— Дааа, — усмехнулся мужчина, наваливаясь на нее всем своим весом. — Сейчас ты точно никуда не побежишь, крошка. Проклятье снять просто — достаточно заменить магическую переменную числом ноль. Это остановит процесс, но мы не будем так делать. Я тебя не отпущу. Я давно не под твоими чарами, красотка. Хотя, как сказать, — он прервался, чтобы поцеловать ее в губы.
— Не под чарами он, — усмехнулась Исида, разглядывая строки формул.
Азарий продолжил:
— Сейчас я как следует развлекусь с тобой, а потом сделаю тебя очень тихой и послушной. После расколдую свою команду, и ты станешь ее частью. Может быть, тебе не очень понравится твоя роль. Любить я тебя точно не буду, но видеться мы будем часто. Лиска тоже с этого начинала, ох и дерзкая она тогда была. Мы ее быстро поломали. Месяца не прошло, как стала есть с рук и делать все, что велено. Будешь хорошо себя вести, дадим несложную работу и станем выпускать во двор. Стоил ли тетушкин бизнес таких жертв — не знаю, не знаю…
В этот момент он вошел в нее и ему стало не до разговоров. Он сосредоточился на простых повторяющихся движениях. Тяжелое дыхание доказывало, что процесс ему нравился.
Исида взяла еще один листок и внимательно его изучила. Магические переменные она почти не использовала в своей деятельности. Это не помешало ей понять, что к чему. Она поставила банку с осьминогом и зайцем перед собой. Зайца было не жаль, а вот осьминога — почему-то очень. Создание оказалось трусливым. Оно постоянно спрашивало, что с ним станет. В другое время Исиде не было бы до этого дела. Но сейчас хотелось помочь всем. Представив, как игрушка безжизненно ложится, щупальца в последний раз вздрагивают, а в голове возникает обрывающийся смертью вопрос «Это конец?», ведьма даже всхлипнула носом.
— Да когда же волосы потемнеют? — с досадой сказала она. Девушка зарылась в бумаги, надеясь, что найдет здесь еще пару ответов на свои вопросы. Оживление неодушевленного было доступно и ей, но на проработку такой магии у нее ушли бы недели. Вряд ли вышло бы так же хорошо. Осьминог был почти разумен. Идеальный домашний питомец.
— А если бы я сняла заклятье с гостиницы, то эти игрушки, они снова стали бы обычными? — спросила Амелия Азария.
Он поцеловал ее, призывая замолчать, но она увернулась.
— Неужели ты сомневаешься, что удержишь меня? — рассмеялась его мечта. — Почему не хочешь рассказать в качестве подарка за мой визит?
— Ты много болтаешь, так много, что твоя красота меркнет, — буркнул он.
— Ответь, и я замолчу, — с губ красотки сорвался стон, а затем ее руки провели острыми ноготками по его соскам, кубикам пресса, скользнули вниз, туда, где тела соединялись. — Я умею много того, что нельзя получить силой и угрозами, — низким голосом прошептала она, касаясь его напряженного органа и лаская его, пока он вонзался в ее тело. — Я буду очень покорной и покладистой.
Она насадилась на него глубже, вызывая стон.
— Что ты желаешь? — спросила она. — Я исполню все твои фантазии, даже те, в которых боишься признаться, — ее рука зарылась в его волосы.
— Ты сводишь меня с ума, — прошептал он. — Но ты что-то хочешь попросить?
— Да, — она перевернула мужчину на спину и села на него сверху, демонстрируя свое тело. — Я хочу на память одну игрушку из гостиницы, раз уж я буду тут на твоих условиях. Напоминание о нашей встрече. Как мне оставить ее одушевленной после того, как проклятье будет снято?
Мужчина закрыл глаза от удовольствия. Она двигалась на нем нежно и плавно, продолжая касаться то его, то себя. Руку мужчины она положила себе на грудь, пальцы другой погрузила в рот. Он почти кончил, но она остановилась.
— Так как? Что надо сделать, чтобы игрушка осталась у меня как память о нашем первом разе?
— Продолжай, — попросил он.
— Нет, мой молчаливый друг. Пока не скажешь, я не продолжу.
Он мог бы действовать силой, но его заводила эта сладкая пытка.
