Как относиться к своим отличиям
Надеюсь, к этому моменту вы уже начали воспринимать свою черту в позитивном свете. Но я предлагаю попробовать рассматривать ее как нейтральную. Сверхчувствительность становится преимуществом или недостатком лишь в конкретной ситуации. Поскольку эта черта присуща не только человеку, но и животным с высокой нервной организацией, она наверняка имеет ценность во многих обстоятельствах. Могу предположить, что сверхчувствительность сохраняется у определенного процента указанного типа животных потому, что любой популяции полезно иметь по меньшей мере несколько особей, которые всегда готовы замечать нюансы. По-видимому, для этого достаточно 15–20 % особей, способных выявить опасность, новые источники пищи, потребности младших и больных, привычки других животных.
Разумеется, так же полезно иметь в группе несколько особей, которым нет дела до опасностей и последствий каждого поступка. Эти будут, не задумываясь, бросаться исследовать все новое, драться за группу или территорию. Каждому обществу нужны и те, и другие. И, возможно, потребность в менее чувствительных особях даже выше – по той причине, что они чаще погибают! Но все это, конечно, домыслы и предположения.
Однако что-то подсказывает мне, что люди выигрывают от существования СЧЛ больше, чем какой-либо другой вид. СЧЛ в большей мере осуществляют то, что отличает людей от прочих животных: мы предоставляем себе возможности. Мы, люди (а СЧЛ особенно), остро осознаём прошлое и будущее. Вдобавок, если необходимость действительно всему учит, СЧЛ приходится тратить гораздо больше времени на изобретение решений человеческих проблем – только потому, что они более чувствительны к голоду, холоду, незащищенности, истощению и болезням.
Порой можно услышать, что люди, обладающие нашей чертой, менее счастливы или менее способны быть счастливыми. Конечно, мы можем показаться несчастными и мрачными, по крайней мере с точки зрения не-СЧЛ, поскольку слишком много времени размышляем о таких вещах, как смысл жизни и смерти, и о том, как сложно все в этом мире, а таким мыслям определенность несвойственна. И поскольку большинству не-СЧЛ не нравится размышлять обо всем подобном, они делают вывод, что раздумья вгоняют нас в тоску, а мы отнюдь не становимся счастливее, слыша от них, что мы несчастны (согласно их определению счастья) и представляем для них проблему, потому что выглядим несчастными. От подобных обвинений несчастным станет кто угодно.
Уместнее всего привести высказывание Аристотеля, однажды задавшего вопрос, кем предпочтительнее быть – счастливой свиньей или счастливым человеком. СЧЛ предпочитают хорошо чувствовать себя благодаря своему осознанию и человечности, даже если то, что мы осознаём, не всегда дает поводы для радости.
Но дело вовсе не в том, что не-СЧЛ – свиньи! Я точно знаю: кто-нибудь наверняка заявит, что я пытаюсь пробудить в нас чувство элитарности. Но у большинства СЧЛ оно не продлится и пяти минут, прежде чем вновь сменится угрызениями совести за свое мимолетное чувство превосходства. Я просто стремлюсь подбодрить нас настолько, чтобы как можно больше нас считало себя равными другим людям.
Наследственность и окружение
Кое-кто из вас, возможно, гадает, на самом ли деле вы унаследовали свою характерную черту, особенно если вы помните время, когда ваша сверхчувствительность только проявилась или вдруг значительно усилилась.
В большинстве случае сверхчувствительность наследуется. Это утверждение подкреплено результатами исследований, преимущественно с участием идентичных близнецов, которых растили порознь, но с возрастом они начинали вести себя одинаково, позволяя предположить, что поведение, по меньшей мере отчасти, обусловлено генетически.
С другой стороны, даже у разлученных идентичных близнецов эта черта проявлялась не всегда. Так, по характеру каждый из близнецов напоминал вырастившую его женщину, даже если она не приходилась ему биологической матерью. Дело в том, что, вероятно, не существует наследуемых черт, которые нельзя было бы развить, ослабить, полностью создать или устранить при наличии достаточного жизненного опыта определенного рода. К примеру, ребенку, испытывающему стресс дома и в школе, достаточно иметь легкую врожденную склонность к сверхчувствительности, чтобы стать замкнутым. Этим может объясняться большая вероятность принадлежности к СЧЛ детей, у которых есть братья и сестры, и гены тут ни при чем. Аналогично было обнаружено, что мартышки, травмированные разлукой с матерями, вырастая, вели себя во многом как мартышки с врожденной сверхчувствительностью.
