Читаем без скачивания Тибетская йога сна и сновидений - Тендзин Ринпоче

В конечном счете мы стремимся, чтобы ум и прана устойчиво находились в центральном канале, а не притягивались к каким-то чакрам. Центральный канал — энергетическая основа переживания ригпа, и практики, которые мы выполняем в йоге сновидений, нацелены на то, чтобы ввести ум и прану в центральный канал. Когда это происходит, мы пребываем в чистом осознавании и четком присутствии. Видеть сны, сосредоточив ум и прану в центральном канале — значит видеть сны, не испытывая сильного воздействия отрицательных эмоций. Это уравновешенная ситуация, которая обеспечивает сновидцу проявление знания и ясности.

4. Краткий итог: как возникают сновидения

Пока человек не обрел реализацию, его истинную природу омрачает коренное неведение, которое порождает оперирующий понятиями ум. Этот рассудочный ум, обманутый двойственным видением мира, расчленяет целостное единство переживания на умозрительные понятия, а потом обращается с этими проекциями ума так, будто они действительно существуют как отдельные существа и предметы. Первое двойственное подразделение — это подразделение на «я» и «остальное», а из-за отождествления себя только с одной стороной переживания — с «я» — развиваются предпочтения. В результате возникают влечение и неприязнь, которые становятся основой как физических, так и психических действий. Эти действия (карма) оставляют в уме человека следы в виде обусловленных склонностей, результатом которых становится новое влечение и новая неприязнь, оставляющие новые кармические следы и т. д. Таков нескончаемый круговорот кармы.

Во время сна ум уходит от чувственного мира. Кармические следы, которые теперь стимулируются кармическими причинами, необходимыми для их проявления, обладают энергией — кармической праной. Как и в примере с конем и ездоком, ум направляет кармическую прану к тому энергетическому центру тела, который связан с возбужденным кармическим следом. То есть сознание сосредоточивается в конкретной чакре.

В этом взаимодействии ума, энергии и смысла сознание высвечивает кармические следы и свойства соответствующего мира и само испытывает их влияние. Кармическая прана — это энергия сновидения, животворная энергия, а ум сплетает конкретные проявления кармических следов — цвет, свет, эмоции и образы — в осмысленный сюжет: сновидение, сансарное сновидение, которое и становится результатом этого процесса.

5. Образы «Материнской тантры»

В учениях Великого Совершенства (Дзогчен) суть всегда заключается в том, осознаём ли мы свою истинную природу и понимаем ли, что отражения этой природы проявляются в виде переживаний. Сновидение есть отражения нашего же ума. Мы так же легко убеждаемся в этом, пробудившись ото сна, как будды, обретая просветление, узнают, что в сансаре все существа и предметы — лишь иллюзия. А чтобы осознать как иллюзорную природу сновидения во время сна, так и иллюзорную природу яви, необходима практика. Имея некоторое понимание того, как возникают сновидения, легче понять, что имеется в виду под понятиями «иллюзорность» и «отсутствие независимого существования», а также — что немаловажно — приложить это понимание к собственному переживанию. Процесс, результатом которого становится переживание, одинаков и в сновидении, и наяву. Весь мир — сновидение, так же как и учитель, и учение, и результат нашей практики, и это сновидение не прерывается ни на миг, пока мы не обретаем освобождение в чистом состоянии ригпа. А до той поры мы продолжаем видеть сон о себе и своей жизни, как в измерении сновидений, так и в материальном измерении.

Если мы не умеем работать с мыслью, это значит, что мысли повелевают нами. Если же мы умеем работать с мыслью, это значит, что на нее распространяется осознавание и ее используют во благо или она освобождается в свою истинную сущность, пустоту. Именно так мысль становится частью пути. Точно так же для продвижения по пути можно использовать заблуждение, страдание или любое другое переживание. Но для этого необходимо понимать: сущность всего, что бы ни возникало, есть пустота. Если мы понимаем это, каждый миг нашей жизни свободен и все переживания являются духовной практикой: любой звук — мантра, любой образ — чистая пустота, а любое страдание — учение. Именно это означает выражение «превратить в путь».

Когда мы непосредственно постигаем, что гнев не имеет объективной основы и является лишь таким же отражением ума, как и сновидение, узел гнева ослабевает и больше не связывает нас. Если мы понимаем: то, чего мы боялись, ошибочно принимая за змею, — всего лишь веревка, власть этого образа над нами исчезает. Понимание того, что все образы есть светоносная энергия пустоты, приводит нас к признанию нераздельности ума и переживания.

