– Хорошо, если так. Не хотелось бы затевать поисковую операцию.
Мне стало обидно. Неужели я выгляжу такой бестолковой в его глазах?
– Если хотите, могу лично вас уведомить, когда вернусь, – заявила сухо.
– Хм, это...
Продолжить не дал воинственный вопль. Из-за будки выскочил полосатый кот и бросился мне прямо под ноги. За ним вприпрыжку мчался черный. Я инстинктивно отшатнулась и не удержалась на ногах. Упасть не дали только сильные руки, очень удачно поймавшие меня. Ладлоу крепко ухватил за талию и прижал спиной к своей груди.
– Эй, хулиганы, – рассмеялся парень в караулке.
Естественно, коты не обратили на него никакого внимания. Но судя по поднятым хвостам, они не дрались, а играли. Упитанные звери запрыгивали друг на друга, лупили лапами без когтей, валялись на нагретом солнцем камне. Зрелище оказалось до того умилительным, что я не смогла не улыбнуться.
– Любите кошек, ведьма Ормонд? – вкрадчиво спросили на ухо.
Спохватившись, что практически лежу в чужих объятиях, я дернулась. Ладлоу на секунду сжал мои плечи, крепко, почти до боли. Меня словно обдало брызгами прохладной морской воды. Щеки потеплели. Маг помог стать на ноги и шагнул назад, не спуская с меня глаз.
– Что? – бестолково переспросила я, вспомнив, что он задал какой-то вопрос.
– Любите кошек?
– Люблю, – ответила я.
– У нас их много, – заявил караульный.
– Да, больше десятка, – подтвердил Ладлоу. – Все же магия – магией, а от мышей и крыс нет лучше средства, чем кот.
– Им построили домик рядом с такелажным складом, – подал голос второй караульный. – И кормят из офицерской столовой.
– Не завидуйте, – капитан хитро усмехнулся.
– Да как же им не завидовать, – рассмеялись караульные хором. – Спят, едят, играют.
– Сидят на коленках у красивых девушек.
Все трое посмотрели на меня. Я закусила губу, смутившись. Хорошо, что меня не видит Аванта. Опять бы стала говорить, что смущенная ведьма – это ненормально.
– Что ж, хорошей прогулки, ведьма Ормонд. – Голос Ладлоу снова стал сухим и официальным. – И не заблудитесь.
– Благодарю.
Сбивчиво попрощавшись, я вышла за ворота. Внимательные взгляды чувствовались всей кожей, и я растерянно огляделась в поисках дорожек или тропинок. Но потом махнула рукой и просто шагнула в лес. Чужое внимание слегка напрягало. Можно подумать, они раньше никогда ведьму не видели.
Успокоиться удалось, только тогда забор базы окончательно скрылся за деревьями, а все посторонние звуки затихли. Я нашла взглядом самую большую сосну, положила ладони на шершавую кору и блаженно прикрыла глаза. Теплая, ласковая энергия заструилась по пальцам. Вот кто ко мне отнесся сразу приветливо – так это местный лес.
Я присела на корень и устало выдохнула. Вокруг потрескивали ветви сосен, чирикали птицы. Лето на восточном побережье не было обжигающе жарким, но солнце пригревало, отчего хотелось просто сидеть, наслаждаясь теплом, и ни о чем не думать. Пустота в мыслях, тишина в сердце, покой в душе.
Но погрузиться в пустоту не получилось. Несмотря на умиротворенность, на меня вдруг остро накатило чувство одиночества. Если подумать, оно всегда было неотъемлемой частью моей жизни. Отца я никогда не знала. Матери вообще, казалось, была не нужна: она где-то пропадала месяцами, оставляя меня на гувернанток. Аванта, которая забрала после ее смерти, дала все, что могло понадобиться девочке-ведьме, вот только мы с ней были слишком разными, чтобы стать по-настоящему близкими людьми. Я нашла свое место в госпитале Айкера, а потом встретила Теренса и считала, что он – мужчина, который станет моей половинкой. Но оказалось совсем не так. Меня жестоко предали, и все чаяния рассыпались, будто карточный домик.
От мыслей о Теренсе стало горько, больно и до безумия обидно. Как я могла так обмануться? Как могла не разглядеть за красивым фасадом истинную натуру мужчины? Наивная дура. Повелась на высокопарные слова и решила, что встретила настоящую любовь. Не зря падение с небес на землю оказалось настолько болезненным.
