- Ты права, пока нет доказательств к ворожихе и соваться нечего. Отбрехается в миг!
- Ну и скор же ты Малк! А вдруг не она это?
- А кто ж тогда?
- Не знаю. Ждать надобно.
В лунном свете дочь лесничего казалась еще красивее. Малк обнял любую за плечи, а она и не противилась. Происходившее делало их только ближе. Юноше так хотелось поскорей назвать Ладушку своей женой, так хотелось быстрее благословение Любмела получить.
- Доченька, - послышался из хаты слабый голос матери. Девица резко вскочила и, договорившись с Малком о завтрашней встрече в полдень на мельнице, вбежала в дом. Когда Лада очутилась в батьковской опочивальне, Ядя сызнова заснула. На всякий случай девица заново зажгла свечу и, вооружившись осиновым поленом, обошла всю хату. А вдруг пока они с Малком беседовали нечистик в дом пробрался? Но кругом господствовала темнота. Никаких следов. Только носики братьев сопением разгоняли звенящую тишину. Дочь лесничего опять обустроилась на лавке, накрыла горшком зажженную свечу. Время потекло медленно и монотонно, будто перешло на сторону нечистика - и стремилось погрузить в дрем. Сначала Лада отчаянно сопротивлялась: несколько раз вставала, прохаживаясь по хате. Потом пыталась отогнать миражную пелену воспоминаниями о Малке, но даже это не смогло оградить ее от крепкого молодого сна.
Среди ночи Лада ясно услышала шаги во дворе, и, будто в тумане схватив орудия, встала у входа. Сон еще не выпустил полностью из своих объятий и гнал страх прочь. Дверь отворилась - и в свечном свете возник лесничий.
- Хвала богам, вернулся, - обрадовалась девица.
- Это я, детка, - успокоил батька и воззрился на полено.
- А это, так на всякий случай, - ответила Лада, положив осиновый чурбан на пол.
- Ложись спать, завтра все расскажу, - пообещал лесничий, проводив довольным взглядом полено, оставленное дочерью в покое.
4. Дурная птица
Малк сонно потянулся. Голова разламывалась от боли. По замлевшим ногам неприятно побежали мурашки. Да, прав дядька Гурка - здоров юноша стал. Как ни укладывайся, а лавка все равно мала будет.
- Проснулся, соколик? - захлопотала вокруг сына мать. - Солнце уж высоко в небе стоит, а батька до сих пор не вернулся.
- Что-то случилось! - Малк резко вскочил с постели и стал одеваться. - Мам, ты мне хлеба да кваса собери - искать их пойду.
- Да куда ж? - разволновалась женщина. - Негоже одному-то. Ты б с собой кого хоть взял. А то и вовсе подождал? Разминетесь еще.
- Я был вчерась на том кладбище. До него, ежели знаешь дорогу, идти всего ничего.
- Может, заплутали?
- Не, с ними ж Гурка.
- А ежели на след чей напали, как же ты их сыщешь тогда?
- Верно... придется подождать, - вздохнул Малк. Опять ждать. А как же сердце молодое горячее заставить ждать, когда оно так и рвется в движение? Юноша скоро умылся и поел. Глянув на свое отражение в зеркале, убедился, что синяков нет. Выглядел он куда лучше, чем себя чувствовал.
Пообещав матери не наломать дров, Малк направился к ворожихе, выяснять, что ж за волколак у нее поселился. День сызнова выдался погожим. Однако ласточки и стрижи летали низко, у самой земли - известная примета - к дождю. Среди сновавших в воздухе птиц одна значительно выделялась. Пустельга! Видать, охотилась. Но хищница, неуклюже распугав добычу, опустилась прямо перед Малком, вынудив и его остановиться. Сначала юноша решил, что пернатая гостья ранена, но та выглядела здоровой и боле того смело подошла ближе. Вот чудная.
- Тебе чего? - спросил Малк, немного сторонясь неестественного поведения птицы.
Крикнув что-то на своем, пустельга подошла к самым ногам и, чего-то ожидая, уставилась на юношу бездонными синими очами. Странно, разве у птиц бывают такие глаза?
- Лети своей дорогой! - Малк попытался прогнать ее ногой. Но пустельга, отпрыгнув на пару шажков, даже крыльев не раскрыла.
- Вот дурное создание! Лети отсюда! Кыш! - юноша замахал руками. Птица, не двинулась с места, словно ждала, когда глупый человек успокоится.
- Кыш, я сказал! - Малк начал злиться. Вместо того чтобы следить за ворожихой он бестолково проводил время здесь. Голову все еще саднило. Сдерживая желание схватить палку али камень, Малк просто переступил крылатую бунтарку и пошел дальше. Но буквально через минуту пустельга сызнова преградила путь.
- Да, что ты прицепилась, Волосяник17 подери?!
Птица крикнула и ловко отскочила от поднятого в пинке сапога. Малк опять зашагал по тропе к дому ворожихи.
- А-ай! - заорал он, словно раненый зверь - настырная пустельга больно клюнула в и так нывшую голову. - Да, что ж тебе надо?! Ты может одержимая, какая?
В ответ пустельга распахнула крылья, заграждая путь к знахарке.
- А может это ворожиха тебя послала? Учуяла, что я иду, - догадался Малк, потирая место клевка. Хорошо хоть не до крови. Жаль, что он дубины с собой не взял, а то бы сейчас, проучил эту пернатую нечисть. Да ничего, и камень сойдет. Юноша поднял первый попавшийся булыжник, прицелился и запустил в настырную бандитку. Но та увернулась, вовремя взлетев. Малк подобрал другой камень и бросил. Птица поднялась еще выше - и сызнова случился промах. Когда рука сжала третий снаряд, пустельга, крикнув что-то явно ругательное, улетела прочь от бестолкового человека.
- Ну, надо же какая наглая! Столько времени отняла. Ворожиха, поди, уже скрылась, - хоть до цели оставалось всего пара шагов, Малк побежал. Свернув чуть раньше, чем надобно он стал как можно тише подкрадываться через лес к хижине знахарки. Но как назло, под ноги все время попадался сухой хворост и, ломаясь, далеко вещал о путнике. На смену хрустящему ветвистому настилу пришли пышные ели. Словно живой забор, они хорошо охраняли дом лекарки со стороны леса: кололи голую кожу, цепляли и рвали одежу, хлестали по лицу и глазам. Нехарактерное для Малка терпение держалось на пуховом волоске. Но к елям прибавились кусты малинника. Они кусались и словно столковавшись мешали двигаться вообще.
Страшно про себя ругаясь, Малк обогнул очередное растительное препятствие и столкнулся нос к носу с волчьей мордой. Рука юноши машинально сползла вниз, выхватила острый нож и выставила клинок перед грудью. Тело, ожидая нападения, приняло боевую позу. Но зверь не выражал никакой агрессии. Напротив, попятившись, он покорно присел. Малк готов был поклясться, что заметил тень улыбки скользнувшей по волчьей морде. Совершенно обескураженный юноша, выпрямился, опустив нож. А хищник мгновенно скрылся из виду. Что за день такой: птицы на людей нападают, волки трусят и бегут?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
