Читаем без скачивания И будет вам счастье - Люся Лютикова

Я подошла к Сильвии и шепотом спросила:

– Что случилось?

– Пропал Сергей, личный водитель Лисовика, – прошептала она в ответ. – Такое произошло впервые, он никогда без разрешения не покидал дом.

– Когда вы видели его в последний раз?

Прислуга нахмурилась:

– Около часа дня он обедал на кухне, потом поднялся к хозяину в кабинет. Больше я его не видела.

Меня осенило: водитель! Вот кто причастен к убийству Лисовика! В том, что олигарх умер не своей смертью, я уже не сомневалась. Таких случайных совпадений не бывает. Значит, мне надо найти Сергея и заставить его отдать противоядие. Ура, я буду жить!

Я обратилась к Дарье:

– Как Леонид Назарьевич нашел водителя? Сергея кто-то порекомендовал?

– Без понятия! – рявкнула вторая жена олигарха.

– Я знаю, – встряла Колтунова, – через агентство «Прайм домашний персонал». Я тоже там свою домработницу нашла. А художник Севрюгин в «Прайме» регулярно личных помощниц заказывает, ему присылают длинноногих блондинок, как он любит. Да вся Рублевка набирает там прислугу!

Чтобы раздобыть телефон агентства, мне понадобилось меньше минуты. Да здравствует платная справочная служба, которая может ответить на любой вопрос! Позвонив в «Прайм домашний персонал», я узнала, что агентство находится рядом со станцией метро «Курская» и работает до двадцати ноль-ноль. Часы в гостиной показывали пять, я прикинула, что за три часа успею добраться до центра Москвы. Как же я была наивна!

Началось с того, что, выйдя за ворота дома, я заблудилась. Пошла направо, почему-то я решила, что этим путем приду к воротам поселка, но дорога неожиданно раздвоилась, я опять выбрала правую сторону и через триста метров уткнулась в ворота какого-то особняка.

Вернулась обратно, на этот раз свернула на левую развилку. И через сотню шагов снова уткнулась в чей-то высокий забор.

Пришлось возвращаться к дому Лисовика и от него идти налево. Я топала уже четверть часа, а шоссе все не кончалось. Мимо на дикой скорости пронесся серебристый «Додж», я даже не успела поднять руку, чтобы его остановить. Вокруг не было ни души, только кошка породы русская голубая сидела на заборе и надменно вылизывала переднюю лапу.

Еще через четверть часа я решила, что необходимо спросить у кого-нибудь дорогу. Подошла к ближайшим воротам, позвонила. Камера наверху с жужжанием повернулась в мою сторону. Я обратилась к красному глазу:

– Простите, я заблудилась! Не подскажете, как выйти на Рублевское шоссе! Тут поблизости ходят маршрутки?

Камера равнодушно пялилась на меня и молчала.

– Ау, вы меня слышите?

Ни ответа ни привета. Я поплелась дальше по дороге и неожиданно наткнулась на кошку породы русская голубая. Нахохлившись, она дремала на заборе. Я оторопело на нее уставилась: неужели та самая? Значит, я попала в лабиринт и хожу кругами? Меня охватило отчаяние. Господи, неужели я никогда больше не вернусь в цивилизацию?!

В этот момент вдалеке показалась женщина. Я что есть мочи припустила к ней:

– Стойте! Подождите меня! Дама, я к вам обращаюсь!

Мои крики не остались незамеченными, женщина остановилась. Вблизи я смогла ее рассмотреть: лет пятидесяти, полная, с широким простодушным лицом, одета в джинсовую юбку, водолазку и короткую кофточку малинового цвета, которая у модельеров называется «болеро».

– Простите, вы тут живете?

– Работаю, – ответила дама.

– Скажите, как отсюда выбраться? Иду уже полчаса, а дорога не кончается.

– Без машины тут беда, – словоохотливо подтвердила собеседница. – Мне хозяева отдали свою бэху, чтобы я могла нормально на работу добираться. Но сейчас она в ремонте, вот и приходится пилить на своих двоих. Пойдемте со мной, я тоже иду к остановке.

Мы отправились в ту сторону, откуда я только что пришла.

– Вы сказали «бэху»? – спросила я, чтобы поддержать разговор.

– «БМВ», – пояснила дама. – Такая славная машинка: коробка-автомат, усилитель руля, сиденья с подогревом. Я даже права не покупала, а честно сдала экзамены!

Я с трудом представила ее за рулем машины премиум-класса.

– А хозяева что же, без машины остались?

– Скажете тоже, да у них еще четыре штуки есть, целый автопарк! – Она принялась загибать пальцы на правой руке: – «Бентли», «Майбах», «Лексус» и этот, как его, все время забываю название… Вспомнила – «Астон-Мартин», на нем еще Джеймс Бонд ездит!

Я присвистнула:

– Ничего себе! У кого же вы работаете? У Рокфеллера?

