Читаем без скачивания Хозяйка старого кладбища - Елена Усачева

— Ладно, пойдем мы. Чего молчать?

Он протиснулся мимо сидевшего у самого выхода Сергея и быстро зашагал прочь от кладбища. Сторож так и не пошевелился. Сзади недовольно сопел Антон.

— Чего ты ушел? Ведь можно было что-нибудь придумать.

— А чего тут придумывать? — Алексей говорил, не останавливаясь. — Они сидят и молчат. Да и не верят они мне, я же вижу. И ты не веришь. И не надо! Я сам во всем разберусь. Катись отсюда.

Антон, не ожидавший такого отпора, остановился.

— Подумаешь! Сам он во всем разберется! Иди, иди! Тоже мне, герой!

Друзья развернулись и пошли в разные стороны.

— Подожди!

Алексей только рукой махнул: поздно, мол, опомнился, сам знаю, что делать.

— Постой!

Его схватили за плечо. Это был Сергей.

— Слушай, парень, запиши мой номер телефона. Или дай свой. Я здесь с умными людьми поговорю, может, они что-нибудь присоветуют.

Алексей мрачно пробурчал свой номер телефона, а когда журналист уже прятал бумажку в карман, вдруг спросил:

— Скажите, а у вас лопата есть?

— Ты ее хочешь откопать? — Сергей заглянул в глаза собеседника. — Не торопись, за это посадить могут.

— Мне на урок труда, — не моргнув глазом, соврал Алексей.

— Нет, — пожал плечами Сергей, — кажется, нет у меня лопаты. Но я могу у дочки спросить, у нее, может, какой-нибудь совок найдется.

— Спросите, — разрешил Алексей и опять зашагал к своему дому.

Лопату он добыл у отца. Тот даже не спросил, зачем она ему.

После всех этих историй с крестами и медальонами Алексей почувствовал себя невероятно уверенным и спокойным. Ну какой медальон на могиле двухсотлетней давности? Его там просто не могло быть, их тогда не делали. Значит, ему все просто показалось. И совсем не обязательно, что под тем крестом лежит именно Хозяйка.

Он поужинал вместе с родителями, побеседовал с тетей, приготовил ей чай, посмотрел вместе с папой боевик по телевизору и отправился спать. В прихожей он захватил куртку. А в комнате быстро набил ее тряпками, уложил получившееся чучело на постель, сунул фонарик в карман, бесшумно проскользнул в коридор, взял лопату и тихо вышел за дверь. Был час ночи.

«Так, — сам себя убеждал Алексей, — теперь если кто-нибудь заглянет в комнату, то решит, что я сплю, и тревожить меня не будет. А я тем временем…»

На улице уже стало довольно прохладно. Большой фонарь ярко освещал двор и пустую детскую площадку.

Никого нет.

А вот и скамейка. И главное, никаких следов — ни человеческих, ни собачьих, ни лошадиных. А ведь должны были быть. Алексей еще заметил, как конь копытами взбивал мокрую после осенних дождей землю двора. Как тяжело прыгала собака. Она-то уж обязательно должна была оставить отпечатки. Но здесь их не было.

И самое обидное, что никто ничего не заметил. Бред. Что же это за напасть такая!

Алексей подошел к ограде там, где лучше всего просматривалось надгробие Купавиных. Он прислушался к себе. Боится? Нет. Надоело бояться, сколько можно!

Он просунул лопату между прутьями, а сам перемахнул через забор.

Крест. Кусты. Где-то здесь он провалился рукой.

Алексей осторожно зажег фонарик. Круглое световое пятнышко пробежало по сучьям, уперлось в подгнившую листву. Он уложил фонарик так, чтобы свет падал под корни, и достал лопату. Длинный черенок лопаты мешал как следует подлезть под куст, он постоянно ударялся об ограду ближайшей могилы.

Ток, ток — раздавались мерные удары. Уверенность медленно покидала Алексея. Он спиной чувствовал, как в вязкую темноту осени уплывает тонкой светлой струйкой его неверие во всю эту чертовщину. И по той же спине пробегали предательские мурашки, холод подбирался к затылку.

Ток, ток, ток — быстрее заработал он лопатой.

Ух — до середины черенка лопата ушла в пустоту.

Есть.

Алексей осторожно вынул лопату, взял фонарик и посветил в образовавшуюся дыру. Темнота, влажная земля. Он ткнул в темноту концом черенка лопаты.

Тук. Камень. Алексей отложил лопату, глубоко вдохнул и опустил одну ногу внутрь ямы.

Весь ход изнутри был выложен камнем. Ползти пришлось на карачках, время от времени задевая головой верхний свод. Туннель под конец расширился и завершился ступеньками, которые вывели в гулкую комнату. Здесь было холодно и промозгло, как в склепе.

Склеп.

