Вскоре меня позвали к ужину. А приято, чёрт побери! Ощущать себя мужиком. Вот так - в мелочах. Дома - вечный иждивенец, а тут и работа мужская. И баба к столу кличет. Причём - тааакая баба! Приятно, и всё! Без всяких там ненужных пошлостей.
Сорвал пучок травы, с обеих сторон тщательно очистил лопату от земли. За шанцевым инструментом необходим уход, а то враз проржавеет. И не в коем случае не мыть! Это ещё хуже чем просто не чищенную оставить.
- Итак, позвольте поинтересоваться, как же вас зовут, таинственная незнакомка? - начал я светскую застольную беседу.
- Анастасия Алексеевна Лукина, можно просто - Настя, - и теперь уже Настя, наметив лёгкий реверанс, присела на "скамейку".
- Мне же позвольте остаться с прежним именем. Зато сам охотно отвечу на пару неназванных вами вопросов. Представить меня тут более некому, тогда самолично. Не возражаете? Прекрасно! Итак, о себе. Жил в Подмосковье. Слесарь без разряда. Знаешь? Замки на почтовые ящики. Одни собирал. Другие клепал. Последний год на больничном без содержания. Слухи ходили что заводик ку-ку. Теперь-то уж и подавно - без разницы.
- Принимаю условия Вашей игры. - заявила Настя. - Жила двести километров от Москвы. Частный парикмахер. Что? Ха-ха.. В рюкзаке вся снасть, но фен электрический, сам понимаешь...
- Солнца много, генератор от солнечной батареи лишним не будет... Закажем, как вес позволит.
- Всё-то у тебя на раз-два-три..
- Да, не пскопские, около столичные, но мы за МКАДом, и, потому, мы - прорвёмся. И вообще - чего унывать? Еда, вода, ночлег есть. Приятные собеседники тоже.
- На меня намекаешь?
- И на овец тоже. Многого не расскажут, но слушают тааак внимательно! - Сходу парировал я. И без паузы. - А муж? - Настя посмурнела. - Оп-па, кажется наступил на больную мозоль, а дальше затараторил - Прости, всё, дальше не лезу. И вообще, последнего вопроса не было. - и уткнулся в кружку.
- Умеешь ты..
- Да, я умею видеть и сопоставлять. А также я уважаю чужие границы. Больше чем сама расскажешь, не выспрошу.
- Ну что ж, подходит.
Ужин прошёл в приятной пустой болтовне. По Евпатории знаю, бывал там - в южных широтах сумерки длятся не более двадцати минут. Так что делить чердак отправились загодя. Войдя в овчарню опять наткнулись на ропот "народа". И, мне показалось, больше всех возмущался баран.
- Август, от тебя я этого не ожидал! Вот сейчас - даже не заикайся! Ты не прав! - Заявил я ему с улыбкой до ушей.
Настя заинтересованно уставилась на нас.
- Посмотри вокруг? - продолжил я, - у тебя сколько жён? И все - здесь! А я что, рыжий? Я что, даже на поговорить не гожусь, у тёплой стенки?!! Обидел, Август! Вот Сейчас просто Обидел!!!
Настя смеялась в голос:
- А меня кто-нибудь спросит? Вот мужики, всех невест разобрали, поделили. Без меня, меня женили, а спросить забыли! А.. - она на секунду замерла, - А почему он - Август?
- Смирен как Блаженный Августин, терпеливо принимает все тягости жизни, - и без паузы, указывая на потолок. - Тебе время нужно?
Настя непонимающе переводила взгляд, от меня по пальцу на потолок, и обратно до Августа. В итоге непонимающе мотнула головой.
- На что?
- Дамам, отходящим ко сну, нужно время. Тебе оно нужно?
- А-у, э-да.
- Время у тебя есть, - сделав галантный жест указав на лестницу. - Просю!
Настя, поднимаясь наверх, смеялась уже в полный голос:
- Ох, ребята, я с вас балдею!
Вдогонку я ей бросил:
- Чтобы не было недоразумений. Плита справа, так что твой - дальний правый, мой - левый угол.
- Мм, - раздалось сверху. Чувствовалось, что она старается не заржать.
Вскоре меня позвали наверх.
Кстати, плед достался Насте, а мне – только сено.. А вот интересно, если сшить чехлы – получатся ли у нас матрасы? Завтра обсудим, – подумал я почти засыпая.
