довольно беспечно. Молибин просто боялся и никак не мог признаться себе в этом страхе. Нет, уже тогда он точно знал, что не может умереть.
Страх другого порядка терзал его страшно было выстрелить в человека и увидеть, как он рухнет под выстрелом, уже в падении превращаясь в не чувствующий ничто и не думающий ни о чем кусок безжизненного мяса. И Молибин разозлился на себя. А разозлившись, уже на следующий день расстрелял банкира на выходе из дома и сам попал под пули ошалевших от наглости киллера охранников. Убийца и жертва умирали одновременно. Умирая, они смотрели друг другу в глаза, и в глазах умирающего банкира светилось удовлетворение от того, что смерть,его оплачена жизнью убийцы. Он не знал, что уходит из жизни навсегда, в то время как Молибина ожидал Кокон.
Второй раз он родился уже со вкусом крови во рту. И убивал гораздо свободнее, только значительно более тщательно искал подходы к объекту, руководствуясь лишь одним правилом: виновный должен умереть без отмщения. Он не должен чувствовать удовлетворение, видя смерть своего палача. Палач должен казаться жертве неуязвимым, иначе теряется смысл и сама сладость мщения.
Раз за разом удача была к нему все благосклоннее. Высшее удовольствие он получал, когда, избавившись от оружия и грима, возвращался к умирающей жертве и из толпы смотрел ей в глаза.
Жертва исходила кровью и не имела сил, чтобы указать на своего палача или что-то сказать окружающим. Наблюдая за бессильной, медленно гаснущей злобой умирающего, Молибин чувствовал, как торжествующая сила разливается в его жилах, заставляя сердце яростно и сладко биться.
- За Катеньку! - беззвучно шептал Молибин. - За Славочку и Сашу...
Ему казалось, что семье его будет не так одиноко и тоскливо на небесах, если кто-то заставит сволочей страдать так, как страдали они.
Второй раз он уже верил в удачу, и эта вера помогла ему продержаться долго - до рождения в третьем Коконе он убил пятьдесят шесть наркодельцов. Его вычислили и взорвали прямо в номере гостиницы "Свердловск" в уже переименованном в Екатеринбург городе.
И никто не знал, что он умер через несколько минут после взрыва и, умирая, смеялся над глупостью убийц - ведь к каждому из них неизбежно придет мститель. И он к ним пришел. Последним он настиг в Саратове Лахудренка. Именно Лахудренок организовал его убийство в гостинице "Свердловск" и потому был поражен, увидев вернувшегося из могилы человека. Молибин вспомнил выражение лица Лахудренка и засмеялся от радости осознания того, что перед смертью бандит узнал его и испытал страх.
После четвертого рождения он стал почти профессионалом. Теперь его тревожил пистолет, который, несомненно, милиции уже примелькался. И все-таки первое после очередного рождения убийство он совершал из этого пистолета, а потом уже оружие выбрасывал и добывал другое, благо что после Абхазии, Приднестровья и Чечни сделать это было нетрудно. Сразу не расставался он с пистолетом только в исключительных случаях, когда сама возможность благополучно уйти казалась сомнительной и пистолет требовался, чтобы застрелиться. Оружие проблемой не являлось. При желании в этой России можно купить даже тактическую ракету, была бы в ней нужда. Труднее было найти деньги. Те, что оказывались вместе с ним в Коконе, были советскими и хождения в новой России не имели.
Но деньги найти тоже оказалось не так уж и сложно. Достаточно от одной дряни принять заказ на то, чтобы убрать другую такую же дрянь, если не хуже. Обычно он получал деньги до исполнения заказа и большее заказчиком никогда не встречался. Это гарантировало их общую безопасность. Полученные деньги Молибин тратил на жизнь и сбор информации. Деньги стали мерилом жизни нового общества, и любые сведения можно было получить, заплатив требуемую сумму. Молибину приходилось подкупать и уголовников, и работников прокуратуры, и высших милицейских чинов. С каждым подкупом он терял веру в нормальное развитие общества, порой ему казалось, что яблоко страны разъедает гигантский червяк, травя своими метастазами и выделениями все здоровое окружающее и порождая вокруг себя таких же бесхребетных червей, только поменьше размерами.
Гниль - вот что окружало его. Гниль.
Жажда наживы охватывала всех, она разъедала людей, нажива стала божеством, у ног которого лежали все - от министров до рядовых членов общества, включая и самых деклассированных. Многие с легкостью шли на любые преступления.
Человек, которого Молибину предстояло убить в Волгограде, занимался продажей наркотиков и одновременно отвечал за борьбу с их распространением. И то, и другое он делал вполне успешно; расплачивались за эту легкость своей жизнью и своей свободой сопляки, отдававшие дань моде. Именно они становились преступниками. По мнению Молибина, виновный в деградации общества человек обязан был умереть. Вурдалак заслужил свой кол.
Ночью, глядя в потолок одноместного номера гостиницы "Интурист", приезжий из города Перми Николай Андреевич Аксенов обдумывал план убийства начальника местного управления внутренних дел генерал-лейтенанта Тикачева. Незадолго до убийства Кувалдина, еще будучи Вячеславом Коробковым, он засек контакт Кувалдина с милицейским генералом и прослушал их беседу, а потому точно знал, что поток наркотиков, идущих в Волгоград из Азии, контролирует именно Тикачев.
Из аналитической справки по контрольно-наблюдательному делу УУР МВД РФ No 011У021
Принятыми мерами розыска установлено, что неизвестный, имевший паспорт на имя Коробкова Вячеслава Николаевича, 1954 года рождения, покончивший жизнь самоубийством в г, Волгограде 9 августа 1999 года, неизвестный, имевший паспорт на имя Михасенко Геннадия Петровича, 1956 года рождения, убитый 8 июля 1999 года в городе Саратов, неизвестный, имевший паспорт на имя Абрамова Валерия Александровича, 1956 года рождения, труп которого с признаками насильственной смерти обнаружен в г. Коканд республики Узбекистан 19 ноября 1996 года, неизвестный, имевший паспорт на имя Валикова Сергея Дмитриевича, 1955 года рождения, труп которого с огнестрельными ранениями обнаружен в пос. Зимовники Ростовской области 11 мая 1995 года, неизвестный, имевший паспорт на имя Гукова Андрея Станиславовича, 1954 года рождения, погибший 14 сентября 1993 года при взрыве в гостинице "Свердловск" г. Екатеринбург, имеют дактилоскопические отпечатки (за исключением Михасенко, труп которого обнаружен без кистей рук) и внешность идентичные Молибину Анатолию Николаевичу, 1954 года рождения, уроженцу с. Мачеха Еланского района Волгоградской области, прож. г. Саратов ул.Привокзальная, 31 кв. 11, последнее место работы Саратовский НИИ Биотехнологии, руководитель группы. Молибин Анатолий Николаевич убит 8 июля 1991 года при покушении на управляющего "Агробанком России" Улимина Вадима Аркадьевича, место захоронения не установлено. Все указанные выше лица по имеющейся оперативной информации погибли в столкновениях с организованными преступными группами, представляющими российскую наркомафию.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
