Читаем без скачивания Французский связной - Робин Мур

Остальные переглянулись, затем снова посмотрели на "Мики Руни", просто кипевшего от возбуждения при виде картины, нарисованной его воображением. Но по мере того, как детективы раздумывали, им все больше становилось не по себе.

Почти половина третьего утра, воскресенье. Улицы пусты; ни одного автомобиля в округе с того момента, как приехали Олетта и Уотерс. Всего лишь несколько окон светились в многоэтажках позади них. Не считая спорадических всплесков новых догадок и предположений со стороны взвинченного Уотерса, все четверо молчали, каждый погрузился в свои мысли. Единственными звуками были тяжелые стоны буксиров на реке за мрачными портовыми пакгаузами в двух кварталах к востоку. Иногда доносилось громыхание невидимого грузовика по булыжной мостовой Саут Стрит и отдаленный шелест шин по гладкому асфальту моста Манхэттен высоко над ними. Ночь была темная и холодная. Они съежились на сиденьях, не осмеливаясь ни закурить, ни даже включить радио из опасения выдать свое присутствие тем неведомым личностям, которые готовились забрать "бьюик".

Тишина становилась все более зловещей.

За несколько минут до трех снова блеснули фары автомобиля, приближавшегося к ним по Черри Стрит. Четверо детективов пригнулись, Игэн и Гроссо на заднем сиденье сползли на пол. Олетта, скорчившись на переднем сиденье справа, приподнял голову, отслеживая движение машины, которая теперь медленно двигалась мимо них.

– Что там? Кто это? – шипел Уотерс, растянувшись на сиденье.

– Старый седан, – докладывал Олетта. – Похоже, "шевроле" сорок девятого или пятидесятого года. Помятый. Похоже, в нем целая компания, четверо, или, может, пятеро.

– Это они! Я же говорил вам! – возликовал Уотерс. – Это "доны". О, моя радость!

Олетта продолжал шепотом.

– Они сворачивают на Джефферсон... притормозили возле "бьюика"...Нет, едут дальше к реке... Сейчас я их не вижу.

Несколько минут в машине царило напряженное молчание. Затем Уотерс прошипел:

– Что ты видишь, ради Христа?

– Тихо, – резко прервал Олетта, приподняв голову над приборным щитком. – Машина возвращается на Черри с того конца квартала – это могут быть снова они... Едут по Джефферсон... поворачивают, замедлили ход... Это та же самая компания, точно. Машина просто набита парнями... Проезжают мимо "бьюика"... медленно... остановились в трех машинах впереди.

Все четверо уже сжимали рукоятки револьверов. Немного подождали. Олетта повысил голос.

– Четверо. Окружили "бьюик"... Пробуют дверцы. Они пытаются открыть "бьюик"!

– Берем! – рявкнул Уотерс, включил зажигание и, припав к рулевому колесу, – остальные все ещё прятались внизу, – с незажженными фарами вылетел со стоянки на Черри, резко повернул на Джефферсон и затормозил на полкузова впереди бежевого "бьюика". Прежде, чем он успел затянуть ручной тормоз, обе правые дверцы распахнулись, и из машины выскочили Олетта, Гроссо и Игэн с револьверами наизготовку. Игэн крикнул:

– Полиция!

Это произошло так быстро, что напуганные парни возле "бьюика" не успели даже кинуться назад, к своей машине. Все четверо были низкорослыми и смуглыми. За несколько секунд детективы развернули их лицом к "бьюику-инвикта", по паре с каждой стороны, заставив опереться руками на крышу. Обыск принес три ножа, один из них с пружинным лезвием, автомобильную цепь и несколько самодельных кастетов. Парни оказались пуэрториканцами. По крайней мере, один из них говорил по-английски. Детективы несколько минут жестко их допрашивали. Те, угрюмые и молчаливые, отвечали еле-еле. Но постепенно к полицейским пришло холодное сознание того, что это не "доны".

– Пустышка! – с отвращением поморщился Игэн.

– Всего лишь шайка мелкой шпаны, позарившаяся на новую машину, – разочарованно протянул Сонни.

– Выглядят они, конечно, несерьезно, – пробурчал Уотерс. – Но кто знает...

– Черта с два! – Игэн сплюнул. – Надо их оформить.

Дик Олетта отвел задержанных в сторону, а Сонни стал вызывать по радио местный участок, чтобы выслали помощь. Удрученные Игэн с Уотерсом прохаживались вокруг "бьюика". Игэн показал рукой на многоэтажки.

– Ну, если кто-то держал эту красотку под наблюдением, считай, что мы включили для него полицейскую сирену. – Насупив брови, он посмотрел на агента. – Слушай, а в любом случае, почему бы нам не посмотреть, что мы имеем?

– Ты хочешь обыскать машину?

