первой она не лезла.
— Саша, это был сам Молотов!
— Кто?
— Ты сейчас издеваешься? — не поверила она.
— Да нисколько.
— Вячеслав Молотов! Он хозяин «Параграфа».
— И?
— И? — удивлённо воскликнула она, доставая из кармана пачку сигарет.
— Если ты будешь повторять мои вопросы, мы далеко в этом разговоре не уедем, — попенял я ей. — И хватит уже курить. Бросила бы ты эту дурную привычку.
— Да бросишь с тобой, блин. Он легенда! Помнишь, я говорила тебе, что «Параграфъ» принадлежит бывшему юристу? Это он! Его ещё Молотом Справедливости называли. Натуральное чудовище! Я видела несколько его выступлений в суде, когда была студенткой. Он такие дела закрывал, что потом ещё по полгода все судачили. Половина моих знакомых приходит в «Параграфъ» чисто для того, чтобы его в зале застать.
— В зале?
— Ага. Он иногда сидит там. В углу. Читает. Говорят, что иногда может сесть к кому-нибудь за столик. Дать совет или подсказать. И обычно его советы — это залог победы. Полной и бесповоротной.
Маринка едва ли не подпрыгивала. Будто мелкая девчонка, который посчастливилось встретить своего кумира.
— Если он настолько крутой, то чего занимается ресторанным бизнесом, а не практикует дальше?
— Не знаю, — честно ответила она, а затем добавила: — Никто не знает, если уж на то пошло. Говорят, что это из-за его последнего дела. Единственное, которое он проиграл. Ну вроде как. Там непонятно. Мутная история. В итоге он пропал почти на два года, а когда вернулся, то открыл этот ресторан.
Интересно получалось. Ни одного проигранного дела? Это сильно. Хотел бы я похвастаться тем же, но даже у меня случались обидные проколы. Да и Марина расписывала его чуть ли не как бога юридического Олимпа. Такие люди просто так со своего трона не уходят. Уж куда чаще им «помогают» это сделать.
Я обернулся и посмотрел на ресторан. Хозяин заведения стоял у стойки и разговаривал о чём-то с девочкой-хостес у входа.
И вот такому, значит, человеку я теперь должен? Если честно, стало даже вдвойне неприятно. С другой стороны, отсутствие этой записи значительно облегчало мне жизнь.
— Ладно. Поехали на работу. Покажешь мне, что там за дела.
— Сейчас?
— А когда?
— Ты же только выписался.
— Это не повод не работать. Давай, поехали. Мне ещё нужно кое-что узнать.
Отвечать на немой вопрос в её глазах я не стал.
Когда приехали, Скворцова пошла в наш несчастный отдел, а я остался в лифте и поднялся выше. Вышел в холл, сразу заметив знакомое лицо за роскошной стойкой.
— Привет, Кристина, — улыбнулся сидящей за ней девушке.
— А, Саша, — вернула она мне улыбку. — Давно тебя не видела.
И будто специально чуть откинулась в своём кресле, отчего алая блузка ещё выразительнее обтянула небольшие, но крайне приятные глазу достоинства. Ещё и одну ножку на другую закинула, зараза такая. И снова туфли на шпильке. Красота.
— Ну куда мне на шестьдесят седьмой кататься, — не удержался я от усмешки. — Потрясающе выглядишь.
— М-м-м, какой неуклюжий, но милый комплимент, — рассмеялась она чувственным и звонким смехом. — Даже боюсь спросить, что последует дальше?
— А у меня есть варианты?
— Ну после такого обычно либо приглашают на ужин, либо о чём-то просят. — Она наклонилась вперёд, и я ощутил едва уловимый аромат её духов. Что-то цветочное с лёгким намёком на цитрусовые. Приятно.
— Знаешь, я вдруг вспомнил, что знаю один очень хороший ресторан…
— В «Параграфъ» не пойду, — тут же припечатала она с категорическими интонациями в голосе. Выглядело красотка сурово, но по эмоциям понятно, что ей весело.
Но насчёт «Параграфа» она не шутила.
Пришлось выкручиваться.
— Ну раз нет, то перейду к просьбе. Ты Романа Павловича не видела?
— Нет. — а затем она привстала и наклонилась над стойкой. — Он уже несколько дней не приходил. Кстати, знаешь, что?
— Что? — таким же заговорщицким тоном спросил я.
— Мне сказали передать тебе вот это сразу, как ты придёшь на работу.
Между двух пальчиков с идеальным маникюром был зажат сложенный пополам листок бумаги.
— Ну, считай, что работа выполнена, — забрал я бумажку и уже собрался уходить, когда ощутил то, что хотел.
Лёгкую нотку обиды.
— Я зайду, как подберу ресторан получше, — сказал, перед тем, как уйти, и ощутил веселье пополам с любопытством.
— Ловлю на слове.
На том и закончили.
В бумажке было всего два слова: «Позвони мне». И номер.
Прикинув в уме ситуацию, пришёл к выводу, что оставлять мне подобные открытки может только один человек. И, надеюсь, больничная койка у него удобная. Уж точно поудобнее моей.
В лифт я зашёл в прекрасном расположении духа. Надо будет и правда ресторан хороший поискать. Что-то мне подсказывало, что Кристине куда важнее, чтобы место оказалось интересным, нежели с распиаренной и известной вывеской над входом.
Радость долго не продлилась. Стоило только вспомнить про Руслана и пропущенные дни, как настроение упало. Ненавижу оправдываться, но тут, похоже, выхода другого не будет. Бросать тренировки у него я не хотел. Спорт мне необходим. Хотя бы потому, что мужику для нормального функционирования необходим тестостерон. Хорошая, нормальная еда. Женщины. Спорт. Всё это полезно, приятно и помогает держать себя в форме. Сплошные плюсы.
Где бы времени ещё на всё взять?
Ладно, Решено. Поеду туда сегодня вечером. Если откажется меня пускать, набью ему морду. Ну хотя бы попытаюсь. Меня едва не прикончили! Я в больницу попал! Так что пропустил не по своей вине.
К слову, о мордах для битья.
Я уже шёл к своему отделу, когда увидел ещё одно знакомое лицо. Гадёныш
