За окном бушевала метель, было белым-бело, словно кто-то распорол здоровенную пуховую подушку и пустил перья по ветру.
Склонившись над столом, Володя хмуро изучал лист бумаги, на который были наклеены сделанные на камеру мобильного телефона фотографии. Вот, например, Галина Васильевна. Она и Войтевич, преподаватель биологии, были здесь еще со времен детского дома. Они явно знали больше других. Знали, но помалкивали. Почему — вопрос. Вот — Маша Вершинина или как ее там… У нее в школе тоже свой интерес. Какой?.. Время поджимало, а фактов пока было катастрофически мало.
В окно стукнули. «Ветка», — мимоходом решил Володя, но тут же напрягся, вспомнив: никаких деревьев поблизости от его комнаты нет.
Он поспешно сунул лист ватмана в ящик стола и, приблизившись к окну, резко отдернул занавеску.
Там, снаружи, к замерзшему стеклу прильнуло женское лицо в окружении темных густых, полузанесенных снегом волос.
Вот так явление! Как говорится, и снова здравствуйте!..
Повар распахнул окно.
— Маша, ты что здесь делаешь? — приветствовал он девушку.
— Я гу-гуляла. И з-заблудилась, — произнесла она, щелкая от холода зубами. На ней был тоненький голубой пуховичок. Да, негусто в такую-то погодку.
— Залезай, — повар подал ей руку, втаскивая девушку в комнату. — А я-то думал, что ты уже давным-давно тю-тю.
— Володя! Помоги мне! — на ее длинных черных ресницах таяли снежинки, стекая по щекам невыплаканными слезами. А ведь красиво, чертовски красиво.
— Что случилось? — он закрыл окно и стал стаскивать с Маши пуховик. Она была холодной, как ледышка. — Закутайся, садись на кровать. Сейчас коньячку налью — для здоровья, — он подал девушке плед и полез в шкаф, где на экстренный случай как раз стояла небольшая бутылка. Случай сейчас как раз самый экстренный.
Вершинина, не возражая, осушила рюмку, а Володя полез за теплыми вещами.
— Так что случилось? В чем тебе помочь? — переспросил он, доставая толстые шерстяные носки и свитер.
— Мне нужны личные дела учеников, — проговорила Мария, глядя на него расширившимися то ли от алкоголя, то ли от важности момента глазами. — Я ищу своего сына.
— Кого?.. — свитер упал на пол, но Володя даже не нагнулся, чтобы его поднять.
— Нет, она не опасна. Она здесь по своему делу. Да, я уверен, — говорил он в трубку. — Да, она ничего не знает, убирать ее нет необходимости.
В коридоре мигала лампочка. Надо будет завтра сказать, чтобы заменили.
— Да, прослежу. Все понял. — Володя закрыл телефон и вернулся в свою комнату, где на кровати, уютно свернувшись клубком, спала Маша.
Мужчина сел рядом, аккуратно, чтобы не разбудить девушку, поправил одеяло и невольно залюбовался ее лицом — таким спокойным и красивым… Вот ведь черт! Не было бы всей этой кутерьмы, взял бы ее и уехал куда-нибудь к морю…
* * *
Андрей бежал по заснеженному лесу. Он спотыкался, ветки наотмашь били его по лицу, цеплялись за одежду, стараясь помешать. Тот, кто преследовал его, был уже совсем близко.
Полная луна плясала на небе, словно зритель, маящийся в нетерпении: чем же закончится дело?!
Темный лес молчал, но было ясно, что он ненавидит бегущего человека, он хочет его смерти и мечтает о теплой солоноватой крови.
От ужаса кровь заледенела в жилах. И тут чудовище, гнавшееся за Андрюшей, схватило его за ноги.
— Надя! Надя! — надрывно закричал брат, и девочка проснулась…
За окном было белым-бело. Тихо, но если прислушаться, слышно, как воет голодным волком ветер. Андрей в опасности! Это Надя понимала совершенно ясно, поэтому девочка достала из-под подушки найденное в лесу колечко и, сунув ноги в тапки, прямо в ночнушке пошлепала в спальню мальчиков.
— Андрюша! Андрюша! — она затрясла спящего.
— А? Что? — парень проснулся и, боясь разбудить спящих с ним в одной комнате врагов, прижал палец к губам. — Ну иди ко мне!
Наденька тут же взобралась на кровать, укуталась в одеяло брата.
— Мне плохой сон приснился, — тихо проговорила девочка, — ты искал меня в лесу, а кто-то страшный напал на тебя и утащил.
— Серый волчок ухватил за бочок? — попробовал отшутиться Андрей, но сестра серьезно покачала головой. — Ну, успокойся. Со мной все в порядке, видишь? — он заглянул ей в глаза.
— На! — в руку Андрею ткнулось что-то холодное. — Это кольцо, мне его гномик дал. Оно волшебное, будет тебя защищать.
— А как же ты? — кольцо неожиданно пришлось как раз по пальцу.
— А меня чудище не тронет! — не совсем уверенно заявила девочка. — Можно я сегодня с тобой посплю? — спросила она тут же без всякого перехода.
Андрей вздохнул, ласково погладил сестру по мягким волосам. Они остались одни на всем белом свете. Только Андрей и Наденька, и больше у них никого не было…
— Спи, маленькая, — он подвинулся, освобождая ей место. — Я тебя очень-очень люблю.
— И я, — Наденька прижалась к его теплому боку, засопела, засыпая. — Я к маме с папой хочу, — пробормотала она сонно.
— Я тоже… — едва слышно отозвался парень.
Прошла ночь, и над школой вновь встало бледное зимнее солнце.
Пурга замела двор, засыпала серебром деревья. Мир казался новорожденным — белым-белым и чистым-чистым. В таком мире не бывает ни страха, ни зла…
— Ну что, сиротинушка казанская? Мама с папой больше не звонили? — Макс загородил Андрею проход, не давая выйти из класса по окончании биологии.
— А не пошел бы ты! — Андрей хотел толкнуть противника, но Даша перехватила его руку.
— Мальчики! Не надо опять! Ну, пожалуйста! — взмолилась она и вдруг охнула, уставилась на палец Андрея. — Ребят! Это же кольцо Савельича!
Дорогие мама и папа!
У нас с Андрюшей все хорошо. У нас есть волшебное колечко, которое нас охраняет от чудовищей. Его мне подарил хороший гномик, который живет в лесу. Теперь никто не сможет причинить Андрюше вред.
Дорогие мама и папа! Поскорее возвращайтесь с волшебного острова или заберите нас к себе, потому что мы соскучились.
Ваши Надя и Андрюша.
Глава 7. Там, где живет гномик
Перед дверью в комнату девушки остановились.
— У них тихий час. Может, подождем? — робко предложила темноволосая, Вика, но блондинка покачала головой и решительно взялась за ручку.
Надя и Алиса спали, и Даша, подойдя к Авдеевой, осторожно тронула ее за плечо.
— Надя! Надюша! — тихо позвала она.
Надя открыла глаза и удивленно уставилась на старших девочек, прежде не проявлявших к ней особого интереса.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
