теми же мышами, когда вокруг полно и другой добычи! Да еще если ты приспособился жить не там, где эти мыши водятся! А жить змеи приспособились практически везде, где можно получить хоть малость тепла. Именно тепло является главным фактором для существования этих холоднокровных существ. Чем холоднее климат, тем ниже их видовое разнообразие и меньше количество – далеко не все смогли приспособиться к зиме. И наоборот, чем теплее, тем больше змей, тем они разнообразней и крупнее. Впрочем, тропики славятся не только самыми большими, но и самыми маленькими змеями – постоянные высокие температуры и обилие кормов позволяют занимать любые ниши и становиться сколь угодно разнообразными. И многие змеи приспособились питаться не только грызунами, но и очень и очень отличающейся от них добычей, порой так под нее подстроившись, что это кажется просто невероятным.
Разнообразие наших героев весьма велико, мы уже говорили об этом. Короткие и толстые, будто сардельки, длинные и тонкие, как веревка, наземные, подземные, древесные, околоводные и даже морские – все они питаются весьма специфической добычей. Действительно, если ты всю жизнь проводишь на тонких ветках и сам не толще карандаша, о каких мышах можно говорить? Да и спускаться с привычного дерева в поисках еды – занятие рискованное и долгое. Поэтому каждый поедает тех, кто водится поблизости. Однако есть одна анатомическая особенность, объединяющая всех змей – это строение челюстей. Вернее, строение и крепление нижней челюсти. Мы привыкли, что нижняя челюсть – единая и цельная структура, соединенная с верхней суставом, весьма ограниченным в движении. Поэтому засунуть в рот большое яблоко, не вывихнув челюсть, мы просто физически не в состоянии. А вот змеи могут! Дело в том, что нижняя челюсть у них совсем не единая кость, а две косточки, правая и левая, соединенные между собой на концах эластичными связками, словно резинками, способными растягиваться и позволять рту становиться невероятно широким. Но ведь есть еще и соединение с верхней челюстью. Как туда пропихнуть это пресловутое яблоко? Точно так же – соединение с верхней челюстью тоже «на резиночках». И нижняя челюсть способна растягиваться так, что змея проглатывает добычу, порой в десяток раз превышающую размер ее головы. Да и вся она словно резиновая: эластичный пищевод, подобно резиновой трубке, расширяется во много раз, а ребра, сросшиеся у теплокровных животных и ограничивающие движения грудной клетки, у змей ходят почти свободно – весьма подвижные суставы, крепящие их к позвоночнику, и концы ребер, не ограниченные в движении грудной костью, как у нас, позволяют телу тоже расширяться, растягиваться и пропускать огромную в нашем понимании добычу.
Разумеется, это не означает, что питон, даже пятиметровый, легко проглатывает человека, как с ужасом рассказывают те, кто видел, как огромную в сравнении с ее толщиной крысу съедает змея размером в метр-полтора. Все имеет свои ограничения. Но все же процесс этот и вправду выглядит впечатляюще и слегка даже ужасающе для того, что видит это впервые.
Наверное, чемпионами по поглощению крупных предметов являются африканские змеи-яйцееды, или яичные змеи. С них и начнем разговор о вкусовых пристрастиях и разнообразиях наших героев. Яйцеед совсем не зря так называется. Будучи совсем небольшой, до метра, и довольно тонкой, эта змея когда-то перешла на питание исключительно птичьими яйцами. Причем часто яйца в десяток раз превышают диаметр самой змеи!
Найдя гнездо, яйцеед начинает неторопливо на него «напяливаться». Процесс это медленный, ведь челюсти растягиваются до такой степени, что кожа становится почти прозрачной. Примерно так же будет выглядеть наша попытка натянуть эластичный носок на футбольный мяч – спешить нельзя, иначе носок может порваться. Со стороны такая трапеза может вызвать острое сочувствие, кажется, будто змея мучительно страдает. Но сама она так не считает и готова продемонстрировать еще один фантастический трюк: как только яйцо достигает шеи, животное делает несколько судорожных движений, и невероятное утолщение вдруг уменьшается. А вскоре змею, кажется, начинает тошнить, она открывает пасть и с усилием что-то выталкивает, сжимая глотку. Из пасти появляется и выскальзывает наружу светлый комок, оказавшийся пустой плотно сжатой скорлупой! А где содержимое? А содержимое уже давно в желудке, спокойно переваривается! Дело в том, что разгрызть яйцо и выпить, как это делают млекопитающие, змеиными зубами весьма тяжело. Впрочем, у яйцееда и зубов-то нет – при таком типе питания они оказались совсем не нужны и постепенно исчезли. Но и раздавить яйцо прямо в желудке весьма затруднительно. Тогда у этих змей появился настоящий консервный нож, позволяющий легко вскрывать скорлупу. В шейном отделе в пищевод выходят заостренные отростки позвонков, не прикрытые тканью. Будто зубцы пилы, проходя под которой яйцо взрезается, а потом при легком сжатии выдавливается из скорлупы и стекает в желудок. А скорлупа попросту отрыгивается.
Яйцеед не единственная змея, поедающая птичьи яйца, но только он приспособился исключительно к такому рациону и приобрел все необходимые для этого инструменты. Другие любители диетического продукта все же поедают яйца поменьше, да и вскрыть их не могут, поэтому переваривают вместе со скорлупой – пусть дольше, зато надежно, заодно и кальцием организм обогащается. Любят птичьи яйца почти все лазающие полозы, которые легко поднимаются на деревья и разоряют гнезда. Недаром еще относительно недавно сарматского полоза считали вредителем – сожрать кладку было его излюбленным занятием. Держа дома крупных, почти полутораметровых полозов этого вида, я ради эксперимента дал им обычные куриные яйца и с удивлением наблюдал, как они с аппетитом их заглатывали. Нередко разоряют гнезда, устроенные на земле, кобры. Впрочем, все любители птичьих яиц не прочь полакомиться и птенцами, если они уже вылупились. Все, кроме яйцееда. Он даже насиженное яйцо есть не станет, ему подавай только совсем недавно снесенное, без эмбриона, такое, которое легко стечет прямо в желудок. И определяет он такие яйца безошибочно, лучше любого эксперта.
Многие змеи перешли на питание исключительно амфибиями – им больше по вкусу деликатесные лягушки и жабы. Причем многих абсолютно не смущает буфотоксин – чрезвычайно сильный яд, содержащийся у жаб в коже и весьма действенный против млекопитающих, желающих полакомиться жабятинкой. Некоторые кобры даже предпочитают питаться жабами. Впрочем, многие из лягушкоядных змей живут поблизости от воды и научились прекрасно плавать, при случае подлавливая и небольших рыбешек. На юге России многие рыболовы наблюдали, как водяные ужи, проникнув через ячейку садка, съедают пойманную рыбину, а потом, сразу растолстев, не могут выбраться обратно. Хотя чаще всего местные называют водяного ужа шахматной змеей, считают его очень ядовитым и ужасно боятся, отказываясь даже от купания в жаркий день, если видят его плавающим поблизости в
