Джем немедленно припомнила, как месяц назад Пит упал в обморок. Он клялся, что причиной этому была всего лишь жара, хотя тогда весна еще и не думала начинаться, но доктор Райли сказал, что у Пита не все в порядке с сердцем и что ему нельзя так много работать. Пит, естественно, возмущался, говорил, что здоров как бык, и продолжал работать, как всегда.
– Я прослежу, чтобы он не перетруждался.
– Не проговорись ему о том, что я тебе сказала!
– Не проговорюсь, Делла. Если он догадается, то ни за что не послушает меня.
Делла бодро улыбнулась, но Джем заметила, что под напускной улыбкой скрывается тревога. Джем не могла допустить, чтобы с Питом что-нибудь случилось. Пит и Делла были для нее как члены семьи, и она не могла даже представить, как сможет прожить без них.
– Джем, твой завтрак...
– Нет, Делла. Лучше я буду жевать дубовую кору, чем эти розочки!
Озабоченность немного сошла с лица Деллы, и она даже улыбнулась своим мыслям.
Джем вышла из кухни.
К проблемам с Ризом прибавилась новая забота о Пите, и желудок Джем чувствовал себя не лучше, чем если бы она плыла на корабле в ужасный шторм. Однако она взяла под уздцы свою лошадь и направилась к загону. Вдалеке показался Грэйди Ортон.
– Грэйди! – окликнула Джем.
Ортон с удивлением повернулся и, заметив Джем, приветствовал ее:
– Доброе утро, мисс Уитэйкер.
– Ты хорошо поел? Выспался?
– Да, спасибо вам.
– Я вчера уже говорила тебе, что нам понадобятся работники... – Джем немного помолчала, обдумывая, что сказать дальше.
– Так что ты на это скажешь, Грэйди?
– Отлично, мэм, – произнеся это, он слегка передернул плечами; Джем прекрасно помнила эту его привычку.
– Вам с Чарльзом удалось отыскать ранчо, как вы надеялись?
– Не совсем. Выяснилось, что мы с ним не очень-то уживаемся вместе.
– А-а-а... – Джем не смогла скрыть своего разочарования.
– Вы хотели мне что-то поручить, мэм? Я думал, что неплохо бы осмотреть этот загон. Похоже, что потребуется» кое-какой ремонт.
Джем улыбнулась, увидев такое усердие.
– Нет, Грэйди, не беспокойся. Я рада, что ты вернулся.
– Спасибо, мэм. Как чудесно вернуться домой! Джем взобралась на лошадь. В конце концов, все идет не так уж плохо. Грэйди вернулся, и это был добрый знак. Подумав о той необъятной работе, что ждала ее впереди, Джем слегка утешилась тем, что у нее есть помощники.
Время шло. Джем наблюдала за Питом. Искоса поглядывая на него, она заметила, что сегодня он трудится даже больше обычного. Пора было остановить его и заставить отдохнуть, даже если это привело бы его в ярость.
Направив лошадь к Питу, Джем закричала во все горло, чтобы перекрыть шум, поднятый скотом, и вопли проезжавших мимо всадников.
– Пора вывозить фургон с цыплятами, Пит. Пит кивнул в знак согласия и направился было на поиски фургона.
– Нет, ты можешь идти, Пит.
– Но я еще не окончил. Джем...
– Я прошу тебя, Пит, хватит. Делла сегодня утром была просто сама не своя. Лучше присмотри за ней, чем искать этот фургон.
На лице Пита отразилось сомнение и недоверие.
Риз прислушивался к их беседе. Сперва он не поверил своим ушам, а потом его охватил гнев. Рабочих рук было так мало, а Джем отсылала лучшего работника! Не то чтобы Риз не испытывал никакой жалости к пожилому человеку; ведь его жена была больна; но, Боже милосердный, теперь им придется вывернуться наизнанку, чтобы справиться с работой.
Риз не мог пожаловаться на Джем: она работала за двоих. Да что там, она была куда трудолюбивей и сильней, чем большинство ковбоев, с которыми Риз когда-либо имел дело. Но все же она не переставала быть глупой чертовой бабой! Как она может отсылать Пита в тот момент, когда его помощь нужна больше всего!
Риз в раздражении хлестнул лошадь и врезался в гущу коров, подгоняя их к костру. Он сморщил нос, учуяв вонь паленой шкуры, но за годы ковбойской жизни он привык к подобным запахам. Джем подъехала ближе к нему, копыта ее лошади увязли в коровьем навозе, и Риз удивился, как эта женщина может выносить такую грязную работу. И зачем? Когда ее отец был жив, у них было много денег, а в рабочих руках, никогда не было недостатка. Зачем же Джем влезла в эти пыльные мужские брюки и делает мужскую работу?
Джем была такой искусной наездницей, словно родилась в седле. Но Риз понимал, что всадниками не рождаются, а становятся. Вопреки, своему гневу Риз не мог не признать, что верхом на лошади Джем чертовски хороша. Да что там, хороша – это слабо сказано. И почему-то, осознав это, Риз еще больше разъярился. Когда же Джем отдала какое-то распоряжение одному из работавших рядом с ней ковбоев, Риз понял причину своей внезапной злости. Конечно, он согласился подчиняться ее приказам за те деньги, что она пообещала ему, но он даже не мог представить себе тогда, что она будет командовать сама. Он-то думал, что Джем будет передавать свои приказы через Пита! Но одного дня изнурительной работы бок-о-бок со своей новой хозяйкой Ризу хватило, чтобы все его иллюзии на этот счет рассеялись.
Из гущи стада Риз угрюмо смотрел, как прочие работники поедают свои порции; потом он сам направился к поварскому фургону. Ему вручили дымящуюся тарелку с говядиной, бобами и пшеничным хлебом. Риз присел на землю рядом с задним колесом фургона, надеясь хоть ненадолго забыть о пыли, кружившейся в воздухе и падающей даже на тарелку.
Надвинув свою шляпу на брови, Риз поднял голову и взглянул на солнце, стоявшее прямо в зените. Был только полдень, а Риз просидел в седле уже часов восемь. Снова посмотрев на тарелку, он обнаружил, что куда легче сосредоточиться на еде, чем думать о ноющих мышцах. Он почувствовал какое-то движение рядом с собой и повернулся, увидев, как Джем берет свою порцию еды. Поколебавшись несколько секунд, она поставила тарелку на землю и взяла две жестяные кружки с дымящимся кофе. Риз, не отрывая от нее глаз, смотрел, как она молча передает ему одну из кружек. Риз взял кофе, а Джем подняла свою тарелку и уселась рядом с ним на земле.
– Спасибо, – невнятно пробормотал Риз, пережевывая хлеб.
Джем кивнула и сосредоточилась на пище. Риз был удивлен ее поступком. Стала бы она приносить кофе другому подручному ковбою? Несмотря на то что Риз теперь считался ее мужем, она оставалась хозяйкой, а там, где он работал раньше, хозяева не обходились так со своими помощниками.
Риз молча смотрел, как Джем сдвигает шляпу на затылок, открывая лицо. Вглядевшись в это обветренное лицо, Риз увидел, как тени от ресниц падают на щеки. Прежде он не замечал, как выразительны ее ресницы. Джем подняла глаза, и Риз заметил, что она, должно быть, устала не меньше его. Он вспомнил, что этим утром она поднялась раньше его, и почувствовал укол ревности. Ведь он не привык, чтобы женщины в чем-то обходили его. Глядя, как она поспешно поглощает пищу, Риз понял, что она не собирается затягивать перерыв надолго. Ему показалось, что у этой женщины вместо нервов, наверное, стальные канаты.
