— Как все прошло?
— Нормально
Рассказывать про алкоголь, пьяную выходку Ильи или про то, как проснулась в кровати Павла, Алиса не стала. Коротко поведала, что все отлично и всем было весело, она присела на свой стул, мечтательным взглядом рассматривая плывущие по голубому небу облака.
— Я видела твоего парня. Он симпатичный.
Ева хихикнула, как девчонка, своим наблюдением немало напугав Алису.
— Что?
— То. Вы с ним вместе учились? Классный малый, то каким взглядом он на тебя смотрел, говорит о многом. И мне понравилась его машина. Я, так понимаю, он не из тех, кто ездит на маршрутках?
Алиса не знала, что ответить. Как Ева могла увидеть их с Павлом, когда они были в соседнем дворе?
— Ты прости, конечно, но мне показалось, что ты его не поощряешь. Встретить вместе рассвет и отпустить без поцелуя, это жестоко.
Пряча улыбку в чашке с чаем, Ева смеющимися глазами следила за реакцией Алисы.
— А…ты о…
Чуть было не выдав себя с головой, девушка прикусила язык и тоже улыбнулась. Правильно, пусть думает, что они с Казаковым встречаются, не придется искать оправдания, если задержится до поздна.
— Ага, о том самом.
Веселое настроение передалось и Алисе, счастливая, что виделась Павла, она готова была простить всех.
— Скажи, а как ты рассмотрела его взгляд с седьмого этажа?
— Ну, он был тако-о-ой красноречивый.
Ева сама не сдержалась и прыснула, чуть не расплескав остатки своего чая. Обе смеялись, саи до конца не понимая, что именно их так рассмешило.
— Вы чего не спите? Алиса, как прошел праздник?
Инна, кутаясь в махровый халат и поправляя волосы, вошла на кухню и стала у плиты, проверяя воду в чайнике.
— Замечательно.
Алиса и Ева посмотрели друг на друга и вновь рассмеялись, немало удивив мать. Инна смотрела на них и радовалась. Да, это утро действительно было добрым, нужно скорее сообщить мужу, что их девочки подружились.
***
Громов третий день сидел в своем кабинете и ничего не делал. Лениво смотрел в окно, переводил взгляд черных глаз на циферблат своих дорогих наручных часов и вновь откидывал голову на спинку кресла, чтобы продолжить следить за плывущими облаками.
Рабочий день почти закончен и ему безумно хотелось сбежать. Впервые в жизни он готов был бросить все, чтобы сесть в машину и мчаться в знакомый двор, где его ждут. В том, что Алиса будет ждать, не сомневался. Той ночью, когда он отвез ее домой, Павел заставил гореть ее губы, сам рискуя получить ожоги. И зачем он только ее отпустил? Мог остаться с ней, все эти дни не выходить из дома или уехать куда-нибудь, а в офисе соврать, что заболел.
— Ой, дурак. А вместо этого сижу и вздыхаю. Все равно же от меня никакого толку не будет, пока не увижу ее снова.
Дверь за спиной громко хлопнула, извещая, что уединение нарушено.
— Шеф, ты опять за свое?
— Поясни.
Громов постарался выглядеть хмурым, но предательская улыбка выдавала его счастье.
— У-у-у, как все запущено. И кто эта счастливица? Надеюсь, речь пойдет о нашей несравненной леди, имеющий вес в определенных кругах?
Стеблев положил перед Громовым папку с документами и даже открыл на нужной странице, сел напровтив и стал ждать реакции, поджав тонкие губы. Павлу понадобилось всего несколько секунд, чтобы понять — свидание с Алисой и сегодня не состоится.
— Когда ты их получил?
В голосе смеха, как не бывало. На место мечтательного молодого мужчины вернулся холодный и расчетливый человек с пронизывающим взглядом черных, как чертова бездна глаз.
— Пятнадцать минут назад. Паш, ты ведь понимаешь, что тянуть больше нельзя? Сегодня же назначай свидание, чтобы завтра нам не было плохо. Громов, я не хочу начинать с нуля. Эта твоя месть за прошлые обиды, грозит всех нас оставить без куска хлеба и крыши над головой. Либо ты отказываешься от фирмы своего бывшего напарника, либо доделываешь то, за что взялся. Других вариантов нет.
