щеку. Это будет пыткой — провести с ним ночь вместе, бок-о-бок. Если мозгами я понимаю, что между нами все кончено, то душа еще тянется к мужу, не может поверить, что мы больше не вместе. А оказаться с ним наедине сродни самому ужасному наказанию.
— Милый… — цежу сквозь зубы.
— Мы остаемся, — Денис хищно скалится.
Надежда на благоразумие мужа разлетается на мелкие осколки. Тяжело вздыхаю. Оседаю на стуле, слегка съезжая под стол.
— Вот и прекрасно! — улыбается Марат Альбертович. — Тогда завтра и обсудим все условия, а то я переживал, что сегодня не вытяну.
— Я мог бы помочь… — начинает Егор.
— Не стоит, — Марат Альбертович выставляет перед собой руку. — Я справлюсь сам.
Мотаю головой. Тяжело вздыхаю. Кажется, никто не обращает внимания на мое состояние. Я была готова к чему угодно, но такой подставы точно не ждала. Печальным взглядом смотрю на выход. Хочется сбежать отсюда, вызвать такси и уехать подальше.
— Все в порядке? — Егор возникает перед глазами.
Морган, фокусируюсь на нем.
— Да, — киваю. — Все прекрасно.
— Не переживайте, — он ободряюще улыбается. — Здесь не страшно. Я тоже останусь на ночь.
От его слов легче не становится. Только Денис рядом напрягается. Отодвигаю тарелку в сторону. Еда не лезет в горло. Остаток вечера сижу молча, собираюсь с мыслями. Как вести себя с Денисом? “Да никак!” — вопит внутренний голос. Хочется выть.
Когда мы заканчиваем ужин, Людмила Олеговна ведет меня в свою спальню на втором этаже — просторную комнату в нюдовых тонах с огромной кроватью, тяжелыми занавесками, двумя тумбочками и входом в гардеробную, куда мы сразу и проходим. Ровные ряды одежды висят со всех сторон. Людмила Олеговна достает из выдвижного ящика розовые пижамные штаны и кофту на пуговицах. С благодарностью принимаю его. После это мы выходим из комнаты и идем в конец коридора, где прощаемся. Я остаюсь перед дверью своего временного чистилища.
Никак не могу заставить себя войти внутрь. Денис, наверняка, уже там. Прикрываю глаза. Мне просто нужно собраться и пережить эту ночь. И желательно, чтобы она прошла спокойно. Сердце заходится в бешеном скаче. Глупое… оно предвкушает близость некогда родного человека. Мозг же вопит о том, что я совершаю ошибку. Но как бы то ни было, у меня снова нет выбора.
Глубоко вздыхаю. Распахиваю веки. От того, что я стою здесь, проблема не исчезнет. Чем раньше я усну, тем быстрее все это закончится. Берусь за ручку. На секунду замираю.
“Ну что может случиться?”, — мысленно приободяю себя.
Встряхиваю головой. Наконец тяну на себя дверь, шагаю в комнату.
Не успеваю зайти, как тут же оказываюсь прижатой к стене. Денис давит мне на плечи. Нависает надо мной. Его лицо искажено гневом. Чувствую на коже горячее дыхание.
— Какого хрена это было? Когда ты успела с ним познакомиться? — цедит муж, глядя мне в глаза.
Глава 15
— Я же сказала, он мой клиент, — дергаюсь в сторону, но Денис ощутимо впечатывает меня обратно в стену. — Ты что творишь? — втягиваю воздух сквозь стиснутые зубы.
— И чем же вы с этим клиентом занимались? — муж наклоняется ближе ко мне. — Ни к нему ли ты собиралась ехать в отель?
Задыхаюсь от грубости. Денис никогда не был таким. Сейчас же я его не узнаю.
— Да что с тобой? — повышаю голос, но стараюсь держать себя в руках. — В отличии от тебя, меня пока что не в чем упрекнуть, — смотрю мужу в глаза.
Сдвигаю брови к переносице. От напряжения сводит тело.
— Пока что? — Денис прищуривается. — Ты пока что, — делает ударение на моих слова, — моя жена! Если вздумала раздвигать перед кем-то ноги, то делай это передо мной.
Звонкая пощечина заставляет замереть. Смотрю на мужа широко раскрытыми глазами. Гнев плещется внутри, ладонь ощутимо горит. Вот козел!
— Думай, что говоришь, — яростно шиплю. — Перед своей шалавой позволяй себе так выражаться. А передо мной не смей!
Упираюсь ладонями Денису в грудь. Толкаю его, что есть сил. К моему облегчению он делает пару шагов назад. Сразу же вылетаю из комнаты. Несусь по коридору, не заботясь, что меня кто-то увидит. Я зла и обескуражена. Неужели я стала настолько неприятна мужу, что он готов унижать меня поганым отношением? Чувствую себя вываленной в помоях.
Выскакиваю на улицу. Морозный воздух забирается под волосы, щекочет шею. Сразу становится холодно, но я не хочу возвращаться внутрь. Лучше просидеть всю ночь во дворе, чем видеть лицо Дениса.
Огибаю дом по вымощенной камнем дорожке. На заднем дворике нахожу большие деревянные садовые качели. Медленно бреду к ним. Плюхаюсь на мягкие подушки. Откидываюсь на спинку, прикрыв глаза. В ушах все еще звенит звук пощечины. Я впервые ударила мужа. Не сдержалась. Выдержка дает сбой. Кажется, еще немного, и я сорвусь. Закрываю лицо руками.
— В королевстве разлад? — приятный мужской голос отвлекает от мыслей.
Вскидываюсь. Передо мной стоит Егор в черной дутой куртке. Я даже не слышала, как он подошел. В руках у него синий вязаный плед.
— На улице холодно, — Егор протягивает его мне.
Благодарно улыбаюсь, принимая теплую вещь. Сразу разворачиваю и накидываю на плечи, закутываясь до подбородка.
— Почему вы здесь? — наблюдаю, как Егор садится рядом, слегка отталкивается от земли ногами, раскачивая качели.
— Увидел вас, — он поворачивает ко мне голову. — Решил уточнить, все ли впорядке. Так как дела? — усмехается.
Закусываю губу. Отворачиваюсь, смотрю прямо перед собой. Мне очень хочется хоть с кем-то поделиться, рассказать о том, что творится у меня на душе. Но я не привыкла выносить сор из избы. Единственная, кому я могла бы довериться, это мама. Но ее состояние в последнее время оставляет желать лучшего. И я не знаю, как новость об измене Дениса повлияет на нее. Тем более, у них с самого начала были прекрасные отношения, мама тепло относится к зятю, а муж обожает ее. Поэтому я не рискну, по крайней мере сейчас, напрягать ее своими проблемами. Сама справлюсь.
— Все хорошо, — выдавливаю из себя ложь. — Вечер прекрасный. Решила прогуляться перед сном, — снова смотрю на Егора.
Он хмурится. Неглубокая морщинка пролегает между его бровей. Приподнимаю уголки губ, подтверждая свои слова.
— И почему я вам не верю? — вздыхает Егор. — Но ваше право не говорить.
В груди становится тепло. Приятно, что хоть кто-то заметил мое состояние. В то же время я благодарна Егору, что он не лезет с расспросами.
— Вашей дочке действительно понравилась книга? — упираюсь ладонями в мягкую сидушку.
— Да, Дашулька просто в счастье, — Егор поднимает голову к