Есть тибетское слово лхундруб, которое переводится как «спонтанное совершенство». Это значит, что никто ничего не создает. Все таково, как оно есть: само собой возникает из основы как совершенное проявление пустоты и ясности. Кристалл не создает свет: он просто отбрасывает лучи — таково его естество. Зеркало отражает все лица, не выбирая: отражать все — его природа. Поняв, что все проявляющееся, в том числе самоощущение и чувство собственного относительного «я», — лишь проекция ума, мы освобождаемся. Не иметь такого понимания — все равно что принимать мираж за явь, а эхо за самостоятельный звук. Тогда чувство разобщенности усиливается, и мы попадаем в ловушку иллюзорной двойственности.

В «Материнской тантре», а это один из важнейших бонских текстов, содержатся примеры, сравнения и метафоры, над которыми можно поразмышлять, чтобы лучше понять иллюзорную природу и сновидения, и яви.

Отражение. Сновидение — проекция нашего собственного ума. Оно неотделимо от ума, как солнечный луч неотделим от света солнца, сияющего в небе. Не зная этого, мы относимся к сновидению так, будто оно реально, — так лев рычит на свое отражение в воде. В сновидении небо — это наш ум, гора — тоже наш ум, цветы, шоколад, который мы едим, люди, которые нас окружают, — все это наш собственный ум, чьи отражения мы наблюдаем.

Молния. В ночном небе сверкает молния, внезапно озаряя горы. Каждая вершина выглядит отдельным объектом, но в действительности мы наблюдаем одну вспышку молнии, отражение которой воспринимают наши глаза. Так и кажущиеся отдельными объекты сновидения в действительности есть единый свет нашего ума, свет ригпа.

Радуга. Сновидение может быть красивым и манящим, как радуга. Но она невещественна — это игра света, зависящая от позиции наблюдателя. Гоняясь за ней, мы никогда ее не настигнем: она — ничто. Сновидение, как и радуга, есть сочетание условий, из которых возникает иллюзия.

Луна. Сновидение — словно луна, которая отражается во множестве разных водоемов: в пруду, в колодце, в море, — во множестве городских окон и во множестве кристаллов хрусталя. Луна не умножается, она всего одна — так и множество объектов сновидения обладают одной сущностью.

Магия. Факир может превратить камень в слона, потом в змею, потом в тигра. Но все эти разные предметы иллюзорны, как и предметы во сне, которые созданы светом ума.

Мираж. Вследствие вторичных причин мы можем увидеть в пустыне мираж — призрачный город или озеро, но, приблизившись, ничего не обнаружим. Если рассмотреть объекты сновидения, то окажется, что они, как и мираж, невещественны и иллюзорны, словно игра света.

Эхо. Издав громкий звук там, где бывает эхо, мы услышим в ответ громкий звук, издав тихий, услышим тихий, а издав странный крик, услышим странный крик. Звук, который доносится в ответ, — это тот самый звук, который мы издали. Так и содержание сновидения, которое кажется независимым от нас, на самом деле лишь отраженное содержание нашего же ума, которое возвращается к нам. В этих примерах подчеркивается отсутствие самостоятельного существования и единство переживания и переживающего. В учениях Сутры это называют пустотой, в Тантре — иллюзией, а в Дзогчене — единым тигле. «Я» и объект восприятия — не две отдельные вещи. Внешний и внутренний мир — наше собственное проявление. Все мы видим один и тот же мир, поскольку у всех нас одна и та же коллективная карма. То, как мы воспринимаем переживаемые явления, определяет, какие переживания мы испытываем и как мы на них реагируем. Мы убеждены в том, что видим объекты, обладающие самостоятельным бытием, представляющие собой отдельные существа и предметы. Если мы верим, что нечто действительно существует, то так оно и получается! И оно способно воздействовать на нас. Мы сами творим мир, на который реагируем.

Когда наша жизнь заканчивается, распадается мир, который сотворили мы, а не тот, в котором живут другие люди. То, что мы воспринимаем, и то, как мы все видим, прекращает жить вместе с нами. Если мы растворим свой оперирующий понятиями ум, спонтанно проявится чистота, лежащая в его основе. Если у нас есть прямое знание того, что и наше «я», и окружающий мир лишены самостоятельного существования, тогда все, что возникает в переживаниях, не имеет над нами власти. Если лев ошибочно принимает собственное отражение в воде за нечто реально существующее, он пугается и рычит, если же он понимает иллюзорную природу отражения, то не проявляет никакого страха. Не обладая истинным пониманием, мы реагируем на иллюзорные проекции собственного ума влечением или неприязнью и тем самым создаем карму. Если же мы понимаем, что истинная природа — пустота, мы свободны.