у них религию! Я, человек, которого они сломали, завладел реликвией, которая для них драгоценней всего на свете. Однажды, если они не узнают обо всем сами, я позволю им узнать — обязательно позволю, — что это я тряс заплесневелые кости Келл-Рэбина в их священной коробке и хохотал над тем, как они дребезжат!
Нет никаких сомнений. Этот человек сумасшедший, про-сто-напросто помешанный.
— И если они так хотят получить их, так страстно, как я думаю, — прошептал он, — возможно, я их верну… за цену в десять раз большую, чем мое месторождение радия. Я их разорю. Я заставлю их копаться в их мерзкой пустыне следующие сто лет, пока они не соберут сумму, которую я потребую. И они всегда будут помнить, что человек с Земли гремел костями Келл-Рэбина! Вот что их добьет!
— Парень, — окликнул я его, — ты совсем свихнулся? Они уже знают, они не могут не знать. Ну как же, ведь рака пропала. Они наверняка сейчас прочесывают всю Солнечную систему в поисках тебя и раки.
— Они не знают, — бросил в ответ мой друг, — Я запутал следы. Я понимал, что у меня не будет шансов выбраться оттуда даже на своем собственном корабле, если они сразу же обнаружат пропажу. В Храме Салдабар по-прежнему лежит рака, совсем такая же, как эта, в которой хранятся кости Келл-Рэбина, но она пуста… Рака, которую я взял и поместил на месте полной. Я пробрался в храм и сделал фотографии с помощью электрокамеры, а потом по этим фотографиям за несколько недель собрал другой ларец, сделав его похожим на настоящий как две капли воды. В одном из углов второй раки спрятано послание всем священникам Марса, и когда кто-ни-будь из них найдет послание, они узнают, куда делись кости Келл-Рэбина.
Звонкий голос наполнил комнату.
— Мы нашли послание, Кеннет Смит, — произнес неизвестный, — И мы уже здесь, чтобы забрать обратно священную реликвию и тебя.
Мы обернулись и позади себя, прямо в этой же комнате, увидели священника с Марса, одетого во все свои живописные облачения. В руке он держал оружие.
Я глянул ему за спину и обнаружил, что дверной замок исчез. Смешно, когда человек вдруг обращает внимание на некие маленькие, незначительные детали как раз в самый ответственный и захватывающий момент.
Священник медлил стрелять. Я был уверен — даже при том, что мой пистолет все еще лежит в кармане, я могу опередить его. Священников Марса не учат пользоваться оружием.
И еще я понимал, что быстрая смерть от его оружия предпочтительней пленения. Это придало мне решимости, и моя рука скользнула в карман. Мне оставалось лишь выхватить оружие и выстрелить, когда грозовой раскат расколол воздух.
Кеннет Смит держал пистолет в руке. Выглядело это так, словно оружие все время находилось в его пальцах. Мой друг был очень быстр, слишком быстр, особенно если сравнивать его с марсианским священником.
Священник корчился на полу — не человек больше, скорее обугленная масса плоти. Вонь горящих волос и кожи смешивалась с острым запахом ионизированного воздуха.
В коридоре раздался громкий топот, и сквозь распахнутую дверь мы увидели второго священника, несущегося к нам со всех ног. Мы выстрелили одновременно, и человек осел на пол-пути, бездыханный, рухнул на пол.
— Мы их поджарили! — прохрипел я. Волнение душило меня, мысли путались.
— Нам надо убираться отсюда, — рявкнул Кен, — Быстрее, на крышу. Тут всего два этажа. У меня есть небольшой флаер.
Беглецы
Сунув пистолет в карман, он кинулся в соседнюю комнату. Пока я стоял, ошеломленный и плохо представляющий, куда идти, он снова появился, держа в руках побрякивающий ларец около трех футов в длину.
Кен схватил меня за руку, и мы, перемахнув через еще дымящееся тело, выскочили в коридор. То и дело открывались двери номеров, из комнат выглядывали люди. Где-то неподалеку раздавался топот бегущих ног, а мельком глянув на табло, которое показывало местонахождение лифта, я убедился, что кабина поднимается.
Мы выбежали на лестницу и помчались наверх. Едва мы добрались до крыши, из лифта вывалила возбужденная толпа людей — почти сразу за нашими спинами. Не оглядываясь на преследователей, мы стремглав помчались к маленькому красному флаеру Кена, и в этот момент какой-то мужчина кинулся нам наперерез. Я с разгону приложил предприимчивого охотника прямым ударом левой, и мы понеслись дальше.
Забравшись в кабину и втащив меня, Кен надавил на стартер. Двигатели взревели, и машина дернулась. Сзади неслась целая толпа. Двое преследователей, на несколько футов опередившие остальных, вцепились в наш флаер, будто всерьез надеялись помешать нам взлететь. Напрасная надежда. Через несколько секунд их руки соскользнули, ребята покатились прочь, а флаер рывком взмыл в воздух.
Мы нарушали все правила воздушного движения, которые только можно было вспомнить, когда на бешеной скорости мчались прочь от отеля. Взбешенные водители воздушных такси кричали нам вслед разные гадости, и не у одного капитана воздушного пассажирского или грузового судна, должно быть, перехватывало дыхание, когда мы закладывали виражи прямо перед носом их кораблей, причем на такой скорости, которая категорически запрещена над городом на нижних, переполненных транспортом уровнях. Дважды регулировщики движения устремлялись за нами, и оба раза мы от них ускользали Никакой другой пилот, кроме Кеннета Смита, знаменитого космического бродяги, не рискнул бы устроить такую безумную гонку на маленьком красном кораблике, а главное — не сумел бы благополучно ее завершить.
Через полчаса мы успешно выбрались за пределы города и летели над пригородной зоной. Очевидно, что убийство марсианских священников будет расследоваться и описание нашего флаера, а возможно, и нас самих уже распространено по всей Земле. Любой полицейский корабль тут же устремится за нами в погоню.
Тем временем надвигалась ночь, и нам, разумеется, нужно было где-нибудь остановиться и передохнуть — в каком-нибудь безопасном месте, где нас никто не заметит. За полчаса до наступления полнейшей темноты, когда сумерки еще только сгущались над плоскими долинами Земли, мы заметили на крыле корабля, летевшего позади нас, золотой круг и поняли, что полиция у нас на хвосте. Впрочем, прежде чем этот корабль смог заметно приблизиться, опустилась ночь, и, продолжая полет без огней, мы от него оторвались.
Часом позже из-за горизонта выскользнула луна, и в ее свете мы обнаружили, что уже добрались до Скалистых гор и летим над их зубчатыми хребтами.
Мы спешно собрали «военный совет». Широкомасштабный поиск, конечно, уже ведется. Убийство двух священнослужителей власти, безусловно, сочтут самым гнусным преступлением, какое можно себе представить, преступлением, которое будет иметь межпланетный резонанс. Полиция перевернет в этих краях каждый камень. Красный