Кроме того, при определенных обстоятельствах эта характерная черта способна исчезнуть. На многих детей, крайне чувствительных от рождения, оказывают давление родители, школа, друзья, призывая их быть смелее. Жизнь в шумном или многолюдном окружении, в большой семье, необходимость проявлять физическую активность в некоторых случаях снижают сверхчувствительность, точно так же как чувствительные животные, которых старательно приучают к рукам, иногда отчасти теряют врожденную осторожность, по крайней мере в общении с некоторыми людьми и в определенных ситуациях. Однако маловероятно, чтобы черта как таковая исчезла совсем.
А как дело обстоит у вас?
Трудно определить, унаследовал конкретный взрослый человек эту характерную особенность или она развилась у него со временем. Лучшее, хотя и не идеальное, доказательство – воспоминания родителей о том, насколько чувствительными вы были, когда родились. По возможности попросите родителей или лиц, которые их заменяли, рассказать вам о том, каким вы были в первые шесть месяцев своей жизни.
Вероятно, вы узнаете больше, если удержитесь от вопроса о том, были ли вы чувствительным ребенком. Просто спросите, какими вы были во младенчестве. Зачастую все удается определить по историям, которые о вас рассказывают родители. Выдержите паузу и заведите расспросы о некоторых типичных признаках сверхчувствительных младенцев. Может быть, вы с трудом мирились с переменами – когда вас переодевали, купали, предлагали новую еду, когда поблизости раздавался шум? Часто ли у вас случались колики? Или же вы медленно засыпали, часто просыпались или вообще не спали подолгу, особенно когда переутомлялись?
Помните: если у ваших родителей не было опыта ухода за другими малышами, скорее всего, они не замечали в вашем поведении ничего необычного, потому что им было не с кем сравнить вас. И поскольку во всех трудностях, возникающих у детей, принято обычно винить взрослых, у ваших родителей может возникнуть потребность убедить вас и себя, что ваше детство было идеальным. Если хотите, можете заверить их, что вам известно, как они делали все возможное для вас, и что со всеми младенцами возникают проблемы, а вам просто захотелось узнать, какие проблемы создавали лично вы.
Можете также показать им тест в начале этой книги. Спросите, не обладал ли этой чертой кто-нибудь в вашей семье или сами родители. И если выяснится, что у вас были или есть сверхчувствительные родственники с какой-либо из сторон, то вполне вероятно, что ваша особенность является унаследованной.
А если ответ окажется отрицательным или неопределенным? Скорее всего, он ничего не значит, важно то, что теперь это ваша черта, поэтому не зацикливайтесь на данном вопросе – следующий гораздо значительнее.
Об особенностях нашей культуры: вам может навредить то, чего вы не сознаете
Мы с вами начинаем привыкать к тому, что наша сверхчувствительность – нейтральное явление, полезное в одних ситуациях и бесполезное в других, однако в нашей культуре отнюдь не принято считать нейтральной ни эту, ни какую-либо другую выраженную черту. Этот феномен подробно объясняет антрополог Маргарет Мид. Новорожденные в той или иной культуре выказывают широкий спектр унаследованных характеров, однако лишь небольшой участок этого спектра, относящийся к определенному типу, оказывается идеальным. А идеальный характер находит отображение, по словам Мид, «в каждой нити, из которой состоит ткань общества: в заботе о малышах, в играх, в которые играют дети, в песнях, которые поют люди, в политическом устройстве, в религиозных обрядах, в искусстве и философии». Все прочие черты обществом игнорируются, не поощряются, а если ничто не помогает – высмеиваются.
Каков же идеал для нашей культуры? Кино, реклама, дизайн общественных мест – всё твердит, что мы должны быть решительными, как Терминатор, выдержанными, как Клинт Иствуд, общительными, как Голди Хоун. Для нас должны служить улучшением самочувствия яркие огни, шум, толпы жизнерадостных завсегдатаев бара. А при повышенной чувствительности и растерянности всегда можно принять какое-нибудь лекарство.
Если бы вам понадобилось запомнить из всей этой книги лишь что-то одно, выбор стоило бы остановить на упомянутом далее исследовании. Синь Ин Чен и Кеннет Рабин из Университета Ватерлоо в Онтарио, Канада, и Ю Сонг Сун из Шанхайского педагогического университета сравнили 480 шанхайских школьников с 296 канадскими, чтобы выяснить, благодаря каким чертам дети приобретают наибольшую популярность. В Китае застенчивых и чувствительных детей чаще всего выбирали в друзья или товарищи по играм. (На мандаринском диалекте китайского языка слова «застенчивый» и «тихий» означают «хороший» и «воспитанный», а «чувствительный» можно перевести как «понимающий» – похвальная черта.) В Канаде застенчивых и чувствительных детей выбирали в друзья реже всех остальных. Вероятно, в детские годы с таким отношением сталкивались и вы.