– Пусть потом подают на нас в суд. Может, эта машина сейчас с грузом, а, может и нет. Ее уже могли разгрузить. Или вообще все дело было пустышкой. Мы могли бы сидеть здесь ещё неделю. Так, по крайней мере, хоть убедимся.

Уотерс согласился.

– Да, ты прав. Но давай сначала подождем, пока не сдадим эту шушеру.

Через десять минут прибыли две патрульные машины и забрали четверку. Одетта поехал с ними как полицейский, произведший задержание.

Было уже десять минут пятого, когда оставшиеся трое детективов с неохотой признали, что их "наградой", похоже, может быть не повышение в должности, а понижение. Они исследовали салон машины с особой тщательностью: отделение для перчаток, приборную доску, под ковриками, пепельницы, под сиденьями, обивку дверей, – обнаружив лишь то, что уже отметил Сонни после беглого осмотра, – а именно, что "бьюик" был ухожен и чист. Уотерс снял заднее сиденье со спинкой и, вооружившись фонариком и тем, что он назвал своим "орудием взлома", – гнутым ножом, который мог открыть почти любой замок или защелку, – пролез в багажное отделение и открыл замок багажника изнутри. Однако и там они нашли лишь привычный набор автомобильных принадлежностей. Игэн заглянул под капот, а Сонни даже заполз на спине под машину. Ничего. Бьюик действительно был чист.

Разочарованные и усталые, все трое зашагали назад на стоянку, к машине Уотерса. Они долго сидели в темноте, и даже у Уотерса не находилось слов. Спустя ещё двадцать минут по Черри Стрит со стороны Пайк Стрит появился Олетта. Осторожно подойдя к углу, Дик выглянул, и, не увидев никого возле "бьюика", повернул голову в сторону автостоянки. Уотерс зажег и погасил стояночные огни.

Лицо Олетты было мрачным.

– Я попросил патрульную машину подбросить меня обратно на Пайк, на всякий случай. Что с "бьюиком"?

– Ничего, – проворчал Уотерс. – Мы все обыскали и ничего не нашли.

Олетта вздохнул.

– То же самое со шпаной, которую мы взяли. Мелкое ворье, не больше. А мне теперь с утра на поденщину, – он бросил взгляд на часы, – точнее, через четыре с небольшим часа. Нужно быть в суде для предъявления обвинения. Спасибо, напарнички, – с горечью бросил он.

Они ещё немного посидели молча. Затем Уотерс спросил, ни к кому собственно не обращаясь:

– Ну, что будем делать?

Впервые за несколько часов Игэн вспомнил о Кэрол и с надеждой подумал, что она может ждать его дома.

– Приятный был вечерок, – буркнул Олетта, – но одному из нас ни свет, ни заря надо на работу.

– Но мы же не можем просто уехать! – возразил Сонни. – Что будет с "бьюиком"?

– Скоро рассветет, – задумчиво пробормотал Игэн.

Уотерс сидел молчаливый и печальный. Затем сказал:

– Мне, наверное, придется лечь спать в нашей конторе. Сонни, ты бы отвез ребят к их машинам, а я тем временем выясню, кто сейчас на месте и пришлю кого-нибудь присмотреть за "бьюиком".

– Ну ладно, – согласился Сонни. – Тогда вот что: когда я их высажу, я позвоню тебе и узнаю, нашел ли ты кого-нибудь. Если, не приведи Господь, не нашел, то вернусь назад и присмотрю за ним сам.

На том и порешили. Прежде чем разъехаться, Игэн напомнил Уотерсу, чтобы тот поспешил с наблюдением за "бьюиком".

Игэн с Олеттой сели в "олдс", и Сонни повез их в Бруклин, к закусочной Пэтси, где они встретились двенадцать часов назад. Там Игэн и Олетта забрали свои машины и отправились по домам.

Оставшись один, Сонни порыскал в районе Бушвик-Гранд Авеню и нашел ночной кафетерий возле станции метро. Чувствуя себя неважно и ощущая резь в глазах, он посидел несколько минут за чашкой горячего чая. Чай был некрепкий и обжигал язык, но все равно, пить его было приятно; Сонни ничего не ел с десяти часов вечера. Наконец, он пошел к телефонной будке и набрал номер Фрэнка Уотерса на Черч Стрит, 90 в Манхэттене.

Когда Уотерс снял трубку, голос его звучал, как на похоронах.

– Мы проморгали это дело.

– Что?

– Когда я вернулся, тут был Джек Рипа, и я бегом послал его на Черри Стрит. Он только что позвонил. "Бьюика" нет.

– Ох, черт возьми! Ты уверен, что он нашел то место? Не мог он...

– Нет – нет. Он обошел всю округу. Ни следа.

Сонни заскрипел зубами, до боли напрягая челюсти, и разом обмяк, – отчаяние и усталость взяли свое.

– Ладно, – слабо вздохнул он.