Но Алекс держал ее крепко.
— Смотри, как сильно бьется твой пульс. Значит, физический контакт со мной тебе небезразличен.
— А может быть, просто я возмущена вашей бесцеремонностью!
— Э нет, не обманывай себя и не пытайся обмануть меня. Когда люди злятся, их губы становятся узкими, сухими. А твои — мягкие и влажные. О Господи! Как мне хочется целовать их!
В голосе Алекса было столько страсти, что у Инги снова появились предательские мысли: а может быть, я зря ломаюсь? Ведь не девочка-школьница! Но воспоминания о неудаче с Людвигом вернули ее на землю.
Алекс стал покрывать ее руку ласковыми, нежными поцелуями. Ей было все труднее и труднее сдерживать свои эмоции. Подняв глаза, она встретилась с его взглядом и увидела в нем торжество. Это подействовало на нее как освежающий холодный душ. А Алекс проговорил:
— Как жаль, что ты не видишь себя сейчас. Ты так хороша в своем волнении. Твои губы говорят о том, чего тебе хочется. Красивые густые ресницы подрагивают, на мгновения приоткрывая изумительные глаза, в которых можно уловить так много. У тебя замечательно нежная, бархатистая кожа, которую хочется ласкать и гладить. Твое восхитительное тело, грациозно выгибаясь, тянется ко мне. Не мешай ему!
В этот момент Инге удалось выдернуть свою руку, и она сделала шаг назад. Потом инстинктивно потерла запястье о свое бедро, как бы стряхивая мужские молекулы со своего тела. Алекс рассмеялся.
— Не пытайся стереть мой генетический след с твоей кожи. Поверь, мы с тобой обречены на то, чтобы быть вместе. И как только ты проникнешься этой идеей, все станет на свои места и нам будет проще и легче жить.
— Ничего. Я достаточно сильна, чтобы выбраться из временных трудностей самостоятельно. Не пропаду!
— Чудачка! Именно это и в придачу твоя яркая внешность так влекут меня к тебе. Кстати, — добавил Алекс неожиданно даже для себя, — если у тебя есть какие-нибудь предубеждения относительно секса в традиционной, классической позиции, то я готов на любые другие, по твоему выбору.
Инга покраснела, да и сам он пожалел о своем провокационном нахальстве. Но, как бы исправляя ситуацию, распластался на ковре рядом с ней, грациозно, словно большой кот.
— Встаньте! Я же сказала, что ничего между нами не будет… во всяком случае сегодня и… в обозримом будущем.
— Я не могу в это поверить. — Он хотел сказать это с легкой усмешкой, но слова прозвучали серьезно. И вдруг он резко изменил направление их странного разговора и перешел на «вы». — Я признаюсь, что на этом этапе, может быть, и хотел бы обо всем забыть, но уже не в силах. Это раз. А два — у меня есть к вам просьба. Через некоторое время мне надо будет устроить прием, ну, как говорят, «прописку» на новом месте. Очень прошу вас исполнить роль хозяйки вечера. В благодарность за мной ремонт забора без вашего участия.
Слово «да» почти сорвалось с языка Инги, но, мельком увидев выражение лица Алекса, она успела остановить свой порыв.
— Я не нуждаюсь в благотворительности, — гордо, а может быть, даже надменно, заявила она. — Если вам нужна хозяйка приема, то поищите кого-нибудь другого, желательно… постарше. Такая женщина будет соответствовать вам больше, чем я. Если я появлюсь в этой роли, то возникнут сплетни о том, что наши отношения перешли определенную черту. Но ведь это не так! К тому же общество осудит вас за попытку растлить малолетку!
— Малолетка! Что-то вы уж больно хитры для вашего возраста. С каких это пор оплаченная роль официальной распорядительницы мероприятия приравнивается к попытке растления? Может быть, так тут у вас, в глубокой провинции?
— Все непременно будут считать нас любовниками, потому что в другом качестве выступать в такой роли нормальная женщина просто не согласится.
Инга с внутренним удовлетворением заметила, что ее последняя фраза разозлила Алекса. Но он не уступил своей позиции.
— Что бы кто ни подумал, даже те, кто назовут нас любовниками, ошибутся в худшем случае только в одном — в сроке, когда это случится. Так все равно будет, но, может, через некоторое время.
И тут как раз в разгоревшемся камине выстрелило полено. Языки пламени осветили лицо Алекса. Он был таким красивым в этот момент, что Инга почувствовала, как по ее позвоночнику поднимается теплота, которая как туман окутывает ее разум. Алекс до конца своей жизни будет вот таким благородно красивым, неожиданно подумала она. Может быть, я и вправду веду себя как последняя дурочка?
Звонок в дверь был неожиданным. И Алекс, и Инга вздрогнули. Последняя быстро направилась к входной двери.
На пороге стоял Мартин, лучась белозубой улыбкой. В другое время Инга была бы рада этому визиту, но не сейчас. И Мартин ощутил всю неуместность своего появления, улыбка стерлась с его лица, когда он увидел Алекса. Мартин лично не был знаком с новым соседом Инги, но легко догадался, что это именно он.
Инга представила мужчин друг другу. Они раскланялись, не подавая друг другу руки. Было понятно, что каждого из них терзает чувство ревности, а вызвавшая ее Инга стояла в растерянности между двумя сдерживающими ярость самцами.
Мартин решил разрядить обстановку и сказал:
— Инга, я только на секунду. Мне хотелось увидеть тебя, и к тому же я должен передать тебе привет от Клары и вот этот пакет. Не знаю, что в нем, но сестра сказала, что ты знаешь.
Инга автоматически взяла протянутый пакет. Да, она знает, что в нем. Обещанное Кларой платье.
— Мартин, поблагодари за меня свою сестру. Или, нет, дай лучше мне ее телефон, я сама позвоню, — предложила Инга.
— Обязательно дам, как только она устроится на постоянном месте. Сейчас она кочует по гостиницам.
Мартин холодно кивнул Алексу и тепло попрощался с Ингой:
— Пока! Я еще не уезжаю, так что навещу тебя в более подходящий момент. В следующий раз я обязательно предварительно позвоню. Ради Бога извини, что я не сделал этого сегодня.
— Ты можешь приезжать в любое время, когда захочешь, без всякого предупреждения. Звони только для того, чтобы убедиться, что я дома.
— И одна, — иронически добавил Алекс.
Инга бросила на него испепеляющий взгляд.
— Алекс просто любезно подвез меня, потому что моя машина сломалась и пошел сильный дождь. Ему уже пора домой. — Она красноречиво посмотрела на Алекса.
Но тот не собирался уходить раньше Мартина. Последний, правильно оценив ситуацию, повернулся и шагнул во двор. Через несколько секунд послышался звук двигателя, который стал постепенно удаляться.
Недолгую тишину прервал вопрос Алекса:
— Как давно вы перестали быть любовниками и по какой причине?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
