расскажем всем остальным в воскресенье на мамином дне рождении (столик заказан на 13:00 по британскому времени), так что если сможешь поболтать с нами по FaceTime, я буду очень рада тебя видеть.
Проведи время с пользой! Мы все так гордимся тобой.
С любовью, Сара, Саймон и Бамп X.
Я вдыхаю запах постельного белья, и слезы без усилий текут по моим щекам. Из моего сжатого горла вырывается всхлип, когда я перевариваю новость. Меня одновременно переполняет счастье за Сару и полное отчаяние из-за того, что меня разлучили с ней.
Успокаивая себя, я использую запасную магнитную звездочку, чтобы приклеить фотографию этой крохи на стену рядом с собой. Увидимся через шесть месяцев, малышка.
Глава 4
Большую часть завтрака я провожу, прикрыв веки и не обращая внимания на гранолу и йогурт, которые медленно запихиваю в рот. Я пытаюсь общаться с остальными, но для того чтобы идти в ногу с ними, нужен определенный уровень энергии, которого у меня просто нет. Это все равно, что выехать на автостраду на скутере.
Под столом по моей ноге дважды постукивают. Я поднимаю глаза, чтобы найти виновника. Оскар наблюдает за мной с беспокойством в глазах. Я быстро поднимаю голову, нервничая, что он не единственный, кто заметил мое отдаление.
"Хочешь чаю?"
"Да, хорошая идея. Я не смогла найти его раньше".
Я оглядываюсь на сервировочную зону и вижу очевидно расположенную кофемашину с подставкой для пакетиков чая рядом с ней. Идиотка.
"Могу я что-нибудь предложить тебе?"
"Пойдем, я провожу тебя".
Оскар идет со мной к чайной станции.
"Смена часовых поясов или тяжелая ночь?"
Он открывает пачку и кладет пакетик чая в кружку, а затем протягивает ее мне.
"Возможно, и то, и другое. Я постоянно просыпалась в замешательстве, и мне приходилось напоминать себе, где я нахожусь".
Я нажимаю на кнопку подачи горячей воды.
"Это не весело. У тебя будет время вздремнуть сегодня днем, если ты захочешь".
Я дергаю чайный пакетик за ниточку, а затем прижимаю кружку к дозатору на автомате с молоком. Стоит ли доверять молоку из автомата?
"Но мой совет — продержаться весь день, если сможешь. Сегодня ты будешь лучше спать, а завтра проснешься и снова почувствуешь себя человеком".
"Приму к сведению. Спасибо."
Я смотрю на свою кружку, недоумевая. Пар пахнет не так, как надо. Он не похож на запах молока, он почти цитрусовый.
"О, это Эрл Грей. Не любишь?"
Чай "Эрл Грей" — худшее, что я когда-либо пила, а уж я сделала несколько неудачных выборов в этой области… Он обманчив и не заслуживает места в моей жизни. Он маскируется под видом освежающего напитка, а затем отравляет тебя своим ужасным послевкусием. Если так подумать, Эрл Грей было бы неплохим именем для моего бывшего. Это, пожалуй, самое вежливое имя, которым я называла бы его с тех пор, как мы расстались. Не буду отвлекаться. Я хочу сказать, что чай Earl Grey никогда не будет таким же хорошим, как традиционный чай. Если бы на его месте был миллениал, он, без сомнения, проводил бы дни напролет, сравнивая себя с другими чаями в Интернете, пока в конце концов ему не поставили бы диагноз "синдром самозванца".
"Нет, все в порядке. Не хочу, чтобы он пропал зря".
Моя вежливость всегда приносила мне страдания, но отходы всегда приносили страдания планете, так что это меньшее из двух зол.
"Не пропадет".
Он кладет свой пакетик чая, который еще не открыл, обратно в коробку на подставке и меняет его на обычный, после чего спрашивает у меня одобрения.
"А кто выбрал "Эрл Грей"?" — обвиняюще спрашиваю я.
"Я. Разве не должно быть так?"
"Нет".
"Почему?"
"Это — и, пожалуйста, знайте, я не использую этот термин легкомысленно — отвратительно".
Он хихикает.
"Правда?"
"Угу."
На его щеке появляется ухмылка, пока он меняет наши кружки местами. Я благодарю его, и мы возвращаемся за стол.
"Называешь себя британцем".
Я не могу удержаться, чтобы не поддразнить его.
Его ухмылка расширяется на середине пути, когда он делает нетерпеливый глоток из своей кружки, ловя мой взгляд боковым зрением. Мне стыдно признаться, но я думаю, что сейчас охотно облилась бы этой гадостью, если бы это означало, что он прикоснется ко мне своими губами.
Если чай не смог разбудить меня, то, то, что наш офицер по технике безопасности кричит «ПОКИНУТЬ КОРАБЛЬ!» во всю мощь своих легких, тем более не сможет разбудить. Полностью одетые и в спасательных жилетах, мы с другими новобранцами прыгаем в крытый бассейн и начинаем плыть к линии спасательных плотов, похожих на плавучие палатки. Кажется, что слишком много людей плывут к первому плоту, уже образуя очередь, чтобы попасть внутрь, поэтому я решаю плыть к следующему. По мере приближения я замечаю, что несколько человек постепенно сдаются- возможно, не самые сильные пловцы, хотя эти надувные куртки действительно все усложняют. Если бы я была в море, я бы, конечно, была рада, что они помогают мне выдержать хороший удар неумолимых волн, но в бассейне они только мешают.
Я решаю быть командным игроком и отправляюсь к третьему и последнему спасательному плоту на самом дальнем краю бассейна в глубоком конце. Поднимаюсь и заползаю внутрь, сразу же оглядываясь, чтобы посмотреть, кому я могла бы помочь.
Никто еще не дошел до конца. Возможно, вместо того чтобы похвалить меня за предусмотрительность, меня будут ругать за то, что я довела себя до изнеможения и теоретически рисковала своей жизнью. Было ли это частью теста?
Измученное лицо Тома появляется из-за борта второго плота, и я не могу удержаться от хихиканья, видя его состояние.
"Любишь усложнять себе жизнь, не так ли, Элизабет?" — пыхтит он, отплевываясь, а его спасательный жилет делает достойную попытку поглотить его целиком.
"Что ты делаешь?" — кричу я.
"Я не создан для воды!"
"Тогда что ты делаешь на корабле?"
"Быстрее, Паркс!" — кричит сержант на Тома.
Брызги становятся все сильнее, а Том все настойчивее перебирает конечностями. Он пытается вскарабкаться на спасательный плот, но не может ухватиться за него.
"Помочь?"
"Нет".
Он поскальзывается и исчезает с очередным всплеском.
"То есть Да."
"Подними колено!"
Инструктирую над ним. Я хватаюсь за него и его спасательный жилет и резко дергаю, когда он выныривает из воды. Преодолевая импульс, он движется вперед, а я падаю назад, в результате чего он приземляется прямо на меня, как выброшенный на берег кит. Я испускаю неимоверный вздох, когда из моих легких выходит
