Читаем без скачивания Пришлые и ушлые - Николай Берг

  - У вас, живых, осталось совсем немного времени - огорошил его маг.

  - Конечно, по сравнению с твоей вечностью...

  - Нет. Не месяцы и годы. Даже не дни. Часы.

  - Как?!

  - Вы скоро увидите - спокойно ответил маг и Вила'Рай понял, что губы у лича не шевелятся. И почему-то поверил в то, что сказанное магом - правда.

  - Мы можем спастись? Убежать?

  - Нет. Сожалею, если тебя это утешит.

  - Так ты хочешь всех убить? Для своей армии? - догадался эльф.

  - Опять нет. Ты сделал неверный вывод. Я держу слово - молвил лич и более ни на один вопрос, которыми осыпал его эльф, не ответил.

  Совершенно растерявшийся Вила'Рай почти вбежал в зал, где лежали раненые.

  На секунду остановился, пораженный зрелищем - его супруга грациозно танцевала посреди зала в честь своей богини Эйлистири ритуальный завораживающе-величавый кайтерн. Раненые и впрямь выглядели куда бодрее, чем вчера и даже хлопали в ритм ладошами. Лич только заглянул, словно пересчитав находившихся в зале и тут же исчез. Эльф, изрядно озадаченный услышанным по дороге, встал у стенки, любуясь своей супругой. Прерывать этот танец было святотатством, надо было подождать. Если бы не черное пророчество, любоваться чудесными движениями своей гибкой и изящной жены, дроу мог целую вечность. Он очень любил ее, и она - что достаточно редко у темных эльфов - так же любила его. Вообще-то мужчины в матриархальном племени были самую малость лучше собак, а уважения имели меньше, чем домашние пауки. Любая жрица богини Ллосс могла по своей минутной прихоти, повелеть принести в жертву любого мужчину и ее приказ выполнялся, невзирая на то, что приговоренный мог быть известным героем-воином или знатным магом. Любить своих мужчин для эльфиек темного племени было странно, только те из них, кто поклонялись не смертоносной Ллосс, богине пауков и смерти, а веселой богине танца и везенья Эйлистири относились к мужчинам немного получше. А вот жена Вила'Рая - действительно любила его, словно была не высокого рода дроу, а обычной человеческой самкой. И это очень льстило самолюбию супруга, и он был готов на все, только бы не нарушить это сладкое чувство.

  Увидел движение в углу - чуть не рассмеялся, лопоухая Экка старательно подражала хозяйке, но где косолапой гоблинше сравниться с эльфийкой! Получалось очень смешно, особенно из-за напыщенного и серьезного выражения на зеленой мордахе.

  Впору было бы порадоваться и наконец-то облегченно вздохнуть всей грудью, война кончилась и можно радоваться всяким приятным для живых мелочам, которых лишены мертвые, но на сердце было тревожно. Очень уж уверенно говорил маг. А еще, как и положено охотнику, распутывающему любые путаные следы и потому внимательно относящемуся к любой детали, Вила'Рай обратил внимание, что поднятый при помощи камня души и дисков пришлых дружинник назвал странное оружие 'слуг' автоматом, то есть так, как его, вероятно, называли сами пришлые. А это значило, что ему досталось какое-то знание от павших 'слуг'. Не это ли произошло и с личем?

9.

  Эльфийка закончила танцевать, радостно улыбнулась, увидев мужа. Потом на ее личике появилось озабоченное выражение, тут же впрочем, исчезнувшее - она все - таки помнила, что при посторонних нельзя выражать свои эмоции. Но эльфийка явно заметила, что муж не такой счастливый, как должен был быть - все-таки она танцевала, а это всегда вызывало у него неподдельную радость.

  Набившийся в зал народ захлопал в ладоши, кто-то даже крикнул:

  - Еще!

  Но дроу отрицательно помотала головой и вместе с мужем скрылась в маленькой комнатенке, которую ей предоставили, как старшей лечительнице с помощницами. Вопросительно глянула ему в глаза.

  - Нам надо убираться отсюда и поживее - тихо и напористо сказал ей муж.

  - Но почему? - удивилась она, зазывно щурясь, еще находясь в плену у эмоций ритуального танца.

  - Не знаю. Пока не знаю - серьезно ответил эльф.

  - Ты не преувеличиваешь?

  А он и ответить не успел. Пронеслось странное Дуновение, пронизавшее их тела до костей, странное ощущение жгучего озноба и на секунду - нерассуждающего панического ужаса. Лицо Галяэль исказилось, словно зеркалом отразив гримасу боли и страха, непроизвольно появившегося на лице Вила'Рая. В зале многоголосо взвыли - ясно, что не одним им плохо, всех накрыло.

  Злясь на самого себя, что не сумел сдержать мимику, эльф жестом остановил рванувшуюся, было в зал супругу и тут же вторым жестом объяснил, что сам все узнает.

