Она перевела испуганный взгляд на свежевырытую могилу и завопила от ужаса. Из земли торчала человеческая рука, перепачканная кровью и грязью. Растопыренные пальцы дрожали и тянулись к ней. Тала забилась в истерике, пронзительно крича, на какое-то мгновение ее просто парализовало, и она не могла тронуться с места. Стая ворон сорвалась с веток и закружилась над кладбищем черной тучей. Девушка со стеклянными глазами кинулась на калитку и начала биться о металлические прутья всем телом:
– Выпустите меня отсюда! Помогите! Караул! Спасите! Люди добрые, помогите!
Ее закоченевшие пальцы совершенно не слушались, она даже не соображала, что калитка открывается в другую сторону, и продолжала судорожно ее трясти. Силы уже покидали ее, но она не прекращала кричать, чтобы хоть как-то заглушить страшные стоны. Отрезвило ее, как ни странно, одно-единственное слово, которое дошло до ее сознания, а именно:
– Помогите…
Она повернулась к вылезающему из могилы мертвецу и словно приросла спиной к ограде. Окровавленная рука больше не тянулась к ней, а просто обессиленно лежала на поверхности земли. На мгновение ей показалось, что у нее остановилось сердце, она смотрела, застыв, на эту руку. Если бы она пошевелилась, то потеряла бы сознание…
– Помогите… – снова раздался стон, вторя птичьему крику.
Тала с трудом оторвалась от ограды и на дрожащих ногах приблизилась к могиле. Затем, сделав над собой усилие, заглянула внутрь, снова схватившись за рот, чтобы не закричать.
На дне, утопая в грязи, барахтался мужчина. Он держался за бок одной рукой, а другой цеплялся за край могилы. Из одежды на нем были штаны и мятая футболка неопределенного цвета. Волосы у «живого мертвеца», по всей видимости, были черными и вьющимися, а возраст определить не представлялось никакой возможности, хотя казалось, что он не стар.
– Боже мой… – выдохнула Тала. – Кто вы?
– Меня зовут Юрий, разрешите представиться, Юрий Валерьевич. Простите, что в таком виде, – попытался даже пошутить пострадавший, хотя было понятно, что ему не до шуток. – Вы фактически спасли меня, своим воплем вывели из забытья.
– Что вы здесь делаете?
– Для начала скажите мне, где я?
Под глазом у него красовался кровоподтек, губы были разбиты в кровь.
– Вы на кладбище.
– Где?! – не понял он.
– На кладбище, в пустой могиле, – уточнила она, стуча зубами.
– Я умер? – задал он глупый вопрос. – А вы – ангел?
– Надеюсь, что нет, или я сошла с ума, – ответила Тала, нервно озираясь. – И спасибо за ангела, я сейчас больше похожа на черта…
– Вот, значит, что это за яма, и вот почему вы так кричали…
– Да, знаете, зрелище не для слабонервных, когда видишь, как из могилы высовывается рука…
– Простите, что напугал. – Юрий попытался улыбнуться.
Белозубая вымученная улыбка на перепачканном грязью лице из могильной ямы произвела на Талу большое впечатление.
– Я не мертвец, можете убедиться в этом. Меня избили, обокрали и, видимо, бросили сюда… Да, кладбище было рядом, когда на меня напали, – вспомнил он.
Тала слегка перевела дух и отметила про себя, что у него очень красивые мускулистые руки.
– Помогите мне, я совсем замерз, – попросил Юрий.
– Вы раздеты…
– Да, на мне была куртка, но ее почему-то нет, а вот эта тряпка и есть моя футболка, а больше на мне ничего и не было…
– Чем же я могу вам помочь? – поежилась Тала.
– Землей закидайте… Что за вопрос? Вытащите меня отсюда как-нибудь, – простонал Юрий.
– Вы сами не можете? – поинтересовалась Тала.
– Представьте себе, нет.
Беспомощно оглянувшись, Тала протянула ему руку.
– Держитесь!
Почти в тот же момент Тала почувствовала весь его немалый вес. Она ногами уперлась в край могилы, но пятки разъехались на скользкой земле, и девушка пулей влетела в яму, сбивая с ног Юрия. Его тело спасло ее от приземления в грязную лужу. Юра застонал и криво улыбнулся:
– Очень эротическая сцена… Возня в могильной жиже.
Тала сползла с него и, поднявшись, перевела дух.
– Это была твоя звездная роль! – продолжал глумиться Юрий. – Как она сказала! «Держитесь!» Цыпленок протянул крылышко слону! Ладно, я здесь последние мозги отморозил. Сколько ты весишь? – окинул он пренебрежительным взглядом ее фигурку.
– Пятьдесят килограммов! – гордо ответила Тала.
– А я – сто. – Юра, пошатываясь, встал.
