разлить напитки за нее.
Ответ у меня тот же: “Без проблем”. Вхожу в помещение и уши тут же окутывает тишина.
Ну как "тишина"? Тут просто хорошая звукоизоляция, и потому музыка превращается в непонятный гул с эффектом “за стеклом”.
В мрачном помещении, освещенном желтым и сиреневым неоном, всего лишь двое молодых мужчин, а стол завален едой и алкоголем до отказа. Кого-то ждут?
Не мое дело. Принимаюсь тихо расставлять на стол то, что принесла, а гости меня, кажется не замечают.
— Дед совсем рехнулся. Двинулся на идее, что не оставит наследство, если не женюсь на внучке какого-то старого друга, — говорит коротко стриженный блондин своему другу.
— Из чьей семьи? — спрашивает второй. Кажется, им вообще наплевать, что тут греются мои уши. Поскорее бы отсюда уйти.
— Дворняга, — отвечает светлый затылок. — У деда там какие-то дела с ее предками были. Ошибки молодости, вся херня.
Угу, вот он привычный мне мажор. Господа и плебеи. Богачи и челядь. Как они еще таких, как я, называют?
“Повезет” же какой-то “дворняге” с таким женихом.
Невольно мысли уводят меня к Кириллу. Он совсем не такой. Добрый, воспитанный, хоть и немного нагловатый. Но у его дерзости и чертовской уверенности в себе есть определенный шарм….
Так! Чего это я?
Зачем я опять о нем сейчас вспоминаю? Он уже и думать забыл обо мне.
— Слушай, но можно же будет оспорить завещание?
— С мозгами у старика все в подряде, это с сердцем беда. Все не помрет, — от этой фразы становится тошно. Как можно так о собственном дедушке? Так, налью последний бокал и уйду. — Хуже всего, что кто первым из нас с Кириллом женится на этой безродной дурочке, того и тапки.
Кирилл?
Сердце вздрагивает, но я тут же говорю себе, что это просто совпадение. Один Кирилл что ли на свете есть?
Вот же сумасшедшая. Все на свете теперь буду к одному мужчине сводить?
К тому же, стоит отдать должное, вряд ли тот Кирилл, которого я знаю, будет водиться с типом вроде этого гадкого мажора. Точно!
Оставляю последнюю бутылку и уже тянусь к двери, чтобы поскорее стряхнуть с себя гадость, которая словно прилипла ко мне в этой комнате, как дверь она распахивается сама.
Бегло бросаю взгляд вперед и застываю. Потому что узнаю того, кто стоит на пороге….
Глава 11. Узел затягивается
На пороге стоит тот самый тип, что приставал ко мне и даже залез на подиум, с которого я по его вине и упала.
— Ты? — выдает он мне, прежде, чем я успеваю отвернуться. Надо же, пьяный, а узнал. — Цыпа, да ты полна сюрпризов. Ну-ка заходи.
— Оставь ее, Мэрс. Сюда иди, — рявкает блондин, который, видимо, у них тут главный. — Потом с бабами покувыркаешься.
— Ты подожди меня, крошка, — нарекает мне этот неприятный тип, заваливаясь внутрь, а я тут же спешу выскользнуть прочь.
Да что это сегодня за ночка. К счастью, мажоры уходят спустя час, и я мне больше не нужно с ними пересекаться. Отрабатываю смену и уже не чувствую ни рук, ни ног.
Как ватная доползаю до такси в пятом часу утра. счастье, что развоз оплачивает администрация.
На душ сил совсем нет и я заваливаюсь спать только поменяв джинсы с футболкой на пижаму.
глаза уже закрываются, а нос улавливает тонкий аромат, идущий от пиджака раскинутого на спинке старого советского стула. Кирилл.
Просыпаюсь по привычке спустя пять часов. Вот теперь точно надо в душ, чтобы прийти в себя. Вместо привычной теплой воды меня окатывает ледяной. Опять авария?
Рычать не на кого. Домываюсь, как могу, и замерзшая настолько, что стучат зубы, заворачиваюсь в полотенце.
Быстро высушив волосы феном и одевшись спешу в кафе. Вот она моя привычная жизнь. И нет в ней никакого Кирилла.
Тихонько вздыхаю, достаю из сумки смартфон, чтобы почитать что-нибудь в дороге, и замечаю несколько сообщений.
Сначала хочу смахнуть, но замираю, когда вижу текст.
“Золушка проснулась?”
Золушка?
Хмурюсь, пытаясь понять, с чего вдруг такое обращение. Может, номером ошиблись.
“Я прихватил твою туфлю, а ты решила взамен оставить мой пиджак?”
Пиджак?
Я тут же вспыхиваю, когда понимаю, кто мне написал. В самом деле Он? Быть того не может. Сердце начинает колотиться как бешеное, но я велю себе успокоиться.
Может, он только по делу. Точнее за пиджаком.
“Я не знала, как тебя найти, чтобы вернуть”.
“Пообедаем вместе. В час ты свободна?”
Эхх, как же хочется написать, что да. Внутри все взрывается на части, но, увы.
“Я работаю до восьми почти без перерыва”.
“Тогда на старом месте, у черного входа в свою таверну” — приходит ответ.
Таверну. Ижь как завернул.
Улыбаюсь, строчу ответ.
Слово за слово и вот уже десятки сообщений, но не успеваю ответить на последнее. В комнаут персонала заходит начальство и я живо прячу смартфон среди вещей.
Поправляю форму и иду в зал.
Время кажется настоящей резиной. Все тянется и тянется. Но как только стрелки часов указывают “восемь” мчусь к раздевалке и тут же обречннно вздыхаю. Батарея села. Опять. Уфф.
Но мы ведь договорились на восемь. Прихорашиваюсь, как могу и только потом иду к выходу. Никакого серого капота не вижу. И вообще никого и ничего.
Подождав еще минут пятнадцать решаю идти к метро. Вставляю зарядку в usb-разьем у кресел, а она ни в какую. Надеюсь, мой “старичок” не умер насовсем. У него такое бывает иногда. Потупит денек, и снова фурычит.
Домой дохожу, когда уже темнеет. В окнах свет не горит, значит, мама задерживается. Успею приготовить ей ужин.
Ага, только сначала обойду огромный черный автомобиль. Даже стекла в нем черные. И встал как хозяин прямо у подъезда, наплевав на всех.
Уж не по душу наших нерадивых соседей приехали большие люди? Пора закрыть этот притон.
В подъезд хочу войти тихо, чтобы проскользнуть незаметной на свой этаж. Не нужны мне проблемы. Своих хватает. Но дверь противно поскрипывает.
Сверху доносятся голоса.
— Видимо, нет дома. Может, в машине подождите?
— Нет, я здесь, — этот голос кажется мне знакомым. Где я могла его слышать?
Тихо поднимаюсь по лестнице и охаю, видя кого принесло прямо к нашим дверям. Тот самый дедушка, которого я встретила на кладбище?
Одет в дорогой серый костюм, на шее синий платок. А рядом с ним высоченный амбал, при взгляде на которого, только одна ассоциация — охранник.
— Ну, здравствуй, Лера. Тебя-то я и жду, — выдает дедушка, и внутри меня
