У каждой ведьмы в жизни есть день расплаты. Сегодня мой.
Ломота в теле накрывала постепенно. Я чувствовала начало, поэтому сразу подготовилась. Поставила отвар из трав в кружке на тумбочку, развесила крапиву по углам кровати, и принесла таз с ледяной водой.
Суставы начало выворачивать. Тошнота и спазмы в желудке накрывали приступами. Вены на ногах вздулись, и я сразу опустила ноги в таз с водой. Боль пронзала всё тело. Каждый позвонок отдавался адской болью в спине! В такие моменты своего существования всё, что я сделала, всплывало перед глазами. Главное- не кричать, чтобы не перепугать соседей. Я грызла зубами простой карандаш, чтобы хоть немного переключаться от боли. Агония накрывала.
В дверь кто-то звонил. Нет, не сейчас! Человек, уходи!!! В такие моменты я не контролирую себя. Глаза слезились сукровицей. Сквозь агонию я чувствовала присутствие смертного! Силуэт в дверях вызывал у меня сочувствие, потому что рисовался ужас, который испытывал присутствующий. Я ожидала истерического вопля, но вместо этого ощутила отвар из кружки, заботливо поднесённый к моему рту. Отхлебнув, чувствовала, как жидкость опалила горло. Срочно надо что-то взять в зубы! Я начинала рычать, как раненый зверь, показывая на упавший на пол карандаш, мне заботливо дали его. Я металась из стороны в сторону, издавая вопли, стараясь негромко орать. Пот струился по всему телу. В голове крутилась только одна мысль: «Если храбрый смертный не умрёт от страха, то я его отблагодарю за мужество и оказанную помощь». В глазах темнело от боли. Я чувствовала, что силы уходили. Судорога хватала ноги, и я чувствовала, что таз с водой перевернулся на палас.
Резкая вспышка боли и пустота. Я выключилась.
Глава 16(Спаситель)
Очнулась, но глаза не открывала. Я чувствовала, что лежу в кровати, заботливо укрыта, но абсолютно голая. Я чётко помню, что потела, но тело моё, на удивление, было чистым. Присутствие постороннего ощущала всем телом. Приоткрыв один глаз, поняла, что мой спаситель спал рядом поверх одеяла.
Зрение после приступа подводило. Всё было нечётким. Но рядом лежащего я узнала. И как я вчера не почувствовала родной запах? Конечно это был Дэн.
Меня пропирал смех, когда я представила выражение лица соседа во время моего раздевания. Что Дэн здоровый мужчина с нормальными потребностями и правильной реакцией, я знала точно.
В воздухе витал мир и покой.
Как только я пошевелилась, сосед сразу подорвался.
— Эль, как ты? — спросил он, стоило мне открыть глаза.
— Напугался?
— Я не знал, чем тебе помочь! Что это было?
— Кара небесная! — притворно прищурившись, прошипела я.
— Эль, я чур не умер от страха! У тебя из глаз кровавые слёзы текли. Как ты можешь смеяться? Тебе реально было сильно плохо.
— Не парься. Уже всё прошло. Отвернись, я одеться должна. Хотя, я так понимаю, ты всё уже видел, — откровенно заигрывала я.
Я откинула одеяло и стала медленно одевать домашний халатик. Намеренно ломаясь. Зачем мне это надо было, я сама не понимала. Чувствовала, что мой простой смертный спаситель, был взведён до предела.
— Элька! Ты многим сейчас рискуешь!
— Ой! Ой! Сейчас буду тебя кормить, — резко перевела тему я.
Выйдя из комнаты, я увидела, что испачканное мной бельё было выстирано и вывешено на сушилку. Вот это мужчина пропадает! Куда это пустоголовые бабы смотрят. Самородок!
Подогрев паровые котлетки Дэну, я поджарила пару отбивных. Мне сейчас надо было пополнить истраченные силы. А пополнялись они только говядиной слабой прожарки.
Наслаждаясь плотным завтраком в компании любимого соседа, я получала огромное удовольствие. Смотря на него, радовалась, что он не может читать мысли, потому что именно сейчас я мечтала быть простой смертной и соблазнить этого красавца, который пытался разными шутками поднять моё настроение.
В дверь позвонили. Я оставалась на месте, а сосед пошёл открывать, сказала, что никого не хочу видеть.
