— Тень, ты видишь?
— Я вижу, Тень.
— Мы присматриваем не за тем.
— Я знаю.
— Почему мы не смотрим за САМИМ?
— Потому что ОН запретил.
— Мы подчинимся, Тень?
— Нет. Сами, все сами…
Глава 4
Вечер. Сидим все в том же кабаке при гостинице. Место удобное — недалеко от центра, полно Стражей, ценовой барьер отметает откровенную шалупень. К тому же, здесь мы уже примелькались, многие жильцы кивают при встрече. В условиях, когда вокруг сгущаются тучи чужого внимания — предусмотрительность не лишняя.
Антивирус уже несколько раз сообщал о прямом сканировании и попытках подсадить следящий конструкт. Кто это был — не очень понятно, но мы явно находимся в перекрестке интересов нескольких групп.
Стоединый, Наемники Гильдии, Ловцы за Мирами и Творец ведает кто еще. Чувствую, что стоит нам покинуть Нулевой Ярус — и начнется истинная гусарская забава. Со стрельбой, кровью и обязательными трупами. Главное — чтобы не нашими.
Два часа назад фейка вернулась с косметических процедур. От мощного пинка отлетела и перекосилась трехметровой высоты дверь. Всем, кто ожидал увидеть страдающего от избытка силы гиганта — пришлось перевести взгляд значительно ниже. По растрескавшимся доскам пола вышагивала крохотная фея, несущая под мышкой свое срезанное крыло и размазывающая по лицу невольные злые слезы. Второе крылышко трепетало распоротым парусом, роняя за собой шлейф алой пыльцы.
Концентрация Силы выросла рывком. Стеклянные бокалы завибрировали на разные ноты, смертные из свиты богов скривились от головной боли. Мы разом вскочили и бросились к нашей малявке. Что ни говори — но этот неунывающий комок радости был по сердцу каждому.
— Кто!? Кто это сделал?! — встревоженно и разъяренно закричал самый миролюбивый из нас, подхватывая фейку на руки и торопливо осматривая ее крылья.
— Не знаю! — злость, придававшая силы, стремительно покидала летунью. Добравшись до надежной защиты, фея быстро превращалась в обиженную девочку. — Сиреневый, отпусти меня, задушишь. Лаит, меня чуть не убили! Сделай же что-нибудь!
— Что случилось? — переиначил я вопрос домового, с удивлением косясь на нашего завхоза.
Фигасе он воинственный! Ведь это от его гнева резонируют мелкие предметы. Не контролирует себя, фонит силой, пассивно рассеивая ее вокруг. Причем силы какого-то непонятного, но неожиданно приятного оттенка. Одно ясно точно — ее много. Под сотню тысяч стандартных очей веры. Кстати, все это дело может бахнуть как десяток Хиросим. Вон кое-кто уже спешит убраться подальше, а к нам торопится возмущенный владелец заведения.
Киваю на него Элкилу, мол реши вопрос по-мирному. Давно замечено — при виде бога Зла проседают в агрессии даже самые дерзкие парни. Тупо теряют задор, как интеллигентный франт при виде уголовника.
Тем временем, фейка уселась на стол и вытянула перед собой не привыкшие к долгой ходьбе ножки. Жалобно скривив красивое личико, вцепилась обеими руками в отрезанное крыло. Поглаживая его, как любимое дитя, принялась рассказывать:
— Я летела из заведения Великолепной Бью. Прикупила потрясающий эффект присутствия — смертные уверуют в меня за один взгляд! И тут — вжух! Что-то пролетело над головой, срезало правое крыло и пришпилило меня к стене! Я с перепугу врубила все таланты и активировала все то, что вы на меня навешивали. Скрыт, инвиз, отворот, хил, бафы, активную защиту, аларм по пантеону — в общем все! Тысяч сто совушек мгновенно в пыль! Но что-то из этого вроде сработало, иначе бы я не ушла… Вырвалась, упала на мостовую, юркнула в щель и бегом, бегом! Только волей Творца и ушла, тысячелетие его буду благодарить!
Я принялся выкладывать из кармана каменные брусочки от богини Жизни. Если не поможет — будем искать божественного лекаря. Глядя, на ровно срезанное крыло, без особой надежды уточнил:
— Чем же тебя так приложили? Кстати, тревога по пантеону не прошла. Прикрыли как-то место захвата глушилкой.