— Хорошо, тебе надо отчерпнуть немного жидкости из нужной вазы и написать строчку магической формулы разрыва связи. Там укажешь номер игрушки. Он написан где-то на ней. Затем погрузить запись в жидкость и закрыть все это в стеклянном сосуде. Все, теперь продолжай, моя крошка.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Девушка начала плавные движения бедрами.
— Значит, формула разрыва связи, — прошептала Исида за столом. Дальше можно было не участвовать в фантазии Азария. Это было ни к чему. У нее появились другие дела.
Она достала осьминога из банки и внимательно осмотрела. Его номер был 49. Формулу разрыва связи она помнила и начертала без труда. При написании формул маги не использовали пишущий инструмент. Это делала за них воля.
Которая же ваза нужная? Ее взгляд упал на Азария. Вернуться туда или попробовать разобраться самой? Можно было сделать так для каждой вазы, но тогда «в живых» осталось бы еще две неизвестные игрушки под такими же номерами. Ничего хорошего. Время поджимало.
— Хорошо, еще немного поиграем, — прошептала она.
Девушка вернулась в фантазию Азария.
— О какой у тебя сладкий ротик, — шептал он, — давай сожми свои губки. Даже не знаю, как именно мне больше нравится с тобой. Но мы проверим все.
Амелия подняла на него глаза.
— А какая ваза с проклятьем гостиницы? — спросила она.
— Какое тебе теперь дело? — усмехнулся он, снова вставляя свой член ей в рот. — Я не дам тебе лезть в мои дела, как бы ты не была хороша в постели. Не отвлекайся. Ты теперь только для этого.
— Да, мой повелитель, — прошептала Амелия, лаская ствол его члена рукой, — но я очень хочу знать, напоследок. Насколько я бы угадала, если бы сказала, что это средняя ваза? Мне ведь теперь предстоит только ублажать тебя. Я же полностью в твоих руках, для удовольствий…
Он застонал от ее слов, снова вставляя член в рот.
— Еще раз отвлечешься, буду вести себя с тобой, как с плохой девочкой, поняла?
Она кивнула, не отпуская его орган изо рта.
— Вот так, соси его, будь умницей, — он стал сильно входить в ее рот, удивляясь, насколько классно с ней все получается. — Мне жаль, но ты совсем не угадала. Это ваза, ближайшая к краю. Тебе уже ничего с этим не поделать, крошка.
Исида перестала наблюдать. Теперь она выбрала нужную вазу, прописала формулу разрыва связи и внесла изменения в магическую переменную. Ее внимание сосредоточилось на зайце и осьминоге. Первая игрушка застыла, с ее мордочки ушло зловещее выражение, мягкие лапки перестали колотить по стеклу. Вторая осталась активной. Осьминог шевелился и вел простой мысленный диалог с новой хозяйкой.
Исида остановила два других проклятья. Оставалось осторожно осмотреть дом. Девушка обнаружила хорошо защищенный тайник. Бороться с такой магией пришлось бы долго, но у нее был Азарий. Он сказал код и покорно приложил свою руку к дверце хранилища.
Девушка ахнула от восторга. Здесь лежало хорошее золото. Плохого, впрочем, тоже было в достатке. Она быстро разделила монеты и безделушки на две части, взяла себе целый мешочек обычных денег на расходы — это должно было помочь ей больше не использовать магию до самого Рошдевика. Еще забрала несколько цепочек и колечек поприличнее.
— Почему моя магия работает только на чистом золоте и драгоценных камнях? — вслух сказала она. — В последнее время мне не очень с ними везло. До момента с герцогом я успела разочароваться в современном ювелирном ремесле. Хотя в Муроне до сих пор старинный уклад. Лет на пятьдесят от остального мира отстают… Владеть бы магией огня, переплавляла бы золото сама, отделяла примеси, придавала форму, — вздохнула она, вспоминая как в свое время ей прекрасно работалось с Наренгу. Вот уж у кого не было проблем с магией огня и чистым золотом.
Она вспомнила Инжену и взяла мешок с деньгами, не подошедший для ее целей.
— Ненавижу быть блондинкой, — Исида продолжила говорить с собой. — Где это видано, чтобы маг платил клиенту за отлично проделанную работу? Кстати, о ней. Надо заканчивать. Дальше пусть разбирается магическая охрана.