Я решительно встала и потерла лицо ладонями. Что-то меня понесло не туда. Совсем не этих эмоций я ожидала от лесной прогулки. Нужно срочно брать себя в руки. В конце концов, с таким настроем даже травы собирать нельзя. Иначе вместе полезных ингредиентов выйдет бес знает что.
В конце концов, в любой ситуации можно найти светлые стороны. Да, Теренс меня предал. Но хорошо, что я узнала об этом сейчас, а не после свадьбы, когда расстаться было бы гораздо сложнее. Да, мою любовь растоптали. Зато я получила прививку от наивности и теперь буду смотреть на романтику трезвым взглядом. Да, мне пришлось бросить все, потому что с Теренсом даже в одном городе оставаться было противно. Но у меня появился шанс начать новую жизнь. И мне нельзя этот шанс упустить.
Окончательно выбросив бывшего из головы, я пошла вперед. Заблудиться не боялась. Пусть море – не моя стихия, почувствовать такое количество воды и выйти к берегу совсем не сложно. Поэтому сейчас я даже не особенно старалась запомнить дорогу, больше обращая внимание на то, что росло вокруг. Лес был чистым, свежим и живым, что безмерно радовало душу ведьмы. Воздух звенел от рассеянной в нем энергии. Люди остались где-то далеко-далеко.
Я перешла через пригорок и стала спускаться вниз, на дно широкой лощины. Почва там стала влажнее, а травы – сочнее и выше. А вот это уже показалось интересным. Среди зелени виднелись темные листья моренника, длинные стрелки змеиного лука и яркие головки девясила. Я сняла с плеча корзину и опустилась на колени. Сбор начался.
Постепенно корзина заполнялась аккуратными свертками. Я не срезала все подряд, выбирая только то, что подходило именно сейчас. Какие-то травы еще не набрались всех соков. Какие-то просто не любят солнечный свет. Каждому растению свое время, и я, как ведьма, знаю, когда это время наступит. Например, аконит лучше выкапывать в полночь, голубой папоротник – в полнолуние, когда он тянется к луне, а кровь-траву – только если цветы полностью засохнут и на стеблях вырастут толстенькие коробочки с семенами. Но все это будет потом. Я наверняка наведаюсь сюда еще не один раз.
Поднявшись из лощины на пологий склон, я свернула на север и побрела дальше. Нашла пару пятен редкого черного лишайника, который тоже пошел в корзину, несколько рощ, где осенью точно должны быть грибы, и старое дерево, истекавшее ароматной смолой. А когда уже решила поворачивать назад, наткнулась в траве на выщербленную каменную плиту.
Я подняла голову и осмотрелась. Кладбище было очень старым. Оно давно заросло, и надгробные плиты терялись среди травы и сосен. Буквы на них стерлись под напором дождей и ветров. Многие надгробия потрескались, а кое-где от них остались только груды камней.
Я осторожно прошла дальше. Нежити тут явно не было, ведь с момента последних похорон прошло очень много времени. Зато вполне могло расти что-нибудь полезное. И через пару минут я увидела почти черные стебли могильной травы. Из нее получается отличное зелье для выведения ядов из тела. Вот только сейчас ее не было никакого смысла рвать. Могильная трава тоже любила полнолуния. Нужно прийти сюда попозже.
Постепенно деревья стали реже, а надгробия – свежее. К старому погосту примыкал новый, а это значило, что поблизости может быть деревня. Но к людям выходить не хотелось, поэтому я повернула назад. А стоило пройти несколько сотен футов, оказалась на дороге, которая соединяла базу и Моранген. Значит, когда пойду за травой, мне не понадобится блуждать по ночному лесу. Да и сейчас дойду до Морбрана быстро и со всеми удобствами.
На базу я вернулась как раз к обеду. Караульные проводили меня любопытными взглядами, но останавливать не стали. Наверное, постеснялись, ведь капитана Ладлоу тут уже не было. Травы в корзине испускали одуряющий аромат, и я сразу понесла их в лазарет.
– Есть улов? – Джун Крафтон выглянула на звук моих шагов.
– Есть, и не плохой, – ответила я.
