могу засвидетельствовать: слушатели были очень серьезные. Самат Абиш еще и в Москве учился — в Академии Службы внешней разведки (бывший Краснознаменный им. Ю. В. Андропова институт КГБ СССР).
В комитете он быстро продвигался по служебной лестнице, в тридцать семь стал первым замом. Но главное другое: генерал Абиш — племянник Назарбаева, сын его младшего брата Сатыбалды, погибшего в автомобильной катастрофе в далеком 1981 году. Его назвали в честь деда — Абиша Назарбаева.
В те дни относительно его судьбы ходили разные слухи.
Сначала комитет официально сообщил: «В связи с поступающими запросами сообщаем, что С. Абиш продолжает занимать пост первого заместителя председателя КНБ. C 13 января с. г. он находится в ежегодном отпуске».
Потом пришла новость, что он уволен. Один телеграм-канал даже поспешил сообщить об аресте генерала Самата Абиша. Спустя час это сообщение удалили и извинились за ошибку.
5 января президент Токаев выступил с новым обращением.
Он описал ситуацию в Алматы:
— В нашем любимом городе происходят массовые нападения на сотрудников правопорядка. Среди них есть убитые и раненые. Толпы бандитствующих элементов избивают военнослужащих, издеваются над ними, голыми водят по улицам, подвергают насилию женщин, грабят магазины. Обстановка угрожает безопасности всех жителей Алматы. И это терпеть нельзя. Помимо Алматы обстановка накалилась и в некоторых других областных центрах. В связи с чем в ряде регионов мною введено чрезвычайное положение. Это необходимая мера. Как президент, я обязан защищать безопасность и спокойствие наших граждан, беспокоиться о целостности Казахстана.
Принятые мною меры нацелены на благополучие многонационального Казахстана. Но эти меры пока недостаточны. Обращает на себя внимание высокая организованность хулиганствующих элементов. Это свидетельствует о тщательно продуманном плане действий заговорщиков, которые мотивированы финансово. Именно заговорщиков.
Поэтому, как глава государства и с сегодняшнего дня председатель Совета безопасности, намерен действовать максимально жестко. Это вопрос безопасности наших граждан, которые обращаются с многочисленными просьбами ко мне защитить их жизнь и жизнь семей. Это вопрос безопасности нашего государства. Уверен, народ меня поддержит. Что бы ни было, я буду находиться в столице. Это моя конституционная обязанность быть вместе с народом. Вместе мы преодолеем эту черную полосу в истории Казахстана. Выйдем из нее сильными.
В скором времени я выступлю с новыми предложениями по политической трансформации Казахстана. Я остаюсь на прежней позиции последовательных реформ.
Хотел бы особо поблагодарить сотрудников правоохранительных органов и военнослужащих. Они приняли на себя удар воинствующих группировок и, к сожалению, несут потери. Выражаю их семьям искренние соболезнования и сочувствие.
А число жертв увеличивалось с каждым часом.
1-й заместитель начальника полиции Алматы полковник Нурлан Алмасбеков:
— Вот такая ситуация складывалась в городе: около ста наших сотрудников оказались окруженными многотысячной толпой. А они практически беззащитны. Многих мы вывели из окружения. Порядка двух тысяч сотрудников полиции получили телесные повреждения. Погибли люди.
Служба «Скорой помощи», городские медики не справлялись.
Я побывал в Центральной городской больнице № 12, разговаривал с врачами, которые дежурили в те январские дни.
Главный врач больницы Улугбек Медеубеков вспоминал:
— 4 января вечером начали поступать пострадавшие от массовых беспорядков. Пострадавших было так много, что пришлось развернуть несколько операционных. Все было направлено на скорейшее оказание помощи и спасение жизни пострадавших.
Берик Иргалиев, заведующий отделением травматологии:
— Главный врач позвонил и сказал, что нужно приехать в больницу, чтобы помочь. Я собрался и поехал. Но по дороге в больницу застрял в пробке — толпа шла по улице Абая. Я добираюсь обычно минут за пятнадцать, а тут добирался полтора часа.
Даулет Чукманов, заведующий приемным покоем:
— С 4 по 10 января я находился на работе почти круглосуточно. Спали час-полтора, не больше. Вышли на работу даже те, кто в отпуске. Такой у нас коллектив. 5-го числа пациентов везли безостановочно. Операционные переполнены. И реанимация… Трудное было время. Даже рассказывать тяжело.
Берик Иргалиев, заведующий отделением травматологии:
— 5-го с утра начали поступать работники правоохранительных органов. У них травмы были в основном закрытые, то есть их избивали. Много черепно-мозговых травм, переломов. После обеда уже начали поступать в основном с огнестрельными ранениями. То есть с «мелочью» — ушибами, переломами — уже не обращались. Везли раненых… Я, как травматолог, из операционной не выходил. Сто процентов доставленных — с огнестрельными ранениями.
Манас Абдылдаев, заведующий отделением анестезиологии, реанимации и интенсивной терапии:
— Это не «Скорая помощь» приезжала. Раненых доставляли на личном автотранспорте. Привозили сразу по несколько человек. Мы их на каталку — и к нам. В кабинете интенсивной терапии осматривали пациентов. Кому нужна помощь в экстренном порядке — в операционный блок.
Ранение в ногу — в травмпункт. Ранение в живот — сразу к хирургам. Повреждение грудной клетки — на операцию. Не было времени даже на то, чтобы просто перекинуться словом. Всем надо было помощь оказать.
Врачам и самим грозила серьезная опасность.
Улугбек Медеубеков:
— Конечно, было страшно, потому что слышна стрельба. Мы работали в условиях информационной неизвестности, потому что не было интернета. Узнавали, что творится в городе, со слов пациентов или тех, кто их сопровождал. Однако хочу отметить, что сотрудники больницы работали слаженно, не было никакой паники. А тяжело пришлось! Таких ранений, такого количества крови раньше не видели. Я считаю, что очень достойно наши сотрудники выполнили свой профессиональный и гражданский долг. Но они себя героями не считают. Выполняли свою работу и были все время в строю.
В больницы доставляли и раненых боевиков. Им тоже помогали?
Улугбек Медеубеков:
— Отличить обычного человека от боевика мы не могли. И таких вопросов, мне кажется, никто не задавал, потому что, кто бы он ни был, это человек. И это трагедия нашей страны… Многие поступали без сознания, они ничего не могли сказать. Многие поступали без документов. Поэтому определить не то что принадлежность к группам, но даже узнать паспортные данные мы не могли. Регистрировали как неизвестных.
Комендант Алматы начальник городской полиции генерал Канат Таймерденов рассказывал:
— Боевики, отступая, не оставляют раненых и убитых. Даже забирают тела из моргов.
Берик Иргалиев:
— Это уже потом, когда боевики лежали в отделении, тогда стало страшно. После оказания им помощи, когда они приходили в себя…. Медсестры жаловались: «Один говорит: мало вас порезали»… Вот что было. Звонили куда-то, договаривались о чем-то. Медперсонал слышал эти разговоры: «Сейчас наши приедут»…
ОДКБ приходит на помощь
Президент Касым-Жомарт Токаев первым обратил внимание на то, что это не обычные беспорядки, которые случаются во всем мире. Но те, кто все это устроил, плохо знали своего президента. Он не испугался. Не ожидали такой решительности от Токаева. А он человек с железной волей
