Ту культуру создавала не совсем эта цивилизация, то были Хараппы. Потом пришли со стороны Ирана Арии. Привнесли своё. Что-то изменили. Что-то запретили. Перемешали и перемешались. Если захотят, то еще как могут, количество детей здесь не показатель, но девушки, имевшие опыт с индийскими мужиками, говорят, что теории практикой подтверждаются, хотя все это вопросы индивидуальные. Ведь правильно говорят, что русскому – хорошо, то немке – «дас ист фантастишн…», поэтому некоторая излишняя озабоченность индийских мужчин, кем-то воспринимается, как приставучесть, а кем-то – как сексуальность. Это уже «хум из как», используя терминологию М. С. Горбачева. Но, наверное, размеренный образ жизни, абсолютное неумение куда-либо торопиться, более здоровое из-за простоты и еще не пришедших сюда в полной мере технологий производства корма для людей, питание, экология, уважительное отношение к учениям предков, включая те же Веды, в том числе, и Аюр, употребление более щадящих наркотиков вполне могут отличать индийцев от европейских мужиков.
Однако если говорить о Гоа, то здесь «…секса нет…». И ехать сюда надо с «самоварами». В отличие от юго-восточной Азии, где развит секс-туризм, здесь лучше не приставать к девушкам на улице – не поймут. Более того, если вы читали книгу «Гоанский синдром» и помните сцены, когда девушка инду забеременела от иностранца и радостно сообщила это подруге, а та за неё порадовалась, не верьте. Ребёнка, рождённого вне брака не от мужа, в Индии за человека считать не будут. Его даже в школу не возьмут учиться. По словам индийцев, женщина не может родить, как «сука». У ребёнка должен быть отец. И это НЕ ДИКОСТЬ, это такие ПОНЯТИЯ. А врач в роддоме даёт подписку о неразглашении пола ребёнка до рождения. И в случае нарушения может загреметь на пять лет за решётку. От девочек с разрешением абортов стали избавляться – очень дорого потом выдавать их замуж. Приданное большое надо готовить. Когда-то в прошлом веке в южной части Гоа власти хотели оставить «секс-резервацию», старожилы помнят знаменитый Байна-бич, в котором можно было найти платную любовь. Представлял он из себя построенный из бамбука и пальмовых листьев подобие «чайна тауна», где стена разделяла не только комнаты в хижинах, но и сами шалаши друг от друга. При отсутствии в Гоа криминала туристы приезжали сюда с опаской, но уезжали по большей части удовлетворённые. Здесь можно было найти девчонок не только со всей Индии, но и иностранок, по большей части, таек, филиппинок. Цены тоже были вполне азиатские – двадцать-тридцать долларов за ночь. Потом очередные выборы внесли коррективу в нравственное самочувствие жителей штата, в «бугры» подался истинный католик, одним из лозунгов которого был: «Уничтожим гнездо разврата…». Кандидат победил, а Байна-бич остался, как одна из достопримечательностей турбизнеса и подмога местному мужскому населению в решении насущно-половых проблем. Это спровоцировало рост народного недовольства, особенно со стороны женской части истинных католиков. У нас в маршах домохозяек присутствовала тема «пустых кастрюль», у них… В общем, по простому дали несколько часов на сборы, потом привезли бульдозеры, и получился обычный пляж, правда, теперь абсолютно не посещаемый из-за близости к порту и нефтеналивным терминалам. Кстати, одним из главных на западном побережье, именно сюда не доехали террористы, взорвавшие поезда в Бомбее. Борьба с терроризмом в Индии – тема для специалистов. Человеку непосвященному понять, почему здесь не взрывается все и всегда, невозможно. Индийцы с их любовью к миграциям перемещаются по стране, не имея паспортов, то же касается и непальцев, подавшихся в Индию. В лучшем случае, они имеют отксеренные права, у кого есть. Попасть же в Непал из Пакистана – не проблема. А из Непала в Индию любой террорист, сбрив бороду, легко на поезде перемещается по всему Индостану. Причем, при покупке билета, как объяснял один местный, надо назвать свою фамилию. Этого достаточно. На вопрос, если другой человек воспользуется твоей фамилией, он снисходительно улыбнулся – ведь могут еще и адрес спросить. А то, что чужие фамилии и адрес может знать потенциальный террорист, вызвало у него не только недоумение, но и смех. Возможно, не следовало придавать огласке подобное «ноухау», чтобы сей опус не являлся руководством к действию для исламских террористов, но есть уверенность, что они не прочтут его. И что-то мешает им самим додуматься до этого. Однако теракты бывают, но не столь часто, как в Европе со всеми её спецслужбами и спецухищрениями.
