− задал вопрос король Холода, нахмурившись.
− Да, надеюсь, − чуть сморщившись, дала ответ девушка.
− Значит, это всё же правда, − вымолвил Локхард, задумчиво кивая. − Ходят слухи, будто бы Вы одолели Иллариона.
− Понятия не имею,− процедила Ева, поджав губы. − Я не знаю, что с ним случилось.
− Никто не знает, это и волнует всех нас. Никто не выходит на контакт, мир не заключает, а войска Тёмных вернулись на свою территорию к границе. Слава Свету, Генри Клайд не желает продолжать войну, а то ненароком бы всех втянули в эту передрягу, − признал Локхард, фыркнув.
− Понятия не имею, что случилось с Илларионом и его королевством,− повторила девушка, дабы прекратить расспросы.
− Вы его точно убили? − уже напрямую спросил король Холода.
Ева, услышав это, аж ударилась ногой об стол, желая закинуть её на другую, но невольно дёрнулась от подобных расспросов. Аббаста тихо кашлянул, тоже пытаясь подавить своё удивление. Девушка скривилась от подступающего чувства ярости. Оно уже жгло горло, отчего Ева закусила губу и невольно сжала ладони в кулак.
− Вы не поймите меня неправильно. Я только за, если Илларион Рейв, наконец, навсегда останется в Пустоши, − заметив изумление и гнев окружающих, пояснил Локхард.
− Вы считаете, что я убила Иллариона?− вмиг перебила Ева. Ранее спокойный и певчий тон сменился на более высокий и раздражённый. В пустых синих глазах впервые забегали яркие искры злости, что сделали их ярче. Челюсть поднялась, а губы плотно сжались.
− И эта тема для Адалии тоже неприятна, − выговорил Аббаста, пытаясь пресечь какие-либо задатки конфликта. Но искры злобы уже давно переросли в сильное и яркое пламя, которое девушка ранее пыталась потушить.
Ева быстро соскочила с места, отчего стул пошатнулся и чуть не рухнул. Девушка, громко ударив ладонями о стол, нависла над столешницей.
− Думаете, убийство — это благородно? Считаете, я желала отнять у кого-то жизнь?! Думаете, я готова поддаться животным инстинктам, забыв свою сущность человека, устои морали и нравственности?! − задавалась вопросами девушка, уже переходя на повышенный тон. − Я никогда и ни под каким предлогом не отниму жизнь, на которую не имею права.
Руки затряслись от напряжения. Гнев разливался по всему телу, вызывая дрожь и жар. Аббаста аккуратно взял Еву за руку, но она небрежно оттолкнула её. Вард и Локхард с изумлением смотрели на девушку.
− Значит, Вы были в Срединном мире,− лишь выговорил он.
− И что с того? Это так ужасно? − не понимала девушка. − Люди хотя бы не столь кровожадны и жестоки, как вы − Наследники. Я, единожды выйдя на улицы Столицы, ужаснулась от того, что там происходит. Я, имея при себе пистолет и сильного соратника, боялась за свою жизнь, безопасность. А на моих глазах чуть не убили мать с отцом совсем маленькой девочки. И вы считаете это нормальным? Поучились бы у людей, как надо жить!
− Я и не сказал, что это плохо. Срединный мир − это хорошее место. И рад, если Вы росли там, в столь спокойной обстановке. Но здесь совсем иная ситуация,− отрезал Вард, нахмурившись.
− Здесь войны и убийства − это норма. Я знаю. У вас всех одни и те же слова на это, − лишь выдала девушка, мотнув головой. Синие глаза упорно смотрели на столешницу в поисках спокойствия. Руки, в который раз сжались в кулак, а голова опустилась вниз.− Прошу прощения, но я, пожалуй, оставлю вас.
После этих слов девушка лишь нам мгновение скривилась и вышла из-за стола.
− Адалия, − обернувшись, окликнул её Аббаста.
− Тьма, прошу прощения, если обидел,− попытался извиниться Вард, поднявшись с места.
− Прекратите это лицемерие! И не называйте меня так! – крикнула на правителей Ева, поддавшись буре эмоций. Обернувшись, она лишь махнула рукой. − Я пойду поминать близких.
Девушка решительно покинула помещение, закрыв за собой дверь. Холод вмиг обдал тело, отчего Ева продрогла. Стоило двери затвориться, как девушка оперлась о стену. Голова шла кругом, отчего стоять было невозможно. Глаза обдавало кипятком. Сфокусироваться на каком-либо предмете было просто-напросто невозможно. Дыхание участилось настолько, что можно было задохнуться от таких резких вдохов и выдохов. Горло резали потоки кислорода, что тревожили гортань, толкая ком ядовитых и режущих эмоций всё дальше и дальше. Схватившись за голову, Ева встрепенулась, пытаясь скинуть все эмоции, что захватили её. Она намеренно стала глубоко дышать, чтоб успокоиться, но, не дождавшись результата, двинулась к большой узорчатой двери, что наполовину состояла из дерева и стекла.
Девушка, громко выдохнув и кивнув самой себе, потянула холодную ручку. Тёплый порыв воздуха заставил Еву быстрее войти в огромное помещение. Она аккуратно проникла в комнату, прикрыв за собой дверь. Безлюдное помещение было длинным, и тянулась далеко вперёд. У стен стояли разные скульптуры и статуи, силуэты которых Ева легко узнала. Тьма, Свет и Пустая. Их величественные фигуры показывали разные события, что завораживало. Над каждой висел свой собственный непонятный символ с дугами и прямыми линиями. Такие же рисунки были и в конце помещения, под которыми стояло по скульптуре божеств. Каждая из них сжимала разноцветную чашу. Тьма держала алую ёмкость с чёрным переливом. Свет − бело-голубую, а Пустая − серую, точь-в-точь такого же оттенка, как бетон асфальта или гладь хмурого и холодного неба.
Ева от этого скривилась. Ладонь уже коснулась ручки, чтобы уйти отсюда.
− Простите, Вам помочь? − вдруг спросил кто-то сбоку.
Девушка обернулась на голос и увидела пожилого мужчину в серой мантии.
− Да... Вы б не могли мне помочь вспомнить и почтить погибших, − тихо попросила Ева, оглянувшись по сторонам.
Мужчина смутился, стоило ему только разглядеть силуэт девушки. Уголки губ невольно дрогнули.
− Пойдёмте, госпожа Тьма. Я помогу Вам, − выговорил он хриплым голосом, махнув рукой.
Ева лишь на мгновение поддалась изумлению, но тут же подошла к мужчине. Он, поправив одежду, двинулся вперёд. Девушка же всё не могла отвести от него взгляд, боясь любого его движения. Но мужчина лишь неспешно подступил к двери.
− Вы узнали меня? − спросила Ева, нахмурившись.
− Разумеется, − согласился он, отворяя дверь и ступив на узкую винтовую лестницу. − Я не слепой.
− И Вы не подняли шум? − продолжала опрос Ева, хватаясь за холодные стены для опоры.
− Зачем? Вы просили помочь Вам, а не представить народу и восхвалять,