Но – не удалось. В полной темноте прозвучало:
– Касатоныч, ты спишь? – Позвала Настя. – Касатоооныыыч?
– М? – Откликнулся я и кажется вздрогнул.
– А откуда у тебя прозвище?
– Чего?! – Я был раздосадован и отвечал не особо церемонясь. Короче, "вежливость" в тот момент – это не про меня.
– Откуда прозвище?
– Насть, вот именно сейчас тебе необходимо знать происхождение моего псевдонима?!
– Ну ладно – не злись. Интересно же!
– Вот те! Кть-Буть-Мыть-вТуть!! – С ЧУВСТВОМ ворчал я, гремя костями.
– Чего?!
– Ничего. – Ответил я, шумно выдохнув и успокаиваясь. – Повернулся на другой бок. – И нивелируя неловкость от своего недавнего гнева. (Однако – мне это нравится! Меня разозлили, а мне же стыдно за то что испытываю гнев… Водится за мной такая черта характера. Ну да ладно…) Продолжил, – Это когда у бабушки в деревне собиралась орава внуков – мне место ночёвки доставалось на полу.
– И чего? – В голосе Насти послышалась нотки заинтересованности.
– Ну тык ть. Дом старый, все половицы скрипят. Нет тихо пройти-то можно – ежели умеючи, и знаючи, где какая скрипит.
– И ты, конечно, все скипы знал.
– Зря иронизируешь, между прочим! Я в каждом доме где живу - знаю все звуки. Если появляется незнакомый звук – иду и проверяю, что именно шумело. Ну это ладно – к слову. Я о ночёвке в деревенском доме.
– Мы вообще-то о твоём прозвище.
– Погоди, дойдём и до него. Так вот. Когда я первый раз попал в большую компашку для ночёвки у бабушки, и мне объявили: будешь спать на полу – сходу подумалось: "Пол в комнате это пусть толстые, но только доски. Под ними пустота, в смысле - небольшой, но подпол. Сейчас пока ходим каждый шаг отдаёт шумом. Представляю как буду громыхать когда стану ворочаться ночью". Посему, когда легли снял с себя всю ответственность.
– Это как?
– Очень просто – сказал – На полу спать? Ладно, согласен. Только ребят заранее прошу прощения когда буду ворочаться, не взыщите - буду греметь костями.
– Ну ты и жук…
– Ага. Кто-то на это улыбнулся, кто-то промолчал, но все согласились. Но совесть моя с того момента успокоилась.
Ага! Ночь прошла тихо, без эксцессов.
День Третий. "Я встретил вас, и .. всё? И всё! И +Былое."
За завтраком Настя не удержалась и, всё же, спросила:
- Нет, ну а правда - почему Касатоныч? Я помню ночной разговор, всё очень интересно и так далее. Но ПОЧЕМУ?! ЗАЧЕМ тебе псевдоним?
- Потому что мы здесь, потому что мы можем быть другими, какими хотим быть, а не теми, которыми нас сделала тамошняя жизнь. Не каждому даётся второй шанс. А нам его - дали! Хотя это тоже ложь. Шансы-то есть и там - в той жизни, где мы были, и откуда нас с тобой выдернули. Просто нужно было оторвать зад от дивана и сделать усилие. В данном случае "диван" это метафора, у каждого "диван" свой.
- Значит и я могла бы сменить имя?.. - Настя не столько спросила, а, скорее, задумчиво констатировала.
- Можешь, но зачем? Оно тебе идёт! - и продекламировал:
'Но живёт без всякой славы,
Средь зелёныя лугавы,
Та, что всё ж её милей'.
Ведь наверняка есть та, кто сейчас смотрится в "зеркальце", а?
- Умеешь ты разговорить!
- А ты не отвечай - вслух. Ответь на те вопросы самой себе. Стоит ли держать в себе обиду на то что было там? Они всетам, а мы - здесь. Живы и здоровы. Нет, я не предлагаю настолько уж кардинально - "До основания, а затем..". Ни в коем случае! Если "до основания", то зачем, ведь после ничего, кроме пепелища, не будет!
Знаешь, однажды в программе "Время" видел интервью Маргарет Тэтчер, она объясняла что такое "Консерватор". По её мнению это тот, кто всё лучшее из прошлого сохраняет и переносит в будущее. Вот это по мне. Из прошлого в будущее через настоящее, и только хорошее. А иначе порвёт Тузик грелку. Какая ж с неё после того грелка?!
