, пейнтбол, отдых на природе, походы, сбор ягод и грибов – они никогда не скучали, поддерживая активный образ жизни. Иногда подруга жаловалась, что устает, но Лена знала точно, чтобы Надежда ни говорила, она всегда рядом с мужем и другого ей не нужно.
– Пойдем пить чай? – предложила женщина, удобнее устраивая сына на руках, не реагируя на пыхтение малыша над ее ухом, пока пухлые губки не прижались к коже, пробуя языком, а потом вцепились зубками, довольно выдавая: «Ма-ма! Ма-ма! Ма-а-ма!».
– Ой, маме больно! – воскликнула Надежда, отдирая ребенка от уха. – Это кто у меня тут кусается?! У кого такие маленькие, беленькие зубки?! У моего зайчика? Или это зубастенький крокодильчик?! – весело спросила она, уже через секунду поднимая его и целуя в пухленькие щечки, счастливо сверкая от звонкого смеха малыша.
– Я… мне нужно позвонить, – начала Лена с улыбкой на устах. Столько нежности и любви в этом доме, что порой она удивлялась, почему после того как она выходила из квартиры у нее не болели мышцы лица. Девушка только и делала, что любовалась, радуясь, что вот так может быть.
– Да знаю я, но только после чая! Без обид, а то после разговора с родственничками ты замыкаешься или плачешь. Поэтому поговорим, а потом уже расстраивайся, – деловито рассуждала Лисанова, пока не заострила внимание на лице Алексеевой, прищуриваясь, тут же спрашивая: – И да… ты с кем это приехала на черной иномарке?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Как ты увидела? – удивленно воскликнула Елена, начиная оглядываться по сторонам.
– В декрете у меня появилось любимое занятие – смотреть в окно и наблюдать за всеми. А что? Знаешь как интересно?! И вот…
