Блондинка, судя по всему, уже откушала и теперь откинулась на спинку стула, пристально глядя на своего спутника, сидевшего напротив.
– Ты опять чешешь живот, – сказала она сварливым тоном. – Кому интересно пялиться на твое волосатое брюхо?
Мужчина поспешно втянул живот, совсем небольшой и даже милый, на взгляд Анжелы. Его можно было нежно целовать по утрам. Впрочем, блондинка не дала ей размечтаться и продолжила трескучим голосом:
– Застегни рубашку. Это кошкам твоим фиолетово, на кого ты похож. Но я не кошка. Я женщина! И мне необходим рядом настоящий мужчина. Ты это понимаешь, Павлик?
– Понимаю, понимаю.
Павлик страдальчески, как обиженный пес, повел взглядом по сторонам. Анжеле был знаком этот тоскливый, почти уже лишенный надежды взгляд. Она невольно скосила глаза на Лёву. Тот замер над развернутым меню, подобно гончей, почуявшей жертву.
– Вставай, принеси нам мороженого. А то сидишь, как тюфяк, смотреть противно. Расплылся на стуле… Подойди к стойке и закажи.
– Мороженое тут называется «сладолед», – подсказала брюнетка. – Ты ведь наверняка не помнишь. У тебя в одно ухо влетает, а в другое вылетает.
А блондинка поинтересовалась:
– Дать тебе денег?
– У меня есть свои, – ответил «тюфяк», испытывая очевидное облегчение оттого, что хотя бы ненадолго избавится от общества… Кого? Жены? Ну, еще бы! Можно даже не сомневаться. Кто же тогда брюнетка? Подруга жены? Нет, скорее сестра. В узких, поджатых губах и сверлящих глазках обеих женщин угадывалось несомненное сходство.
– Свои у него, видишь ли, – не унималась блондинка. – Если бы не я, отдыхать бы тебе где-нибудь среди пингвинов.
– Я бы не отказался, – с достоинством ответил Павлик. – Мне уже опротивел твой Египет и это твое «все включено», и жуткая жара…
– Видала, Зин? – вздернула брови блондинка. – Зажрался. А ведь только благодаря мне в люди-то выбился. А то сидел безвылазно в холодной каморке и нюхал собачьи какашки.
Лёва и Анжела переглянулись, одновременно задавшись вопросом, чем же таким ужасным занимался Павлик, пока его не вывели в люди.
– Сейчас, если ты заметил, мы не в Египте, а в Болгарии, – заявила Зина. – В самой что ни на есть Европе. А Египет, милый мой, в Азии. – Тон у нее был назидательный. – Так что нечего тут…
Павлик довольно легко поднялся и отправился заказывать мороженое.
– Если они живут в нашем отеле, – Лёва наклонился к Анжеле и понизил голос, – мы можем с утра встретиться с ними за завтраком. Сядем поближе, я достану мобильник и включу диктофон.
– Зачем? Тащишься от того, что не ты один такой страдалец?
– Я решил сделать фонотеку. У меня будет самая оригинальная в мире коллекция: монологи агрессивных жен. Я, может быть, потом даже издам книгу.
– Кому охота читать целый том, напичканный бранью и унизительными замечаниями?
– Но ведь кто-то должен обратить внимание на эту проблему! – возмутился Лёва. Опасливо посмотрел на сидящих неподалеку блондинку и брюнетку и понизил голос еще на тон. – Мне кажется, масштабы этого явления недооцениваются.
– Какого явления, Лёва? – насмешливо спросила Анжела. – Это не явление, это наши обычные милые женщины, которые, выйдя замуж, решают, что – все, они выиграли приз, теперь муж – это их безраздельная собственность. Если женился – значит, любит. А если любит, должен обслуживать ее, выполнять все ее прихоти, а она сядет ему на голову, ноги свесит и еще будет подпрыгивать.
– Мне жаль этого мужика, – сказал Лёва, оглянувшись на Павлика, медлившего у стойки.
– Мне тоже, – согласилась Анжела. – Кроме того, он симпатичный.
В этот момент Павлик внезапно обернулся и встретился с ней глазами. Несколько секунд они ошеломленно смотрели друг на друга, потом Анжела улыбнулась и отвела взгляд, по своей привычке подперев щеку кулаком. Ей было приятно. «А Павлик действительно необычайно милый», – подумала она.
– Ну-с, – сказал Лёва, когда официант принес прохладительные напитки и сервировал стол, – мне кажется, сейчас самый подходящий момент для того, чтобы разобраться с твоей маленькой проблемой.
– Ты имеешь в виду сбегающих ухажеров?
– Ну, разумеется.
– Но это не маленькая проблема, а проблемища размером с Большой андронный коллайдер. Лёва, они слишком быстро теряют ко мне интерес. Я перепробовала все.
– Ну, так уж и все…
Анжела посмотрела на своего спутника с подозрением:
– На что ты намекаешь?
– Знаешь, ты не ханжа, поэтому спрошу прямо. Может, ты в постели никуда не годишься? Может, у тебя какие-то комплексы?
– Иди к черту.
– Ты же сама просила разобраться, – пожал плечами Лёва и выпрямился на стуле, потому что официант принес еду и начал расставлять на столе тарелки. – О, язык в панировке! Обожаю. Только в Болгарии его готовят так вкусно. Мерси, мерси.
Анжела, у которой от запаха еды потекли слюнки, вооружилась вилкой и ножом. Она заказала куриное филе с «шопским» салатом и теперь вдыхала запах зелени и особенно свежих помидоров, нарезанных аппетитными ломтями. Посыпанный сыром, политый оливковым маслом, салат выглядел божественно. И вообще отпуск начинался потрясающе. Если еще Лёва поможет ей в сердечных делах… А она, дурочка, хотела отказаться от поездки!
– Ну, так что? – спросил Лёва с набитым ртом. – Все у тебя в порядке с сексом? Ты не лежишь в постели, словно дохлая курица?
– В какой постели, друг мой? – насмешливо спросила Анжела. – До постели у меня почти ни с кем и не доходило.
– Может, в этом и кроется разгадка? – Лёва сделал большие глаза. – Мужчины, видишь ли, целиком настроены на то, чтобы соблазнить женщину. А если она слишком долго не соблазняется, они теряют к ней интерес.
– Ну, конечно, рассказывай сказки. Ты сам за Катериной сколько бегал. Если женщина не сдается, интерес к ней, мой друг, только разгорается. Но суть не в том. Поверь мне: я нормальная женщина. Когда чувствую, что у отношений есть перспектива, я их развиваю во всех возможных направлениях. Но, как бы они ни развивались, в какой-то момент – бац! – и происходит затык. Мой кавалер вянет, становится безразличным, звонит все реже и реже… Такое впечатление, что ему со мной скучно.
– Ну, я бы не сказал, что ты скучная девушка. Хорошо, давай сыграем в такую игру. Представь, что у нас с тобой роман…
– Это какая-то хитрость?
– Нет, милая моя, это психологический тренинг.
Анжела расширила глаза, наклонилась вперед и шепотом сказала:
– Подожди, пока «эти» уйдут.
Кто такие «эти», объяснять было не нужно. Блондинка и брюнетка задвигали стульями, взяли в руки одинаковые пляжные сумки – пестрые, словно цыганские платки, – и направились к выходу. Исполненный покорного достоинства, Павлик последовал за женщинами, чуть позади, словно телохранитель. Выйдя из-под тента, все трое двинулись в сторону широкой белой лестницы, спускавшейся к пляжу.
