При виде его, воинственно настроенного, становилось не по себе.
Туан вошел в помещение, Катарина и Род последовали за ним.
— Лорд Аббат, — провозгласил король, — разрешите представить вам Рода Гэллоугласа, лорда Верховного Чародея.
Аббат не встал — он же принадлежал к первому сословию, а Род ко второму. Он насупился, но затем, мотнув головой вверх-вниз, пробормотал:
— Милорд. Я много слышал о вас.
— Милорд, — Род ответно мотнул головой вверх-вниз и сохранял нейтральный тон. — Относитесь, если изволите, к слышанному обо мне с долей скептицизма: магия моя белая.
— Я слышу ваши слова, — признал Аббат, — но каждый должен судить о ближних по себе.
— Ваши Величества, — говорил между тем Аббат. — Я думал аудиенция у меня будет с вами лично.
— Так оно и есть, — быстро сказал Туан. — Но надеюсь, вы не будите возражать против присутствия лорда Гэллоугласа, я нахожу его влияние смягчающим.
На секунду Аббат смешался, в глазах мелькнуло сомнение. Затем оно исчезло, и строгое выражение опять появилось на лице. Но Род на мгновение расположился к нему душой, и был не прочь смягчиться, если Их Величества тоже займут не столь жесткую позицию. В конце концов он добивался решения, а не капитуляции. Род не сводил глаз с груди Аббата.
Монах заметил.
— Почему вы так пристально глядите на мою эмблему?
Род вздрогнул, а затем улыбнулся, как можно, теплее.
— Молю о снисхождении, лорд Аббат. Просто я видел этот знак у священников на Грамарие, но так и не понял его. Мне в самом деле кажется необычным, что у рясы есть нагрудный карман. В учебниках истории она изображается не такой.
Глаза у Аббата расширились — он подавил удивление. Чем? Род взял это на заметку и продолжал:
— И я не представляю, зачем священнику носить в нагрудном кармане отвертку, ведь та маленькая желтая рукоятка принадлежит именно ей, не правда ли?
— Правильно, — улыбнулся Аббат вынимая из кармана крошечный инструмент и протягивая его на обозрение Роду, хотя в глазах у него была настороженность. — Она всего лишь знак ордена святого Видикона Катодского, ничего более.
— Да, вижу. — Род осмотрел отвертку, затем уселся слева от Туана. — Не могу понять, зачем монаху ее носить.
Улыбка Аббата стала теплей.
— В день, когда у нас не будет важных дел, лорд Чародей, я с удовольствием расскажу вам об основателе нашего ордена, Святом Видиконе.
Род нацелил на него указательный палец.
— Договорились.
— Аминь!
Лед был сломан.
Аббат положил обе ладони на стол.
— Сейчас мы должны обратиться к нелегким делам, — сказал он и извлек из рясы свернутый в трубку пергамент, вручил его Туану. — С прискорбием и уважением, я должен представить Вашим Величествам сию петицию.
Туан принял пергамент, раскатал его перед собой и Катариной. Королева взглянула на него и ахнула от ужаса, затем повернулась к Аббату с грозным видом:
— Вы ведь не думаете, милорд, что корона может одобрить такие требования!
Челюсти у Аббата сжались, и он затаил дыхание.
Род поспешил влезть с вопросом:
— В чем там дело, Ваше Величество?
— «Уважая свои обязательства перед государством и Вашими Величествами», — прочел Туан, — «мы настоятельно советуем...»
— Ну, вот, а вы говорите, — снова откинулся на спинку кресла Род, махнув рукой. — Это же просто совет, а не требования.
Пораженный Аббат поднял на него взгляд.
Губы у Катарины плотно сжались.
— Если Корона почувствует нужду в советах...
— С вашего позволения, Ваше Величество, — Род снова нагнулся вперед. — Боюсь, что я не знаком с обсуждаемыми вопросами, вы не могли бы прочесть мне дальше?
— «...мы с болью заметили посягательство Ваших Величеств на власть святой матери церкви в вопросе назначения...», — продолжал чтение Туан.
— Понятно. Вот значит, в чем суть, — Род вскинул голову. — Умоляю о снисхождении, Ваши Величества, простите что перебиваю, но, по-моему, нам действительно следует решить этот вопрос в первую очередь. Проблема, кажется, заключается в праве. Народу нужна церковь, но нужно и сильное гражданское правительство. Сложность заключается в том, как заставить эти две организации работать совместно, не так ли? — Род для проформы бросил быстрый взгляд на пергамент. — Взять, например, этот пункт о заведовании над распределением помощи беднякам. Какие недостатки вы находите, милорд, в оказании такой помощи короной?
— Да в такой... — Род чуть ли не услышал, как переключается передача в мозгу Аббата, он целиком настроился на жаркий спор по поводу назначения священнослужителей. — Суть-то в том, что ее слишком мало!
— А, — кивнул Род, значительно глядя на Туана. — Значит мы так быстро переходим к финансам.
Они этого не делали, но Туан отлично понял намек.
— Да. Мы давали все, что может выделить Корона, лорд Аббат, и еще немного сверх того; государство у нас с королевой отнюдь не громадное.
— Я знаю. — Аббат выглядел растерянным.
— В том-то и причина. Мы считаем, что нам не следует есть с золотых блюд, если наш народ голодает. Но он все равно голодает, ибо Короне поступает недостаточно денег, чтобы мы смогли их направить обратно на благотворительные цели.
— Вы могли бы увеличить налоги, — нерешительно предложил Аббат.
Туан отрицательно покачал головой.
— Во-первых, если мы увеличим налоги, то бароны, на коих мы их возложим, в свою очередь, просто выжмут все соки из своих вассалов, а они и есть те самые бедняки, которым надо оказывать помощь; а во-вторых, не исключено, что вассалы подымут восстание. Нет, милорд Аббат, налоги и так уже подняты до самого высокого предела.
— Например, — вставила сладким голосом Катарина, — вы сами, лорд Аббат, первым стали бы возражать, если бы мы обложили налогом огромные церковные земли!
— И получили бы с них очень мало, — жестко заявил Аббат. — Ордену принадлежит лишь сороковая часть земель всего королевства!
— Данные верны, — немедленно прогудел за ухом у Рода Векс. А если это сказал Векс, то сведения эти правдивы — статистика была его коньком.
Но Роду показалось подозрительным, что средневековый администратор смог проявить такую осведомленность, без возможности проконсультироваться с государственными архивами.
— Многие из ваших баронов владеют более обширными угодьями! — продолжал Аббат. — Наш доход с тех земель в основном и так уже идет на бедняков, поэтому вы приобрели бы очень мало, обложив нас налогами!
— Вот видите? — вскинул руки Род. — Источник высох, вы сами это сказали.
Пораженный Аббат поднял взгляд, а затем сообразил, что так оно и есть.
— Если и Церковь, и Государство уже дают все что, могут, — погнал дальше Род, — то, что мы можем сделать?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
