- Что же касается моих встреч с архиепископом, - продолжал Ридз, немного растягивая слова, - то они действительно имели место. Мы обсуждали довольно-таки важные вопросы. Но об этом я предпочёл бы побеседовать с Раулем в более позднее время. Для светского разговора за завтраком это слишком скучная тема.
Точнее сказать, не вашего ума это дело, принцесса. Ну что ж, неплохая оболочка для столь неприятного содержания. Я мысленно поапплодировала умению Ридза находить правильные формулировки. Впрочем, судя по выражению лица Мелинды, красота формулировки её не обманула.
- Да, я помню, - подал голос Рауль. - Я жду вас в половине двенадцатого, как договаривались.
Тщательно пережёвывая очередной лист салата, я обдумывала услышанное. Похоже, принцесса не доверяет Ридзу. Нет, не так, это неправильная формулировка: за этим столом все не доверяют всем. Вернее будет сказать, что именно от Ридза принцесса ожидает попытки узурпировать власть. Вот только за кого она в этой ситуации беспокоится? За Рауля или, может быть, за себя? Что же касается Вилстона, для меня он пока оставался тёмной лошадкой. Единственное, что можно было сказать с уверенностью, так это что он отнюдь не являлся тем добродушным весельчаком, каким хотел казаться.
Мои размышления оборвала Мелинда, уже с минуту смотревшая на меня такими добрыми глазами, что хотелось поскорее отползти куда-нибудь в сторонку и по возможности зарыться под коврик. Поскольку такого я себе позволить не могла, да и вообще не привыкла прятаться от трудностей, вместо этого я ответила ей такой скромной и смиренной улыбкой, на какую только была способна.
- Вам, должно быть, скучны наши разговоры, Айрин, - проворковала принцесса. - Расскажите лучше о себе. Вы ведь происходите из рода ван Лейнов, не так ли?
О, а вы быстро собираете информацию, принцесса. Готова поклясться, ещё вчера утром вы понятия не имели о моём существовании.
- Именно так, Ваше Высочество.
- По линии отца?
- Нет, моя мать из рода ван Лейнов.
- А ваш отец, как я понимаю, дворянского происхождения не имеет?
В голосе - ни тени презрения, только забота и участие. Все присутствующие следили за ходом разговора с таким интересом, будто от моего семейного древа зависели судьбы вселенной. К счастью, к обсуждению данной темы я давно успела привыкнуть.
- Совершенно верно, Ваше Высочество, не имеет.
- Должно быть, ваша мать - очень смелая женщина. Совсем нелегко для девушки из хорошей семьи пойти на неравный брак.
Всё тот же фальшиво-ласковый, покровительственный тон, так хорошо мне знакомый, но за последние годы всё же успевший слегка подзабыться.
- Я думаю, для моего отца это было не легче, - ответила я. - Так что не знаю, кто из них оказался смелее.
- И кто же ваш отец? - вступила в разговор Стелла. - Плотник, или кузнец?
Флора бросила на дочь укоризненный взгляд, который, впрочем, полностью нейтрализовывала плохо скрываемая улыбка. Такие же улыбки играли на лицах ещё пары человек за столом.
- Ну зачем же впадать в крайности, дитя моё? - ласково улыбнулась я, отвечая ударом на удар. Для девушки её возраста нет ничего более обидного, чем быть сочтённой ребёнком. При этом ничто в моих словах не нарушало этикет. Всё-таки азы светского общения я в юности освоила, и, похоже, некоторые навыки с годами не теряются. - Нет, он учитель. Преподаёт в Тилльской академии.
- А что же, простолюдины могут учиться и преподавать в академии? - удивилась Флора.
- Разумеется. При условии, что они достаточно умны и достаточно обеспечены, чтобы оплатить обучение.
Леди Вилстон, у которой на лице было написано, что она никогда в жизни даже не приближалась ни к одной из королевских академий, неодобрительно покачала головой.
- Я всегда говорила, что совершенно ни к чему отдавать молодых людей из высшего общества на обучение в подобные места. Чему хорошему их могут там научить? Какой подадут пример? Пока я жива, наша дочь не переступит порога такого заведения. Образование, получаемое в домашних условиях, куда лучше.
Стелла равнодушно передёрнула плечиками, а мне подумалось, что юная госпожа Вилстон безо всяких академий видит вокруг себя такие примеры, что вырасти нормальным человеком у неё попросту нет никаких шансов. Как, впрочем, вероятнее всего не было в своё время и у остальных присутствующих.
- А чему обучают в академии? - неожиданно подал голос юный граф Таффорд.
- Многому, - ответила я. - Философии, астрономии, юриспруденции, ораторскому искусству...
- А дрессировке собак и соколов там обучают? - спросил Роберт, заглядывая под стол - так в поле его зрения попадал по-прежнему лежащий на полу Рональд.
- Нет, этому там не учат, - улыбнулась я.
Мальчика, кажется, ещё не успели окончательно испортить, как минимум он пока способен задавать нормальные вопросы без подтекста.
- А почему?
- Ну, наверное, потому, что для этого занятия надо обладать определёнными врождёнными способностями. Без них обучение бессмысленно.
- А разве нельзя принимать на учёбу только тех, у кого есть способности? - продолжал допытываться Роберт.
- Неплохая идея, - признала я. - Сперва проверить способности, а уж потом принимать. Но приём в академию проходит иначе. Берут всех, кто готов заплатить. Если бы среди этих людей проводили дополнительный отбор, боюсь, академия осталась бы без средств.
- Стало быть, сами вы по стопам своего отца не пошли? - уточнил Вилстон.
- Увы.
- Думаю, вы сделали правильный выбор, - заметил Ридз.
- Несомненно, - подхватила Мелинда. - Никакая академия не позволила бы вам так продвинуться...по карьерной лестнице. - Она бросила многозначительный взгляд на Рауля.
- У меня много дел, - заявил тот, вставая из-за стола. - Надеюсь, вы хорошо проведёте оставшееся время. Джозеф, я жду вас через полтора часа в северной зале.
Если бы из-за стола вышел кто-нибудь другой, завтрак продолжился бы как ни в чём не бывало. Но уход принца в сущности завершил трапезу. Уж не знаю насчёт остальных, но лично я по этому поводу не расстроилась ни капли.
В течение дня я занималась своими обычными делами и лишь поздним вечером, следуя предварительной договорённости, заявилась в покои принца. Стражники встретили меня весьма душевно, практически как старую знакомую, и услужливо распахнули дверь в коридор-прихожую, а затем и в опочивальню.
Первым, кого я увидела, оказавшись в комнате, был Рональд. Пёс встретил меня у самой двери, виляя хвостом и радостно пыхтя. Затем встал на задние лапы и попытался положить передние мне на плечи, но я воспротивилась. Кто знает, может быть, принцу такие нежности в его собственной опочивальне (и без его участия) не понравятся.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