— Развоплощу сволочей… м-да… — буркнул постепенно приходящий в себя Сиреневый. Его побелевшие кулачки разжимались, пелена ярости уходила из глаз, постепенно сменяясь удивлением от собственных эмоций.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Вот этим! — неожиданно ответила фейка и выложила на стол короткую метательную стрелку с пышным хвостом из алых нитей. Наконечник узнаваемо блестел розовым.
— Ну-ка… — перегнулся через наши плечи вернувшийся Элкил и осторожно взял оружие в руки. — Хм… Мифрил с адамантовой лигатурой. Да тут грамм пять кровавого металла, это пятьсот тысяч совушек! Высоко же оценили твою голову, крылатая!
Я, глядя на длинную цепочку статов оружия, качнул головой:
— Скорее всего ее хотели захватить живой. Пожелали бы убить — убили бы. С такой экипировкой это не сложно. По крайней мере, если напасть неожиданно на младшую из нашего пантеона.
— Нападение как-то связано с твоими будущими планами? — уточнил проницательный Элкил.
— Не знаю. Может статься, что это привет из прошлого, от Стоединого. Мы ведь не только прикончили нескольких его аватар и обрушили восемьдесят первый ярус. Да-да, не смотри ты так, это тоже были мы. Но еще, я прихватил кое что из того, что он считает своим, м-да… Ладно, товарищи боги… Больше не разделяемся. Сидим до завтра в кабаке, щиты подняты, ушки на макушке. Затем — забираем маунтов, закупаемся, и начинаем дергать смерть за усы. Возражений нет? Вот и отлично! Фейка, родная, ложись на этот камушек, будем тебя лечить.
Через два часа, фея мирно спала на каменном ложе. Процесс заживления шел успешно, да и Сиреневый никак не успокаивался. Варил какое-то мудреное зелье, все заказывая и заказывая ингредиенты из аукционного дома братьев Савоофивичей. Веру с баланса тратил легко, словно ребенок, не знающий что такое деньги. Хлопки курьеров с доставкой уже порядочно настучали по голове, заставляя хозяина кабака все яростней натирать уже скрипящие от чистоты стаканы. И лишь проходящий мимо Высший бог-алхимик неожиданно оценил старания домового. Остановился, смешно повел огромным носом, принюхался, зыркнул сверкнувшим конструктами глазом. Затем изумленно вскинул бровь и поклонился как равный равному.
Рядом со мной обложился справочниками Авось. Сверяясь с источниками знаний он пипеткой отмерял для мини-Земли полезные ископаемые, лакмусовыми бумажками засекал уровень гелия в Солнце, мерил температуру коронарной массы и проводил еще сотни малопонятных манипуляций. Оставалось надеяться, что он не испортит арендованный у меня мир. Благо, совсем уж подозрительные брошюрки я у него отобрал. Тренированый разум человека двацать первого века легко отфильтровывал шарлатанские заголовки формата: «Как стать Высшим за пятнадцать минут в день», «Килограмм мифрила за год — как хакнуть систему и не привлечь внимание Теней» и «Мне всего тысяча лет, а я уже Высший и у меня свой мир на восьмидесятом».
Последние десять минут Авось раздраженно пыхтел над особо заковыристой статьей и уже порядком измял свои роскошные ухоженные волосы. После возврата к полноценному аватару высокой детализации Ав очень трепетно относился к своей внешности.
Заглянув через его плечо я прочитал заголовок и чуть не заржал: «Как заставить обезьяну взять в руки палку».
— Палкой ее, палкой! — дал я ценный совет будучи не в силах промолчать.
— Да чтоб я без тебя делал! — в сердцах отмахнулся Авось и раздраженно уставился на меня. — Ну что за жуткий мир? Ось планеты наклонена, полюса скачут, жуткая кислородная атмосфера которая окисляет все и вся!
— Нормальный мир! — обиделся я за родную планету. — Живут люди, и не жалуются. Ты работай давай, не спи. Вон у тебя опять супер-вулкан проснулся, половину Азии пеплом затянуло!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Какой такой азии?! А, Хаос побери, вижу! Аукцион! Десять грамм слюны ледяной виверны, срочно!
Пока Ав тушил вулкан, рядом вдохновенно работал Элкил. Негромко напевая грустную мелодию, он вырезал крафтовым ножом небольшие бусины. Причем исключительно руками, на личном таланте. Не пользуясь магией или божественными скилами, кропотливо выводя грани и полируя их кусочком бархата. Готовые бусины складывались в блюдце. Медные, золотые, деревянные, костяные, серебряные… Сделанные из разных материалов они одинаково ярко светились заложенной в них заботой и любовью.