  Сделать это оказалось куда проще, чем он думал.

  Панику в зале пресек гулкий командный окрик мага огня. Шум немного стих.

  И тут же раздался спокойный голос лича. Чересчур спокойный для таких обстоятельств. И такой негромкий что все замолкли, кроме нескольких потоптанных в сутолоке лежачих раненых.

  - Пришлые выполнили то, за чем сюда приходили - объяснил некромант.

  Зал напряженно слушал.

  - Им мешала энергия первохрама. Сейчас они его сожгли. Дотла.

  - Ложь! Ты сам знаешь, кормитель червей, что пришлые уже удрали отсюда! И следом за ними в их мир рванули Титаны, чтобы довершить разгром металлических армий - смело возразил маг огня.

  - Придержи язык, знаток уличных фокусов - холодно парировал лич.

  - Ты, верно, хочешь превратиться в пыль и пепел? Ты знаешь, с кем разговариваешь? - зло воскликнул маг огня.

  - Конечно, знаю. Я разговариваю с тем, кто не знает ничего, кто скоро убедится в том, что он не прав. Но я полагаю, что ты не будешь кидаться своими огнешарами прямо тут? Пойдем пока на улицу, лучше всего убеждает острый эксперимент - невозмутимо сказал лич и первым покинул зал.

  - Первый раз вижу дуэль между магами, только россказни всякие слыхал - возбужденно зашептал своему приятелю пышноусый вояка в нелепом человеческом боевом наряде.

  - Как бы нас не зашибли. А то войдут в раж, хрена и эльфийка поможет - опасливо возразил его приятель.

  - Ты не трусь. Будет, что потом вспомнить.

  Публика повалила из зала на улицу, потом туда же горделиво вышел маг огня, буквально через минуту знакомо взревело и фухнуло - маг ударил по посягнувшему на его авторитет некроманту огненной струей. И тут же публика повалила назад, разочарованно бурча на разные голоса, опасливо косясь на зашедшего в зал походкой триумфатора повелителя огненной стихии.

  - Разнес в пыль. Тот и вякнуть не успел - коротко проинформировал эльфа разочарованный пышноусый.

  - Я немедленно отправлюсь в Первохрам и узнаю, что произошло - величественно произнес маг огня. Хлопнуло тихо, метнулись голубые искры портального броска и маг исчез. Публика опасливо отодвинулась от этого места.

  Чета дроу вернулась в тесную комнатенку и Вила'Рай испугался тому, как опечалилось и осунулось личико его супруги.

  - Я проверила трижды - горестно сказала она - у всех, в том числе и у меня и у тебя убывает жизнь. Мы слабеем с каждой минутой. Я не знаю, что это такое. Разве что в легендах.

  - Проклятие серебряного пламени? - встревоженно спросил муж.

  - Скорее уж Дух разложения! - грустно улыбнулась жена. Вила'Рай тоже усмехнулся, вспомнив случайно виденную ими лет десять назад картинку, где двум смешным светлым эльфятам угрожал жуткий черный демон. Картинка была вроде бы какой-то политической листовкой, вроде бы секты Раллифейна, но подоплеки дроу не знали, поэтому тогда просто посмеялись над глуповатым видом изображенных светлых. Сейчас впору было так же пугаться.

  - Смотрите, этот мажордом костяной, скелет этот желтый куда-то одежку роскошную потащил - окликнула их сидевшая у окошка гоблинша.

  - Какой скелет? - не поняла эльфийка.

  - Некромантов лакей - ответила Экка, но и сейчас Галяэль только вопросительно поглядела на мужа.

  - Быстро собираемся. Уходить надо немедля.

  - У меня не осталось ни капли маны. И ни единой склянки с напитком - сказала зльфийка. В отличие от других дроу, она не считала зазорным слушать мужа, потому и сейчас кивнула Экке, чтобы и та подготовилась к выходу. Собраться было недолго, бегство из родного горящего поселка шло налегке.

  В зале раздался единогласное 'Ах!'. Вила'Рай осторожно выглянул из дверей. На свободном для возвращения из портала мага кусочке пола корчилось обугленное тело, голое, черно - красное, пятнающее пол сукровицей и кровью, сочащихся из трещин в черной корке угля, что было раньшей кожей. Эльф с отвращением увидел, что только пятки у этого существа были нормального цвета - как раз с ног отваливались, вместе с кожей ошметья сгоревших башмаков и единственное защищенное место было прикрыто толстыми каблуками.

  - Как я уже говорил, бедняга не знал ничего и сейчас убедился в том, кто прав - раздался от входа невозмутимый голос и зал опять ахнул, словно один человек, увидев там невредимого лича, которого заботливо закутывал в пурпурную мантию верный скелет.