Тале показалось, что его фигура заслонила небо, настолько он был выше и шире ее. Ей мгновенно стало страшно и тесно. «Очень хорошая ситуация. Сижу в могильной яме, неизвестно с кем, может быть, с преступником. Боже, что он со мной сделает?» Все переживания сразу отразились у нее на лице. Юра хмыкнул:
– Не бойся, не трону…
– Может быть, вы бандит? Поэтому с вами так и разобрались ваши дружки?
– Не бойся… не бандит. А такой участи даже они не заслуживают.
– Что же вы такой здоровый, а не можете выбраться отсюда? – спросила она, чувствуя себя загнанным зверьком в клетке и в полной власти этого страшного и странного человека.
– Есть одна проблема, сестренка, я потерял много крови и ослаб, – сказал Юра, отняв руку от своего бока.
Она только сейчас заметила, что он ранен. Из бока сочилась тоненькая струйка крови, смешиваясь с грязью и пропитывая одежду.
– Чем это вас? – ахнула она.
– Ножом.
– Что же мы будем делать? – испугалась Тала.
Тот пожал плечами, а Тала сняла с себя куртку и буркнула:
– Отвернитесь.
– Мне сейчас не до этого, может, после? – усмехнулся он. – Или ты любительница экстремального секса на кладбище?
– Отвернитесь! – снова приказала она. – А о ваших моральных принципах я уже примерно имею представление, все шутки на одну тему…
– Как ты быстро понимаешь сущность человека. Даже удивительно, такая умная, может, есть предложение, как отсюда выбраться?
– Яму, то есть могилу, вырыли? Вырыли! Значит, завтра приедут хоронить и нас извлекут отсюда! – радостно заключила Тала и, наконец-то справившись со своей кофтой, быстро надела куртку на голое мокрое тело. – Перевяжите себе бок, – протянула она ему кофту.
– Помоги мне, как же я сам?
Тала, с трудом сгибая окоченевшие пальцы, кое-как перетянула рану.
– Может, хоть кровь остановится… – не очень уверенно произнесла она.
– Спасибо, только теперь ты сама совсем замерзнешь, и нас утром похоронят вместе в братской могиле.
– Не говорите так, – запаниковала Тала, в душе понимая, что он прав.
– Как тебя зовут, спасительница?
– Хотите знать, с кем будете захоронены? Меня зовут Тала.
– Красивое имя – Эстела, звезда! – кивнул Юра.
Она удивленно посмотрела на него, шмыгая носом, – в вырытой могиле стоял просто-таки ледяной холод.
– Что ты так смотришь на меня? Я говорил, тебе бояться нечего, я тебя не обижу.
– Первый раз в жизни мое полное имя угадали сразу, не задавая вопросов, что это тебя так странно зовут? – ответила она, стуча зубами.
Юра снова блеснул белоснежной улыбкой:
– У меня была знакомая актриса с таким именем, и глупые вопросы я уже отрепетировал на ней. Она тоже сокращенно называла себя Талой… – задумался он, словно что-то вспоминая. – Женщина с таким именем должна быть необычной.
– Нет, у меня все обычное, – хлюпнула она носом, рассматривая свои мешковатые черные брюки. – Я не актриса, к сожалению или к счастью, даже не знаю…
– Кладбищенская работница?
– Я – провизор.
– Про… чего?
– Я работаю в аптеке! – надулась Тала.
– А… Ну, нужная работа, таблетки там… если кто заболел… презервативы… Если кому надо…
– Не издевайтесь!
– Я совершенно серьезен, – заверил ее Юра.
– Что вы за человек такой? Свалились мне на голову, вернее, вылезли из земли! Я не знаю, кто вы и что вы? И почему я должна вам верить? Хороших людей в могилы не сбрасывают!
– Знаешь что, моя аптекарша…
– Я не ваша аптекарша, – прервала она его, – что за фамильярность? Или вы думаете, что последние минуты жизни дают вам такое право?
– Хорошо, хорошо, если ты решила меня спасать, действуй до конца. Сейчас я подсажу тебя наверх, а ты потом мне подашь что-нибудь, чтобы я смог выкарабкаться отсюда.
– А вы сможете меня поднять? – засомневалась Тала.
– Твой цыплячий вес – конечно.
Сказано – сделано. Юра подхватил ее на руки и буквально вытолкнул из ямы, сдерживая стон.
– Что же я вам подам? Лестницы здесь нет, веревки тоже… – отдышавшись, спросила она, радуясь, что наконец оказалась на твердой почве.
– Может, палку какую-нибудь или ветку?
– Скажите еще, какая палка выдержит ваш вес – сто килограммов…
– Знаешь что, Эстела… Спасайся-ка ты сама, пока не схватила воспаление легких, брось меня здесь. Приедешь в город, будет желание – сообщи в службу спасения.
– Ну нет! Я вас так просто не брошу!
Тала снова была полна решимости, тем более что уже не сидела в яме. Теперь благородство ее натуры взяло верх, и она готова была броситься на амбразуру, лишь бы помочь человеку.
