и сейчас, надо было сразу повернуть назад, как только услышала рык дракона. Нет же, понеслась на спасение леса, спасительница горемычная. Проверила мужиков оба в беспамятстве. И что мне делать с этими бугаями.
Я решительно подняла мешки и пошла вон, но шагов через двадцать, не сбавляя темпа, вернулась и порычала от злости. Я не могла их бросить, беззащитных. А вдруг пока они в беспамятстве их кто съест. Наказание какое-то. Огляделась вокруг в поисках подходящего для волокуши куста или деревца и стала сооружать средство передвижения. В детстве я в походы частенько ходила, так что примерно знаю, как это будет выглядеть, но утащу ли я двоих, это вопрос.
Отрубила деревце попышнее с длинным столбиком, поняла, что тащить, держась за столбик, не смогу. Как всегда, выручили лианы, зацепила их за ветки и сделала две петли, чтобы накинуть на плечи. Потом была целая эпопея с телами, связала их вместе особенно не церемонясь, раны на их телах уже зажили, так что от жесткого обращения не помрут. Сначала закатила на волокуши по одному. Надо сказать хоть и выглядели они не сильно толстыми, весу в каждом не меньше восьмидесяти килограмм, так что катила как бревна, очень надеясь, что синяки у драконов тоже быстро проходят.
Сначала связала их между собой, а уже потом к веткам деревца привязала, чтоб не свалились. Стерла пот со лба, передохнула пару минут. Волокуша получилась масштабная, на пушистых ветках тела драконов хорошо амортизировали и не цеплялись за землю. Теперь бы это все допереть до домика. Скоро стемнеет и шарахаться в темноте по лесу не больно-то охота.
Вдруг с опозданием спохватилась, что по привычке все связывала лианами, а они… со страхом посмотрела на мирно лежащих на волокуше мужиков, связала я их лицами друг другу. Красивые надо сказать драконы, вот же наир, не сказал, что драконы — это не только ящеры. Волосы у обоих длинные, у одного красные как пламя, у второго изумрудные, понятно, что по цвету дракона. Еще смущала их нагота, я, конечно, не дева смущаться, но мужиков голых уже почитай, лет пятнадцать не видела, засмотрелась даже. Фу Вика, нельзя такой быть…
Так, о чем я, о лианах, я боялась, что они как первого эльфа сожрут и драконов, но они мирно покоились на голых телах и поползновения вырастить иглы и вцепится в кожу не делали. Может, мои лианы, которые на мне живут не такие дикие, как их сородичи? Этого я пока не знаю и выяснять буду уже дома. Дом… поймала чувство направления и впряглась в волокушу.
Возвращалась я домой намного дольше, чем шла оттуда и уже в сумерках. Устала так, что не было сил ни развязывать драконов ни снять их с волокуши. Главное подтащила их к домику и упала на землю отдышаться. Костер почти догорел, так что по новой накидала в него веток, чтобы осветить двор. Медленно пожевала холодный суп, сил его доесть не хватило. Прикрыла казанок тарелкой, оставляя его возле импровизированного камня стола на утро.
Чуток погрелась у костра и намочив тряпицу, шмыгнула в домик. Не буду я драконов развязывать, мало ли что им подумается с утра. Сняла я свои природные мокасины, которые так обтрепались, что больше к употреблению не пригодны. Обтерлась тряпочкой освежая разгоряченное работой тело, и упала на мягкую шкурку. Сверху укрылась куском холстины, пусть ноги голые, но чувство защищенности все равно присутствует. Заснула быстро, даже не успела прокрутить в голове случившееся за день и подумать, что первым делом нужно сделать на завтра. Дел столько, что впору за голову хвататься.
Мне ничего не снилось, проснулась я опять резко, с минуту смотрела на ставшую еще больше дыру в крыше и подскочила на лежанке.
‒ Да вы издеваетесь, что ли?
Напротив, умещалось уже две пустые кровати, покрытые шкурой, но в придачу там лежали свёрнутыми одеяла, разноцветные стеганные. А мое где? Сундук перекочевал ко мне в ноги, стол стал шире и появилась еще одна табуретка.
‒ Даже не думай, ‒ погрозилась я дому, ‒ Я этих драконов сразу выпру, вот пойду сейчас и выгоню.
Я соскочила с кровати и открыла дверь, прищуриваясь от дневного света:
‒ А может, и не выгоню, ‒ донесся до меня запах жареного мяса, такой запах ни с чем не спутаешь. На костре теперь стояла сетчатая тренога, а на сетке скворчало нарезанное тонкими пластиками мясо подгорая.
‒ Кто ж так жарит!
‒ Она красивая, ‒ услышала я голос и уставилась на драконов. И как эти паразиты развязались, ну хоть прикрылись, заметила тканые передники, только ткань жалко.
‒ Кто ж так мясо жарит?! ‒ возмутилась я. ‒ Вы его сожгли и соли недосыпали. Можно ведь было и приправ добавить.
‒ И строгая, ‒ сказал красноголовый, ‒ нам подходит.
Я уже подхватила железную миску, которую хотела под сковороду пустить и мясо прутиком туда быстро накидала.
‒ Смотри, какая голодная, сыновья сильные будут, ‒ обратила я внимание на их перешептывания.
‒ Какие сыновья? И чего вы тут хозяйничаете без спроса?
‒ Алайя мы готовы, ‒ склонился красноголовый, я засмотрелась на его волосы, вот же гад, такой. Я его по кустам на себе тащила, у меня на голове гнездо воронье, а у этого волосы ‒ огонь жидкий, волосинки, одна к одной, а я ведь помню, что не церемонилась, и по земле их поелозило и ветками побило.
‒ Алайя мы готовы, ‒ второй тоже склонился, показывая мне всю пропасть между нашими расами, да за такие волосы на Земле деньги немалые платят, а тут смотри, просто так кому-то дают.
‒ На что готовы? ‒ я не поняла их разговоров, зато заметила, что нагло ем мясо, прямо с горелыми кусками. А что? Они мне за спасение должны.
‒ Мы готовы к соитию, ‒ торжественно заявил красный и стянул свой передник, показывая, что и правда готов…
‒ Мать чесная, ‒ мясо вывалилось из моего открытого рта.
Глава 6
Я икнула, когда и второй дракон сорвал тряпицу, а потом опрометью бросилась к скинутым вчера впопыхах вещам. Ухватила
