коллеги Мастер Гу Цьян недавно пережил, и это ощущение ни с чем не спутаешь. Что же тогда произошло?
Эмиссар сильно приуныл. Вообще-то, теперь его пугал весь этот чертов мир! Мир, в котором живет всего лишь один Охотник… и в котором внезапно пропадают такие личности, как Верховный Эмиссар Борден!
Глава 4
То, что дело, с которым меня захотел увидеть глава СБ Империи, было непростым, я сразу понял. Тут и дураку всё понятно, даже твердолобому Охотнику.
Ведь Болконский прибыл на обычном с виду гражданском вертолете, которого не отличить от сотни других, что летают по городу. В такой вертушке нет системы защиты, на первый взгляд, да и удобств тоже. Что говорило о важности дела, по которому он прилетел.
Если честно, мне сложно придумать, что это за дело. Возможно, союз с моим отцом натолкнул их на некоторые мысли, и мне даже страшно представить, какие они. Или были еще условия, при которых он вступит в войну. Впрочем, я ночью уже понял, насколько отстал от жизни. И дело даже было не в Белле, а в Годарте. Пока искал новости о ней, то наткнулся на другие, не менее интересные, которые находились в закрытых каналах, куда я получил доступ благодаря своему статусу Абсолюта. Нам положено знать больше, чем другим. Там было видео, пересланное из Пруссии, где выступал Годарт. Мощная речь.
Годарт вышел сразу после боя на главную площадь, весь потрепанный, но живой. Люди ахнули, когда увидели своего правителя в таком виде. Он произнес речь о том, что на него было совершено покушение. Но ему помог его внук… Затем он сказал, что давно знал о том, что союзникам не нужен союз, а лишь его страна. Для этого он и отправил своего единственного нормального приемника в другую страну, где и спрятал того.
Конечно, мне все это не понравилось, но пусть будет… Для людей это красивая легенда. Также добавил, что я сам этого не знал, и теперь возвращаться не собираюсь. Но у меня появился названный сын, которого Генри принял. И показал залитого кровью Ларика.
— Он сегодня сражался плечом к плечу, пока моя хваленая гвардия была одурманена и обманута. Этот переворот планировался давно и тщательно, — вещал он строгим голосом. — Они хотели поработить мою страну… Нашу страну… А получили лишь мой гнев… Отныне у Пруссии нет больше старых союзников… Но будут новые или не будут… Неважно… Вставай, Пруссия! Отныне мы больше не можем спать спокойно, окруженные подлыми предателями! Я объявляю войну Французскому Коронату, Римской Империи, Австро-Венгерской Республике, и некоторым другим странами, причастность которых скоро будет доказана, но пока я не хочу быть голословным.
Я думал, что после таких слов его тут же скинут и пойдут выбирать нового правителя, но люди были другого мнения. Его слова встретили волной одобрения, и люди радостно закричали. Это не был крик обманутых людей. Нет, так кричали люди, которые устали от того, что их наследие забывается. Устали от несправедливости к ним, и тому наследию, которое у них забрали.
Еще с той жизни я помню пруссов. Это очень гордые люди, которые не любили жаловаться и что зря сотрясать воздух. Они всегда действовали, и никогда не просил помощи.
— Объявляю полную военную мобилизацию! Все, кто могут держать в руках оружие, и знают, как это делать… Приглашаю вас присоединиться, и самим создать нашу историю! А также вернуть утерянную!
Полагаю, что после таких его слов, в короткие сроки армия увеличится очень круто. Те, кто замышлял против Генри предательство, идиоты… Железного Князя так просто не убить… А вот обидеть — легко. А зная народ… Он будет очень мотивированным, а еще, страна давно готова перейти на военные рельсы. Как бы в Европе не появился новый Римский Император… Это кроме того, что ее территория вернет себе былой простор. Ах, Генри! Вот хитрый жук! «Мне не нужна корона Рима». Кажется, он всегда так говорил?
Пожалуй, я не зря сделал то, что сделал. А именно ночью написал официальное письмо, в котором предложил Годарту выкупить у меня десять тысяч мечей из разломного металла и две тысячи комплектов брони. Непростой брони, а слегка артефактной. Плюс амулеты. Они им точно понадобятся. Само собой, это все не идет в минус Империи. С Лизой уже есть некий договор, и она в скором времени получит свою партию, гораздо больше. Ну, это касается мечей и амулетов. Про броню Елизавета Петровна пока не знает. Это сюрприз — результат свадебного подарка Долгоруковых, что дали чертежи и технологию, переработанную под «кустарное производство» моей Горы. Плюс — с использованием доступных мне материалов. Королевский подарок, что же Иван Сергеевич предложит мне на этот раз?
Не зря я все это время накапливал свои склады. Теперь пришло время их разбирать. Зачем торговать в розницу, и надеяться только на это? Если можно начать продажи в момент начала войны. Представляю, сколько там будет денег… Моя Анна будет в восторге.
Но это все не то… Какого хрена нужно Болконскому? Ладно, сейчас узнаю.
— Приветствую! — подошел к нему. — Не скажу, что я рад вас видеть, так как у меня были другие планы… Надеюсь, я не буду их отменять.
— Понимаю, — легкий кивок головы, и все. — Пройдем в дом?
— В беседку, — пожал плечами, и жестом пригласил идти за мной.
Мы прошли в беседку, а пока шли, Шнырька все проверил. У него вообще с собой ничего не было, даже телефона или ручки. Такое чувство, что он знал, куда летит, и что тут может встретить. Нужно будет подумать над этим и понять, где кошка зарыта. Может, и правда, моего Шнырьку уже срисовали.
В беседке нас уже ждали жаровни, которые обеспечивали тепло, и непростые, а с огненными слаймами. В каждой стеклянной колбе на ножках жило маленькое огненное существо, которое плавало в лаве, поддерживая тепло. Новая, блин, разработка которую даже жалко продавать, а потому будем использовать сами.
В моем главном зале уже такие стоят, что очень удобно. А главное, если произойдет нападение, то их можно разбить одной мысленной командой, и суровые твари сразу встанут на защиту. Хотя, этот родовой зал используется слишком редко. Не то, что раньше…
Помимо ламп, на столе уже была разная еда на двоих человек, а ещё, хорошее вино.
— Вино? — хмыкнул Болконский. — Может лучше коньячку?
Бутылка старинного коньяка появилась в
