— Ты с нами к Айсу?
— Нет, на сегодня я свой лимит на прогулки исчерпал. До завтра, милая Елена! Пока, Крис! — Поцеловав мне руку, заскочил в ближайшую пустую карету и уехал в неизвестном направлении.
И вот странно, при первом взгляде, Горан мне очень сильно понравился, да что там, он и есть — мой любимый типаж во плоти. Но, пообщавшись с ним полдня, я понимаю, что и к Йену, и к Крису, и даже к Айсару меня тянет гораздо больше, чем к Горану. И вроде возраст должен сказываться, и я должна смотреть на мужчин постарше, но хоть убей, присмотреться к дракону хотелось исключительно с научной точки зрения. Интересного мужчину я в нём потеряла. Опять моя сломанная интуиция шалит?
Крис тоже поймал свободную карету, и мы поехали в гости к Айсару: его дом находился в противоположной части города, так что ехать пришлось добрых полчаса. Я снова смотрела в окно и поражалась красоте местных улочек. Возможно, меня возят по самым красивым местам, но мне почему-то кажется, что даже небогатые районы в этом городе выглядят ненамного хуже.
— Как называется этот город? — спросила я Криса, отрываясь от пейзажа.
— Трион. Раньше в нашем мире было две столицы, но Ил разрушили во время Войны. До сих пор ходят легенды о его красоте. Богиня запретила его восстанавливать в память о случившемся, так что, все существа бросили силы, чтобы сделать красивым оставшийся Трион, да и любое другое место, где бы ни жили оборотни, люди или драконы. Теперь наш город дышит цветочными ароматами и уютом, хотя так было не всегда.
— Расскажи, пожалуйста, о вашей Войне. Вы так часто о ней упоминаете… — попросила я.
Крис посмотрел на меня внимательно, потом выглянул в окно и начал рассказ:
— Последняя Война началась около четырёх тысяч лет назад. Почти пятьсот лет драконы, оборотни и люди воевали друг с другом за власть, территорию и ресурсы. Они не делились на расы, ведь и так понятно, что драконы самые сильные, оборотней больше количеством, а люди заведомо в проигрышном состоянии. Просто все хотели жить лучше и быть выше кого бы то ни было. В бессмысленной, кровопролитной войне дошло до того, что мы сами уничтожили своих же собратьев, и население сократилось в двадцать раз. Страдали все, но власть имущие уже не могли остановиться: шутка ли — ведь победа так близко. И тут на землю спустилась Богиня Айлин — мать всего живого. Время остановилось, а все существа, живущие тогда, оказались на развалинах древнего города Ил. Богиня задала всего один вопрос: "чего ты хочешь?", но адресован он был каждому существу. Через несколько секунд ещё тысячи существ сгорели заживо, и тогда Богиня пояснила: "Они хотели победить, а вы, живые, хотели жить. Так вот: будем считать их победителями". Драконам, самым сильным и задиристым, в наказание богиня отдала трон и запретила ввязывать в свои распри любую другую расу. Оборотням дала сильнейшую любовь к своим детям. Правда если раньше у одной пары рождалось от двенадцати до двадцати детей, то теперь и трое — редкость. Людям Богиня даровала третий дар. Раньше они владели либо магией смерти, либо магией жизни, а теперь появились артефакторы, наделяющие предметы невиданными возможностями. Правда такие маги так же редки, как и солнце ночью. Также Айлин даровала нам Драмир — язык, объединяющий все расы. С тех пор никто не в состоянии вспомнить на каком языке говорили наши предки. Правда есть уникумы, вроде Айса. Он умудряется переводить старые фолианты, написанные на языке предков, и выискивать там утерянные заклинания, в надежде найти что-то на самом деле ценное для общества.
Его монолог закончился, и я взяла паузу, чтобы всё обдумать. Картина вырисовывается преинтересная, правда я не уверена, что смогу делать выводы объективно. Если я правильно посчитала, войн у них не было примерно три с половиной тысячи лет: неплохо, если учесть, что для них — это смена четырёх поколений. Я так понимаю, среди правящей верхушки драконов существуют подковёрные игры, но больше туда никто из людей и оборотней не лезет. Эх, жаль, что у нас вот так же богиня не спускается. Не было бы ни "Чечни", ни "Афганистана". Естественно, я говорю в контексте междоусобных воин, а не государств. Иногда так не хватает отеческой оплеухи, чтобы прекратить бесчинства. Но, как говорится: "Паны дерутся, а у холопов чубы трещат".