Сверкнув глазами за стеклами очков, Стеблев забрал документы и поднялся. Он больше ничего не сказал, его молчание было красноречивее любых слов.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Громов ударил кулаком по столешнице, на пол скатился простой карандаш, а он и не заметил. Вся эта канитель с поглощением, основанная на мести, придавала некий смысл его действиям, а теперь, этот смысл пропал. Чисто из принципа, Громов встал и вытащил ключи от своей машины, намериваясь сегодня же разобраться со всеми делами, вот только встречаться с девушкой, для того, чтобы подороже продать себя, за заветный кусок пирога, не испытывая к ней ничего, кроме делового интереса, стало противно. Неужели он зменился? Или эта назначенная им встреча могла стать чем-то сродни предательству? Он же никогда не раскаивался в своих делах, никогда не оправдывался, почему же сейчас чувствует вину? Проклиная все на свете, через десять минут, Павел договорился о встрече в ресторане и настраивался на ночь в компании такой же продажной красотки, как и он сам.
***
Знакомый магазин, он как старый руг, ждет и не гонит, каждый раз встречая открытыми дверьми.
— У меня вода и сигареты.
— Какие?
— Эти.
Почти одинадцать и вымотанная за день женщина-продавец не усложняет себе работу лишними вопросами. Да и девушка эта ей знакома. Ну, курит она, что такого? Сейчас все подряд курят, это не курящего найти попробуй. Писк карты и провожающий взгляд пожилого охранника. Несколько метров и вот он, двор, в который каждый вечер Алиса спешит в одно и тоже время. Только все это зря, Павел больше не приезжал, почти две недели прошли, а его все нет и нет. Алиса не могла больше так, ей было не обходимо подтверждение того, что Громов ей не приснился, что он был на самом деле и ей не показались его губы на ее губах. Дико, безумно дико хотелось вновь ощутить его поцелуй, прикоснуться к твердой груди и, чтобы его пальцы прошлись вдоль позвоночника, вызывая дрожь во всем теле. Третья сигарета сегодня и вторая пачка на этой неделе, давно превысили норму, нарушая установленые правила.
— Так нельзя.
Приказывая себе не думать о плохом и подбирая тысячу причин, по которым Громов не приходил, Алиса вернулась домой. Она прошла в гостиную, где ее ждал отец, сидя у телевизора, в руке он держал конверт.
— Привет, милая. Как погуляла?
— Нормально. Что это?
Алиса кивнула на белый конверт. Виталий поправил очки и улыбнулся. Он подготовил сюрприз для дочери и пока ничего ей не говорил. Но сегодня можно, сегодня пришел ответ.
— Алиса, я знаю, что мы договорились о твоем зачислении в наш университет, но… я не удержался и переговорил со своим знакомым, а потом отправил ему твои результаты экзаменов. На самом деле, он несколько лет назад был моим студентом, а потом уехал, но мы с ним не переставали общаться. Это очень умный молодой человек. Он многого добился и…пойми меня правильно, дочка, я хочу, чтобы ты рассмотрела этот вариант учебы за границей.
— Что?
— Сегодня пришел ответ. Если ты согласишься, то будешь принята в университет США. Подумай об этом, не торопись. Ответ нужен в течении двух недель, как раз успеем отпраздновать твой день рождения.
Виталий поднялся и отдал дочери конверт. Наклонился, поцелвал в макушку и нежно погладил по плечу, хмурясь, когда почувствовал сигаретный хапах. Он никогда ей ничего не говорил, даже, когда Инна попросила быть строже, не стал настаивать. Отец видел, что его дочь, что-то тревожит и то, как она мечется в своих мыслях. Но Алиса умница, она скоро сама все поймет и сделает правильный выбор.
6.
Громов стоял у окна и курил. Тусклые лучи предрассветного солнца проскальзывали сквозь тучи и просачивались в сад, делая крону деревьев похожей на ветхую крышу, покрытую соломой. Вот так и его терпение с каждым днем давало все больше трещин, грозя снести к чертовой матери результаты стольких трудов. Павел криво усмехнулся, да, он и правда много трудился в последнее время, особенно сегодня ночью. Только подумал о той, что осталась наверху, как внутри все узлом стянуло, вплоть до рвотного позыва и отвращения к самому себе. Он ненавидел ее, ненавидел себя, проклинал дело из-за которого по уши влез в это дерьмо. А при всем при этом нужно улыбаться и делать вид, что он рад. Да, подлейте еще!
