но вопросов не задают. Всё внимание к себе снова привлекли Упырь и Мамуля.
— Давайте, давайте, отвлекайте их — шепчет Слива.
Мы сейчас все испытываем дикое напряжение. Упырь походу вошёл в роль по полной. Уже построил перед собой немецких офицеров, стоит перед ними широко расставив ноги, заложив руки за спину и шипит на них как змея. Мамуля уже открыл папку и иногда в паузы речи Упыря вставляет немецкие имена. Перед этим они показали офицерам свои документы, те постарались каждый стать ещё прямее вытянувшись перед ними, ещё чутка и на носки встанут.
Раз, пошёл процесс. Один из офицеров срывается с места, машет руками, немецкие солдаты, стоявшие тут и там начинают срываться с места и выстраиваются в две шеренги. Мать твою, как же их много. С пленными остаются единицы. Пленные с таким же огромным интересом наблюдают за происходящим. Пленные разные, разные черты лица. Я бы не сказал, что они сильно истощены. Тощих конечно хватает, но в целом нормальные люди. Видимо с питанием тут более-менее. Кстати одежда на всех тоже разная, кто-то в робах уже, кто-то в повседневной ещё. Ну да, капитан же говорил, что этот лагерь распределительный центр. Отсюда всех тех, кого схватили распределяют по другим лагерям, некоторых, особо упёртых расстреливают. Вон стоит кучка из человек 50, точно местные, одеты так же, как и наши знакомые партизаны, косятся на нас так не добро.
— Ирос пошёл — тихо говорю я ему.
Тот кивает и сделав вид, что ему интересно направляется к этой группе. Кстати там эти пленные партизаны, использовав то, что немецкие офицеры собирают солдат в две шеренги тут же сбиваются в ещё большую кучку. Вон вижу как-то тут, то там из шеренг стоящих пленных мелькают головы. Ирос подходит к ним. Мне кажется эти партизаны готовы его разорвать.
— Риф показал 2 пальца — шепчет мне Слива.
Ну пипец, сейчас всё закрутится так, что мало никому не покажется. Громко кашляю, с надрывом, наши и партизаны понимают мой сигнал. Потихоньку расходятся в стороны и как бы охватывают стоявших на вытяжку немецких солдат.
Немецкие офицеры продолжают орать, собирая солдат. Вон ещё пару десятков бегут, только на вышках сидят с пулемётами. Мамуля уже отвлекает двоих других офицеров, тычет им в папку, показывает какие-то листы. Упырь щёлкает пальцами, Слива сорвавшись хватает из тачки бутылку с водой и несётся к нему. Ага, наорался, в горле пересохло.
Офицеры всё так же стоят перед Упырём на вытяжку, двое красные как помидоры. Вот же Упырь, ну красавчик. Надо же так на фрицев то наехать. Истинный Ариец мля.
Пока есть время, быстренько расскажу, чего мы вчера на придумывали. Итак, как сказал капитан, нужен большой шухер, чтобы фрицы сняли часть катеров и солдат и отправили их на помощь, а если повезёт, то и парочку подводных лодок. Мы понимали, что как только освободим пленных в лагере, немцы сразу наведут на них свою авиацию, всё-таки эта людская масса, это не взвод и даже не рота, её очень хорошо видно, даже если под ружьё встанет половина из пленных. Значит, что? Значит нужно уничтожить их аэродром, хоть один, этот большой.
За эти годы у немцев тут было три аэродрома, к самому большому отправился Грач с пацанами на платформе. Ещё один больно далеко, не успели бы мы до него добраться и ещё один в самом Берлине. Но по информации от капитана, на последних двух самолётов не так много. Да, там есть военные борты, истребители, бомбардировщики, но в основном они на этом большом аэродроме. И да, больно нам интересно, что это за пульки такие на самолётах, что с лёгкостью пробивают арканит. Нам они определённо пригодятся, а ещё лучше технология их производства. В общем большой аэродром тоже решили уничтожить.
Естественно слух о том, что мы будем биться с фашистами мгновенно разлетелись по всем мирам. И народ попёр добровольцами. Даже то, что можно погибнуть никого не останавливало. Все хотели отомстить ушедшим от справедливого возмездия немцам, пусть это и были их потомки. Плевать. Пусть прочувствуют на своей шкуре, что такое война. Около того же большого аэродрома уже должны были открыть ворота и через них в этот мир выйти Корж со своими пацанами. Ох я чувствую там и заварушка будет.
То, что капитан предложил освободить пленных использовав немецкую форму нам понравилось. Мы всего лишь немного доработали план, внесли так сказать некие изменения и дополнения. Капитан то просто предлагал приехать в лагерь, построить солдат и вмазать по ним из пулемётов. Но охраны там много, больше двухсот пятидесяти человек, мы просто не успеем их расстрелять. А идти штурмом на лагерь нельзя. Сразу прибудет подмога и нас просто могут там блокировать, а нам нужно, чтобы пленные сформировались в несколько больших подразделений и навели конкретного шороху в немецких тылах, и мы решили-таки напасть на сам порт.
Все в немецкой армии знают, что сами солдаты торгуют с местным населением и теми же партизанами. Вот на этом мы и решили сыграть. У немцев есть военная полиция как в любой армии, её обычные солдаты и офицеры страсть как не любят и боятся. Именно эти полицейские и занимаются отловом таких торгашей среди своих солдат.
В лагере у партизан, как в любом крупном коллективе естественно нашлись несколько снабженцев и хомяков. Снабженцы то ладно, понятно, что у них за должности. А вот хомяки, это отдельная каста. Эти тащат к себе в норку всё что плохо лежит. Только потом в этой норке у них можно найти много чего интересного и полезного и это используется на общие блага, а не тупо лежит гниёт. Ну как у нашего ПМа оружейника. У него на его складе есть всё, даже Туман не знает, чего у него там из стволов и боеприпасов. Но если нам что-то нужно специфическое, вуаля, ПМ это тут же предоставляет. Так и тут оказалось.
У местных хомяков нашлась и новая немецкая форма, и форма полицейских. И какие-то пустые бланки этих полицейских. Даже несколько аккуратно лежащих в ящике документов этих полицейских и сами жетоны. Всё терпеливо лежало и ждало своего часа.
Дальше уже дело техники. Ноутбук, принтер, скан, хороший дизайнер и программист. В лагере набили текст на эти листки, сделали новые документы, особенно постарались для Упыря и Мамули.
Так как захваченных документов хватало, то и, как и что писать в сопроводительных документах мы понимали. Всё,
