Роланд. По-вашему, без полиции мне не напасть на его след? Так значит, он поступает в цирк? В качестве клоуна или акробата? Что это за женщина с ним?
Бенэн. Здешняя массажистка.
Роланд. Скажите, это вы ему посоветовали выгнать меня?
Бенэн. О! Неужели вы меня считаете таким вероломным?
Роланд. Если он меня бросил, значит я ему мешала. Чем?
Бенэн. Не знаю. Мсье Ле Труадек такой сложный человек.
Роланд. Пожалуйста, не думайте, будто я им дорожу. Что меня бесит, так это то, что я упустила двадцать случаев сама первой его бросить. Теперь мне кажется невероятным, как это я могла целый год кормиться неопределенными намеками и неопределенными обещаниями.
Бенэн. Какими это намеками и обещаниями?
Роланд. О, некое завещание, которого, держу пари, он никогда и не начинал писать. И потом эта комедия, будто раньше, чем на мне жениться, он хочет дождаться командорской ленты. Потому что, по его словам, женитьба на мне многих к нему охладит.
Роланд. Скажите, пожалуйста, я и не подозревал, что вы так близко лелеяли мечту стать мадам Ив Ле Труадек. Я объяснял себе вашу привязанность скорее физическим увлечением.
Роланд. Физическим? Да вы с ума сошли.
Бенэн. Правда, я находил, что у вас странный вкус. По крайней мере, пока я не узнал о некоторых особенностях, делающих мсье Ле Труадека чем-то вроде сверхчеловека.
Роланд, подумав. Ах, так! Я понимаю, что вы хотите сказать. Я лично не придавала этому значения. Так это такая редкость?
Бенэн. Большая редкость и чрезвычайно знаменательная.
Роланд. Правда, в его годы он бы мог быть абсолютной развалиной. А он не абсолютная развалина.
Бенэн. Вы это признаете.
Роланд, помолчав. Вы занимались медициной?
Бенэн. Нет. А что?
Роланд. У меня есть одна мысль. Но на вас нельзя положиться.
Бенэн. Какое оскорбление! Скажите мне вашу мысль.
Роланд. Нет, нет, я вам ничего не скажу.
Бенэн. Если я вам поклянусь, что никому ничего не передам?
Роланд. Нет. Оставьте меня в покое.
Бенэн. Старый друг, как я, который только о том и думает, чем бы вам быть полезным?
Роланд. Нет, нет и нет. Или, если угодно, я вам скажу, что в цирке он дел не сделает и вы гораздо больше заработаете, показывая его голым в странствующем балагане лицам не моложе восемнадцати лет.
Она покидает сцену с видом внезапной решимости. Бенэн одно мгновение колеблется, потом кидается ей вслед.
ЗанавесДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ
Большая гостиная в доме баронессы Жантиль-Дюран.
Явление первоеЛе Труадек, Мируэт, баронесса, Женевьева, Бенэн, комитет Честных Людей.
Ле Труадек и Мируэт — налево, баронесса и Женевьева — направо, Бенэн и комитет в глубине.
Бенэн. Господа, когда вы будете готовы…
Трестальон. Мы готовы, мы готовы, мсье Бенэн.
Со времени второго действия комитет сделал явные успехи в смысле органического сцепления.
Мируэт, Ле Труадеку. Следите хорошенько.
Ле Труадек. Простите! У меня голова не на месте.
Комитет с большой беглостью, причем головы поворачиваются одна к другой.
Де ла Муфьер. Честные
Лепандер. Люди
Трестальон. Искали
Жослэн. Друг
Минаэрт-Дюплекотиф. Друга.
Все, с торжественной медленностью, глядя прямо перед собой. Наконец, они друг друга нации.
Баронесса. Меня это повергает в трепет. Вот, дочь моя, высокое в политике. Но что вы все время так горбитесь? Можно подумать, что вы хотите, чтобы вас считали в самом деле горбатой.
Мируэт. Я предлагаю использовать это для первого сообщения в прессе.
Бенэн. Рано еще. Они только-только начинают раскачиваться.
Баронесса, дочери. Что вы бормочете?