– У самого Пучеглазова! – гордо заявила дама. – Знаете такого?

Я понятия не имела, но боялась показаться отсталой деревенщиной:

– Кто же не знает Пучеглазова! Повезло вам!

Женщина расцвела:

– Еще как повезло, я прямо сама себе завидую. И все подруги по столовой говорят: вот бы и нам такое счастье привалило! Но Василь Василич – он один такой.

– Это точно, – кивнула я. – А кем вы трудитесь у Пучеглазова?

– Поваром. Раньше-то я в заводской столовой работала, думала, так и помру на проходной. А потом завод купил Василь Василич. Пришел однажды в столовую, заказал бефстроганов, а это мое коронное блюдо, поел и спрашивает: «Хочешь, Дина, моим личным поваром работать?» Ну, а я не будь дурой отвечаю: «Согласна, только без интима!» Он рассмеялся: «Мне после твоей стряпни уже ничего не хочется. Для меня вкусно поесть – лучшая радость в жизни». И точно: любит простую еду, какую еще в советских столовых подавали. Пробовала я ему фуа-гра готовить и утку по-пекински, так не понравилось, гречневую кашу хочет, со шкварками!

Дама остановилась, вытащила из объемной сумки зеркальце и поправила сережки в ушах – довольно уродливые серебряные изделия с бирюзой.

– Это у вас новые сережки? – догадалась я.

Повариха расплылась в улыбке:

– Ага, хозяйка подарила. И кофточку тоже. Ты, говорит, Дина, теперь почти что член семьи, так что не отказывайся от подарков. А чего мне отказываться-то? Я всему рада.

Тут я заметила, что на Дине надето никакое не болеро, а обычная кофта, только размеров на десять меньше, чем требуется. Поэтому она не застегивается на груди и достает лишь до лопаток. Очевидно, раньше тряпка принадлежала худосочной хозяйке.

– А вы в поселке к кому приходили? – полюбопытствовала Дина.

– К Леониду Лисовику, я к нему на работу устраиваюсь, – соврала я.

– Да ну?! Правда? – искренне удивилась собеседница. – И кем же?

– Грумером.

– Кем?!

– Собачьим парикмахером.

– У Лисовиков же нет собаки!

Я пожала плечами:

– Значит, завели. Рыжего кокер-спаниеля.

Дина недоверчиво на меня уставилась, я почувствовала себя записной врушкой.

– Что-то не похоже это на Лисовика… – протянула она.

– Что именно?

– Да все: собака, грумер… Хотите совет? – Я кивнула. – Не устраивайтесь к Лисовику, он голь перекатная.

– Почему это голь? – оторопела я. – Обеспеченный человек. Вон дом какой огромный.

– Ага, и на весь дом – одна прислуга, Сильвия.

– Шофер еще есть.

– Ну да, Сильвия, шофер и няня. А у нас, – Дина стала загибать пальцы, теперь уже на обеих руках: – повар, домработница, горничная, две няни, дневная и ночная, три шофера, садовник и управляющий. Десять человек получается! Еще к хозяйке каждое утро приезжают личный парикмахер и маникюрша. А Изольда, жена Лисовика, сама себе ногти красит, позор!

– Ну, это не показатель, – запротестовала я, – может, Изольде не нравится, когда к ней прикасаются посторонние люди, я знаю, бывает такая фобия.

– Очень даже ей нравится! Просто Лисовик жмот, держит ее в черном теле. И не только ее – всех, включая детей! Знаете, какую коляску он купил, когда родился старший ребенок? Самую простую, за четыреста баксов, в «Меге» отоварился!

– А у вас коляска, наверное, из золота? – улыбнулась я.

Но шутка не удалась.

– Конечно! А как иначе? У нас должно быть самое лучшее! – убежденно заявила повариха. – Наша коляска сделана в Англии, украшена золотой буквой «М» и стоит две тысячи фунтов стерлингов! Таких колясок в мире было выпущено всего двадцать штук, одна есть у Анджелины Джоли и Брэда Питта! Мы, кстати, девочку Мирославой назвали, чтобы букву «М» оправдать.

Я сомневалась, что семья голливудских актеров настолько обезумела, чтобы за свои кровные покупать подобную вещь. И вряд ли бы им пришла в голову мысль назвать ребенка в честь коляски.

Однако здорово же хозяева проработали Дину – «мы купили», «мы назвали»… Похоже, она и впрямь воспринимает себя и своих работодателей как нечто целое.

– А второму сыну Лисовик вообще коляску не покупал, представляете? Сказал, что после первого еще в хорошем состоянии, чего зря деньги тратить? Вот ведь скупердяй!

На мой взгляд, весьма здравый подход, но я оставила свое мнение при себе.

– Няня у них получает сущие копейки, – продолжала сплетничать Дина. – Детей-то двое, а платят, как нашей няне за одного. Шоферу тоже не доплачивают, ему едва хватает на съемную халупу в Кунцево.