— Это квартира Эли Мировны? — услышала я гремучий голос нашего завуча.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Да. Она немного приболела. Если у Вас ничего серьёзного, то я ей передам, чтобы она связалась.
— А ты кто такой?! — слышался гнев.
— У Вас есть основания так со мной разговаривать? — возмутился мой культурный друг.
Раздался грохот, и я подскочила, заслоняя отлетевшего к стене Дэна.
— А ну пошёл вон, недоделанный дока (пресмыкающийся оскорбительное)! Кто тебе давал права лезть ко мне! — я, вытянув руку, держала Мираза у стены, оторвав от пола.
— Отпусти, гадюка! Смерт тебе дороже брата?! — хрипел он.
— Прикуси свой гнилой язык! Я тебе говорила, что я одиночка. И ты не имеешь права лезть в моё существование без на то моего разрешения!
— Одиночеством компанию с приматом ты называешь?
— Заткнись и проваливай!
Я выпустила его из оков, и чтобы он больше не смог болтать, конечно временно поселила ему на язык жабу.
Мираз был гораздо сильнее меня, я это чувствовала. Но эффект неожиданности помог мне выиграть эту битву. Но война, которая только что развязалась, как закончится, было не известно.
Я подошла, помогая Дэну подняться.
— Я и сейчас не могу ничего спросить? — попытался заговорить сосед.
— Можешь. Но ответа вряд ли получишь?
— Почему ты не хочешь поговорить о всех этих странностях?
— Ты всё понимаешь сам. И если не хочешь, чтобы я врала, не задавай вопросов, ответ на которые, заранее знаешь, не получишь.
Я прошла на своё место, и мы продолжили есть, но к сожалению, настроение безвозвратно было потеряно.
— Дэн, пошли со мной сегодня, — рассентиментальничалась я.
— Куда?
— К Лютаевым сходим. Давно я Юлю не видела.
— Не знаю, кто это такие, но если возьмёшь, то пойду с удовольствием.
Я засобиралась. Покормив Корвуса, который всё это время не слазил с подоконника, я быстро переоделась и за полчаса была готова.
Глава 17(Прогулка)
— Зачем мы всё это покупаем? — интересовался Дэн, возя за мной тележку по супермаркету.
— Так надо.
— Там, куда мы едем, пустыня и нет магазинов?
— Нет. Это всё будет помощью с благотворительного фонда, — пыталась пояснить я.
— С какого?
— С моего личного! Дэн, зачем ты меня нервничать заставляешь?
— А зачем ты нервничаешь? Объясни и я лишних вопросов не буду задавать.
— Хочу проведать одну семью и за одно помочь им.
— Это я понял. Они твои близкие?
— Они посторонние, но уже знакомые люди. Просто для здоровья иногда полезно делать благотворительный жест.
— А ты действуешь исключительно для здоровья?
— Дэн! Давай расставим точки над и. Я стерва, но иногда во мне просыпается человеческое начало, и я очень хочу зарядиться чем-нибудь пикантным.
— Добрым?
— Нет. Именно необычным для моего душевного мира.
— Для твоего статуса!
— Не спорь.
— Вот и не спорь. Я мужчина и со стороны вижу лучше.
Я смеялась. Мой сосед был самым лучшим, что со мной творилось за последнее время.
Когда мы были у квартиры Лютаевых, я почему-то начала нервничать. Опасности рядом не было, но была какая-то тревога. Больше похожая на переживания, которые я по своей природе, не могла испытывать.
За дверью явно кто-то был, но на наш стук нам не открывали.
— Юля, ты дома? — позвала я.
— Да, — отозвался голос из-за двери.
— Ты одна?
— Нет. Мама болеет. Лежит.
— Ты нам открыть сможешь?
— Попробую.
Дэн удивлённо смотрел то на меня, то на закрытую дверь. А там, по ту сторону, слышалась возня. Наконец замок повернулся, и мы увидели ещё более похудевшую девочку, чем когда я видела её в последний раз.
— Юлечка, сколько мама уже лежит больная? — кинулась я обнимать девочку.
— Не знаю.
Дэн, сразу прошёл в комнату. Пока я распаковывала сумки на кухне, Юля с жадностью ела протянутую её булку. Дэн, слышно было по звукам, открывал шторы и проветривал.