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Глава 13
Елена
Оставшуюся дорогу до дома Айсара мы проехали молча, а на входе в это скромное, по сравнению с поместьем Криса, жилище, произошла заминка:
— Подожди, пожалуйста, здесь. Я не уверен, что открывать двери нам будет кто-то, не пугающий до дрожи. Я позову, — сказал Крис и быстрым шагом пошёл к парадному входу трехэтажного дома.
Фасад здания также был из бежевого камня, и на улицу смотрели по четыре окна на каждом этаже. Не возьмусь предположить, насколько велик дом Айсара, но он тоже, судя по всему, не маленький. От дороги его отделял привычный глазу кованый забор, а небольшой дворик занимали всего-то три дерева и мощёная дорожка, ведущая прямо к крыльцу. Эти три неопознанных мною деревца стояли в ровный рядочек справа от дорожки и параллельно ей, но в целом они смотрелись бы здесь не так эффектно, если бы слева, у самого дома, не росло три куста плюща, поднимающихся по фасаду ровными столбиками к самой крыше. Такая нехитрая симметрия придавала особый, интригующий вид, казалось бы, заурядному дворику.
Входная дверь отворилась, и я заметила белую макушку. Спустя пару мгновений Крис повернулся ко мне и, улыбаясь, начал спускаться по ступеням крыльца. Когда его массивное тело сдвинулось и освободило обзор, я увидела в дверях такого же довольного Айсара и уже сама пошла навстречу мужчинам.
— Он думал, что я позволю открыть двери умертвию! — эмоционально пожаловался на друга Айсар, как только я подошла. — Здравствуйте, Елена! Я очень рад вас видеть.
— Вообще-то, ты обычно так и делаешь, — обвинительным тоном ответил на выпад друга Крис и повернулся ко мне: — Особенно, если к нему родственники заходят. Нравится ему держать людей в напряжении.
— Я просто хочу, чтобы только самые близкие существа чувствовали себя здесь как дома. Оттого умертвия и гоняют всех, кого не приглашали. Для вас, Елена, двери моего дома всегда открыты! — сказал блондин, заглядывая мне в глаза, а я даже растерялась.
— Большое спасибо, Айсар! — ответила я вежливо, не зная, как по другому на это реагировать.
— Ну что вы, называйте меня Айс, и на ты, конечно же, — улыбнулся он, и я заметила, как этому предложению удивился Крис. — Может быть и вы разрешите мне называть вас как-то по-особенному? — эти слова он говорил, проходя по широкому коридору, но при этом оттесняя Криса нам за спины.
— Обычно близкие зовут меня Лена.
— А можно я буду сокращать до Ель? Мне кажется, вам оно больше идёт, чем Лена, — спросил Айс, и я просто замерла.
Так называла меня бабуля в далёком детстве. Нет уже ни бабули, ни родителей, а "Ель" осталась. Вот и не расслабляйся, Ель, нам домой возвращаться, а ты тут слюни распустила.
— Можно, — сдержанно ответила я, не желая дальше продолжать этот разговор.
— Я ждал вас, так что позаботился об обеде, — сказал Айс.
Мы как раз вошли в красиво обставленную столовую, и я почувствовала умопомрачительный запах мяса.
Мы с Крисом и Гораном проходили по магазинам около трёх часов, но устала я очень сильно.
Айс проводил меня до стула и придвинул его, когда я присаживалась. Крис устроился напротив меня, а сам хозяин дома расположился во главе стола. Здесь обеденный стол был намного меньше, чем в поместье Криса, наверное, человек на двенадцать-четырнадцать, но даже несмотря на это, я чувствовала себя здесь не совсем уютно. После маленьких кухонь в панельных домах, мне вообще непривычно видеть такие просторные помещения и понимать, что здесь люди просто едят. Кстати, о людях:
— Айс, а скажи, пожалуйста, ты тоже оборотень?