Алексей быстро очертил фонариком стены. Каменные, ничего нет. А фантазия неумолимо подсказывала возможные картинки. Высокий прямоугольный камень, на нем гроб, крышка откинута. И оттуда встает…

Никто не встает. Алексей наконец узнал, где он находится. Это был полуподвал его дома. Направо решетка, закрывающая вход в подвал. Три ступеньки наверх — проход в подъезд, а оттуда на улицу. В родном доме Алексей почувствовал себя уверенней. И ночь не такая темная, и подозрительных звуков нет. Только чернота подземного хода не давала успокоиться. Оттуда кто-то должен выйти. Большой… Даже не большой, а огромный.

И он вышел. В темноте появилась еще большая темнота. Страх. Огромный, все расширяющийся и расширяющийся. Он придавил Алексея к холодной стене. Что-то темное, похожее на гигантский пузырь, увеличивалось, заполняя все пространство полуподвала. В спину кольнуло. Нож? Алексей осторожно повернулся и пощупал стену за спиной. В стене торчал гвоздь, стесанной головкой вперед.

Почудится же ерунда такая! Алексей осмотрел полуподвал, в нем уже никого не было, ни темного, ни страшного, ни расширяющегося.

Алексей выглянул на улицу. Все так же в свете фонаря были видны двор, машины, детская площадка.

Ну и ладно. Он сейчас вернется обратно по подземному ходу, заберет лопату. А завтра они с Антоном придумают, что с его находкой делать.

Помахивая фонариком, он вернулся в полуподвал, спустился по ступенькам, встал на колени и быстро пополз обратно. Он уже чувствовал на своем лице свежий воздух… Значит, скоро выход. Вылезти, взять лопату и…

В носу зачесалось. Алексей поднял руку, забывшись, выпустил фонарик. Тот упал на каменный пол, подпрыгнул и погас.

Алексей замер. Этого только не хватало! Где же он? Ага, вот.

Он взял фонарик и постучал им по камню. Никакого результата. Нащупал крышку гнезда для батареек. Если отошел контакт, то надо батарейки поменять местами, может, еще и заработает. А еще можно батарейки потереть друг о друга.

Алексей неловко перехватил фонарик — крышка проскочила между пальцами. С шуршанием батарейки выскользнули из корпуса. Судя по звуку, одна укатилась куда-то далеко. Ну вот! Если крышка не найдется, то фонарик можно выкидывать. Вот еще — он же новый!

В узком проходе было не развернуться. Изогнувшись, Алексей шарил вокруг себя руками. Сначала нашлась одна батарейка, он ее сунул в карман. Вторая была где-то здесь. А крышечка? Пластмассовая, он даже не услышал, как она упала.

А если кто пройдет? Они же не разойдутся с Алексеем.

Места-то практически нет, куда она могла деться? Алешка отполз чуть назад. От напряжения застучало в висках. Ведь обязательно кто-нибудь пройдет, всегда так бывает. Еще бы две минуты, а у тебя их нет.

Сейчас у него и минуты не было, потому что сзади явно кто-то пыхтел. Да, да, он их слышал. Переругиваясь и, видимо, подталкивая друг друга, какие-то типы быстро приближались к выходу. Алексей бросил ненужный фонарик и пополз вперед.

Он успеет!

Ладонь больно резанул жесткий кружок. Да вот она, эта дурацкая крышечка. Поздно. Алексей отбросил пластмассовый кружок в сторону и прибавил ходу. С разбегу ткнулся в мягкую землю — выход. Здесь можно встать.

И тут силы отказали ему. Сзади его тронули за ногу.

— Чего, малец, подтолкнуть или сам вылезешь? — спросил запыхавшийся голос.

— Активней, господа, здесь душно, — вторил ему другой.

— Руку! — крикнули сверху, и в дыру над Лешкиной головой просунулась белая женская рука.

— Чего замер? Давай, — вновь толкнули его сзади. Алексей ухватился за протянутую руку, затем его подпихнули под зад, и он выбрался на поверхность. В ярком свете уличного фонаря он увидел Пиковую Даму, отряхивающую платье от земли. Сзади из подземного хода выбрался Дракула, за ним, брезгливо морщась, вылез Пушкин. Из кармана он достал белоснежный платочек обмахнул колени, вытер руки.

— Господа, — сказал он капризным тоном, — я отказываюсь валяться в земле. Так никаких костюмов не напасешься.

Пиковая Дама грозно посмотрела на него, и он сразу засмущался, отошел в тень.

Лешкиной ноги коснулась мягкая шерсть. Собака. Чуть скуля и повизгивая, она стала тереться около него. Огромная лохматая псина с блесками светящегося фосфора на шкуре.

— Отстань от него, — приказала Пиковая Дама, и псина тоже отошла в тень.

Где же Всадник? А вот и он. Звякнуло железо, огромный черный конь нервно перебирал длинными ногами, недовольно покосился на подошедшую Собаку. Еще мгновение, и из темноты показалось белое платье девушки.