– Гриффин, – ободряюще подмигнул племяннику Джордан, – у тебя есть шанс показать мистеру Уэтерби, на что ты способен. Пройдемся немного, там есть пустырь, где, никому не мешая, ты сможешь палить вволю.
Гриффин, обидевшись на Эймоса за насмешку, был рад продемонстрировать свое искусство. Вскоре все трое уже были за городской чертой. Единственным зданием в пустынной местности оказалась заброшенная церковь, и Гриффин поначалу хотел пострелять по ее колоколам, заставив их звонить, но потом решил, что это не произведет должного впечатления, и обратился к Эймосу:
– У тебя найдется монета покрупнее?
– Есть одна, – отозвался негр.
– Подбрось ее в воздух как можно выше, – приказным тоном произнес Гриффин и отошел от Эймоса футов на пять.
Порывшись в карманах, негр извлек большой серебряный доллар. Рукава Эймоса были закатаны почти до самых плеч, и солнце играло на его могучих мускулах, с лица струился пот. Пригнувшись к земле, он подбросил монету вверх. Сверкнув на солнце, она взлетела так высоко, что Эймос потерял ее из виду.
В этот момент прогремел выстрел.
– А теперь найди монету, – все тем же приказным тоном проговорил Гриффин, – и ты увидишь, что все без обмана.
Порывшись в пыли, Эймос нашел свой доллар. В самой середине его зияла дыра от пули.
– А ты малый не промах, Гриффин Армстронг! – одобрительно заключил Эймос и подбросил монету на ладони. – С таким метким стрелком не каждый может тягаться!
Негр многозначительно посмотрел на Джордана.
– Последнее слово за тобой, Эймос, – произнес тот. – Ты еще не отказался от нашего предприятия?
– Да о каком предприятии вы говорите? – раздраженно спросил Гриффин.
Эймос и Джордан переглянулись.
– Мы идем за золотом, – проговорили они в один голос.
Глава 4
Ночной ветер завывал в соснах, и Гриффину, хотя он и был надежно укрыт за стенами пещеры, от этого звука становилось не по себе.
– Вы сказали, что идете за золотом, но не предупредили, что для этого придется лезть в самое логово апачей! – недовольным тоном проворчал он.
– Разве я не говорил тебе об этом? – искренне удивился Джордан. – Какое упущение! Так вот, слушай меня внимательно, Гриффин, это очень важно. На окраине деревни есть один вигвам, в котором сейчас, по моим расчетам, спит внучка Викторио. На том вигваме еще нарисованы такие знаки… – Джордан начертил узор на полу. – Разведай как следует дорогу, а потом проведешь по ней меня. Ищи вигвам с такими знаками, понял? Сейчас сезон охоты, все мужчины от мала до велика, должно быть, ушли в леса. Есть еще кое-что, что надо запомнить… Да ты слушаешь меня, Гриффин?
– Слушаю, дядя… то есть Джордан, – без энтузиазма ответил Гриффин. Мыслями он был далеко отсюда. Паренек недовольно покосился на индейские кожаные штаны и мокасины, в которые его заставили облачиться. Краска из сока дерева, которой вымазали его тело, немилосердно щипала, а на душе было муторно. Искать какой-то вигвам, пусть даже и переодевшись индейцем, – разве это настоящее приключение? Вот если бы ворваться в деревушку на лихом коне, с воинственным кличем паля из пистолета…
– Гриффин! Ты меня слушаешь? – вернул его к реальности голос Джордана.
– Что?.. Ну да, конечно… – промямлил Гриффин.
– Точно слушаешь? Я должен быть уверен, что ты все сделаешь как надо, иначе мне грозит распрощаться со скальпом!
– Хорошо, постараюсь. – Гриффин поежился. – Слушай, здесь так холодно! Как только эти индейцы обходятся без рубашек?
– Они не всегда ходят без рубашек. Если им надо, они их надевают. Ты сам виноват, что так замерз. Тебе не терпелось переодеться индейцем, хотя это можно было сделать и позже. Теперь вот сиди и мерзни, ничего не попишешь, придется потерпеть.
– Хорошо. – Гриффин подвинулся ближе к огню. – Я только не понимаю, почему ты хочешь идти за девушкой сам, а не поручишь это мне. Я и ростом пониже, больше похож на апачей – они не такие крупные, как ты или Эймос, – да и меньше шансов, что меня заметят…
– Я тебе уже говорил, и не раз, – скучным голосом произнес Джордан, – я несу за тебя ответственность перед твоей матерью. Я не могу послать ребенка…
– Я не ребенок! – вспыхнул Гриффин.
– …не могу послать ребенка, – продолжал Джордан, не обращая внимания на его слова, – туда, где ему грозит опасность. Сам посуди, как я потом буду смотреть в глаза твоей маме?
– Господи, – устало прорычал Гриффин, – когда же все наконец поймут, что я не ребенок! – Еще немного поворчав, он улегся на расстеленное одеяло.
Переглянувшись между собой, Джордан и Эймос тоже легли. В запасе у них было еще несколько часов – лучше всего использовать их для сна.
Гриффин осторожно выглянул из пещеры. Луна уже стояла высоко над горным хребтом, а значит, пора действовать. Джордан был прав: ночная темнота – самое лучшее прикрытие. Гриффин еще раз прокрутил в голове все детали будущей операции – двигаться по возможности бесшумно, как кошка, и найти вигвам с определенными знаками.
Эймос и Джордан велели ему только найти вигвам и рассказать, где он находится. То-то удивятся они, когда Гриффин вернется с той самой девушкой, которую они хотят выкрасть! Тогда они наконец поймут, что он, Гриффин, настоящий мужчина, а не юнец, вздумавший играть во взрослые игры, каким они, похоже, до сих пор его считают.
Возвратившись в пещеру, Гриффин бросил торопливый взгляд на дядю и Эймоса – оба крепко спали – и тихо выскользнул наружу.
Эймос, лишь притворявшийся спящим, в тот же миг приоткрыл один глаз. Что ж, если парень хочет доказать, что он уже взрослый, нужно предоставить ему такую возможность. В конце концов, проникнуть в селение, из которого ушли все мужчины, и похитить худенькую малорослую девушку не так уж и сложно. В крайнем случае они с Джорданом – Эймос надеялся на это – успеют прийти на помощь.
Строить из себя героя оказалось легче, чем на самом деле ничего не бояться. Гриффин уже целый час пробирался сквозь густые заросли, и нервы его были на пределе. Да, все индейцы, включая и малолетних мальчишек, ушли на охоту. Но это не значит, что в селении его не могут поджидать непредвиденные опасности…
«За чем, интересно, эти индейцы охотятся? – подумал Гриффин. – Уж не за скальпами ли белых?»
Навстречу ему попалась худая – кожа да кости – собака. Пес с подозрением покосился на парня и остановился, очевидно, раздумывая, стоит ли поднимать лай. Это была уже не первая собака на пути Гриффина. Собаки, собственно, и были главной причиной того, что он двигался так медленно – любое быстрое движение могло бы вызвать подозрение у этих единственных ночных стражей поселка.