При всей любви к Индии с её историей и культурой, значительно превосходящей по времени и мудрости европейскую, количество придурков, дебилов, уродов всех мастей и жертв кровосмешения здесь больше, чем в любой «цивилизованной» стране. Может быть, подонков не столько, но их возникновению мешает детское, наивное восприятие окружающей действительности, помноженное на религиозность и боязнь испортить себе Карму, последнее касается, естественно, индуистов. Так ведь их более, чем миллиард, и в пропорции получится совсем другая картина. К тому же, официально отменённая кастовая структура индийского общества, тысячелетиями служившая основой государственности, не может быть аннулирована одним парламентским указом. Эта система, впоследствии перенятая армиями да и обществами всего мира, наглядно продемонстрировала свою жизнестойкость. Она проста до гениальности и четко иллюстрирует военную или даже уголовную иерархию. Есть высшие касты – генералитет, паханы, воры в законе. А есть «антачи» – неприкасаемые, они жениться могли только внутри своей касты и выполняли самые грязные и нечеловеческие работы. Если в аварийной ситуации есть выбор, кого сбивать – неприкасаемого или корову, идущую посреди дороги – у истинного индуса даже не возникнет сомнений, корова-то – святая, а этот – грязь под ногами. Поэтому представители именно этих каст стараются покреститься в кого угодно, тем самым обмануть свою Карму и вкусить плодов демократии. И получается, как в анекдоте про бомжа, похожего на Карла Маркса, когда ему сказали сбрить бороду, чтобы отличаться от классика – «…а ум-то куда деть…?».
Вот так и формируется католическая паства Индии. Но, как ни странно, кастовой системе не подчиняются сикхи. Единственные на Индостане настоящие воины. Если не считать мусульман. Сикхи – это, если по-простому, индийские казаки. Они носят тюрбаны, под которыми прячутся собранные в пучок волосы. Как с черепа, так и с бороды. Правоверный сикх не имеет права стричь волосы, пока на свете жив хотя бы один мусульманин. Десяток лет назад, начиная с четырнадцатилетнего возраста, они не могли появиться в обществе без холодного оружия. Это были сабли, у подростков укороченный вариант – керпаны. Касалось это правило и женщин. В семидесятые я видел бабушку лет за сто, которую вели под руки. А по земле волочился огромный палаш, свисающий с пояса. Сикхам даже запрещено курить гашиш, ведь это дурь пацифическая. Какой же ты воин, если укурился и всех любишь? Ты же убить никого не сможешь. Зато алкоголь им даже прописан. И нередко в прошлые годы надравшиеся по случаю праздников (а в Индии их штук триста в году) горячие парни в тюрбанах применяли свой атрибут костюма по прямому назначению. Сейчас нравы изменились, правительство запретило поножовщину и ношение оружия. Да и волосы подравнивают втихоря, хрен с ними, муслимами, пусть живут. Так вот у сикхов нет каст, у них, как и у казаков, есть сотни и их командиры – сотники. Атаманы, командиры сотников, и так далее. Конечно, сейчас всё это условно. А выглядит не так театрально, как на Кубани, без пластмассовых крестов и погонов из Военторга.
Жить в Индии, хотя бы и очень долго, и иметь здесь бизнес – это две большие разницы, как говорят в Одессе. Поимев деловые отношения с местными индивидами, вы оцените население этой страны совершенно по-другому. Речь, разумеется, идет не об элите. А о так называемом простом народе, который нанимается в качестве официантов, уборщиков, поваров. Наивность местного населения прослеживается во всем. Если вы взяли себе работника независимо от вероисповедания, будьте готовы к тому, что у него будут болеть дети, матери (чаще всего), на лечение которых нужно время и деньги. А так же могут начать умирать дяди и тёти, причем, по нескольку раз в год. На вопрос, сколько же их у него и когда их падеж закончится, они, потупив глаза и понимая, что их расшифровали, могут извиниться и сказать, что, ну вот так получилось, больше не повторится. Индийцы вообще живут одним днем, в их менталитете нет озабоченности днем завтрашним, не без исключений, конечно, в лице всемирно известных миллиардеров. Сорвать «бабки» сейчас, не задумываясь о том, что ты испортил себе карьеру. Что в следующий раз сей работодатель тебе просто не даст работу, и в будущем сезоне ты останешься без средств – обычное явление. Ведь сейчас-то ты при деньгах. У русских, правда, тоже есть принцип: «синица в руках…», в этом мы похожи. Но здесь это явление куда более утрированное.