Женевьева. Что я не могу привыкнуть к этой мысли. Он слишком стар.
Баронесса. Женевьева, вы девушка, для которой существует только тело. Умейте обуздывать вашу ужасную чувственность.
Трестальон. Теперь нам надлежит выбрать.
Все, замогильным голосом. Председателя.
Мируэт. Ле Труадеку. Внимание. Начинается.
Бенэн, комитету. Недурно. Но еще полощутся крылья.
Ле Труадек, Мируэту. Я невольно дрожу от волнения. Софи говорит, что у нее был очень возбужденный вид. А вы знаете, эта женщина ни перед чем не остановится.
Мируэт, Ле Труалеку. Приосаньтесь, дорогой профессор, прошу вас.
Тут баронесса хлопает Женевьеву по спине, так что Ле Труадек и Женевьева выпрямляются одновременно.
Мируэт. Не следовало ли бы, господа, чтобы мсье Ив Ле Труадек сделал нам сначала краткую декларацию?
Комитет, разом. Разумеется!
Ле Труадек, Мируэту. Я позабыл все, что хотел сказать. Вам не кажется, что Роланд может вдруг войти в самый разгар моей речи?
Мируэт. Повторяю вам, что дверь надежно охраняется. Сам архиепископ парижский не мог бы сюда проникнуть.
Ле Труадек. Да, но его легче узнать.
Мируэт. Ну, начинайте.
Баронесса. Закройте глаза, Женевьева, и слушайте.
Мируэт, комитету. Мсье Ив Ле Труадек не собирался брать слова. Он просит извинить его, что на столь серьезную тему ему придется импровизировать. К тому же, вы знаете, он не из тех людей, которые отделываются словами. Это не адвокат, оглушающий нас грохотом речей. Это творец науки, делающий нам честь мыслить перед нами вслух.
Бенэн, комитету. Ответьте что-нибудь.
Все, нежно-замогильным голосом. Очень хорошо!
Бенэн, комитету. Вы не очень-то себя утрудили.
Баронесса, дочери. Я вам говорю, закройте глаза! Голос этого человека — музыка.
Ле Труадек, встав и часто обнаруживая беспокойство. Господа. Я не стану излагать вам сейчас во всех подробностях мою политическую систему. Но необходимо, чтобы по крайней мере дух моей доктрины предстал перед вами с полной отчетливостью. Простите лабораторному труженику, если он не облекает свою мысль осторожно взвешенными оборотами. Что делать, может быть, я и задену почтенные убеждения или обману иные надежды. Вот моя формула она без прикрас: чисто позитивная политика; все утверждения против всех отрицаний. Все утверждения я вношу в свою программу: это свобода, справедливость, порядок, терпимость. Все отрицания: несвободу, несправедливость, беспорядок, нетерпимость я отметаю. Они находят убежище у врага, и я призываю Честных Людей встать, как один, чтобы ринуться на их истребление. Пусть Честные Люди мне ответят.
Бенэн, комитету. Ну! Чего же вы ждете?
Комитет встает.
Все. Мы встаем, как один человек.
Мируэт. Кого вы намечаете, господа, в председатели партии?
Комитет, разом, мрачным голосом. Ле Труадека.
Баронесса. Браво, господа, браво, профессор! (Дочери). Кричите браво, дочь моя!
Женевьева. Почему вы хотите, чтобы я кричала? Мне это решительно все равно.
Бенэн, комитету. А теперь найдите способ убраться. И изобразите приличный выход.
Комитет, исполняя выходное движение, разом. Засим.
Де ла Муфьер. Мы
Лепандер. Немедленно
Трестальон. Преобразуемся
Жослэн. В редакционную
Минаэрт. Подкомиссию
Трестальон, оборачиваясь к баронессе и кланяясь. И с вашего разрешения, баронесса,
Минаэрт. Мы
Жослэн. Переходим
Трестальон. В маленькую гостиную,
Лепандер. Чтобы составить
Де ла Муфьер. Сообщение для прессы.
Бенэн выходит за ними.
Баронесса. Славные люди! Славные люди!
Явление второеТе же, кроме Бенэна и комитета.
