Читаем без скачивания Стюарт Литл (с иллюстрациями) - Элвин Уайт

Наконец настало пять часов. Стюарт услышал шаги. Это была Генриетта. Стюарт поспешно бросился на землю, сел, прислонился к пню и постарался принять непринужденную позу, будто приглашать на свидание девушек для него привычное дело. Он подождал, пока Генриетта не подошла совсем близко, и тогда поднялся.

— А, привет, — произнес он, стараясь, чтобы голос у него не дрожал.

— Вы мистер Литл? — спросила Генриетта.

— Да, я, — ответил Стюарт, — очень мило, что вы пришли.

— Большое спасибо за приглашение, — ответила Генриетта.

На ней был белый свитер, твидовая юбка, белые шерстяные носочки и теннисные туфли, на голове цветной платок. В руке, как заметил Стюарт, она держала коробочку с мятными лепешками.

— Пустяки, мне это одно удовольствие. Жаль только, что неважная погода. По-моему, парит к дождю, как вам кажется?

Генриетта поглядела на небо и кивнула.

— Что делать, — заметила она, — пойдет так пойдет.

— Совершенно справедливо, — подтвердил Стюарт, — пойдет так пойдет. Мое каноэ привязано чуть выше по берегу. Разрешите помочь вам, тропа здесь не очень ровная.

Стюарт был учтив от природы. Но Генриетта отказалась от помощи, она была девочка ловкая и совсем не собиралась спотыкаться или падать. Стюарт шел впереди, она за ним. Дойдя до того места, где он спрятал каноэ, Стюарт заглянул под листья и вдруг с ужасом увидел, что лодка исчезла…

Сердце у него упало, он чуть не заплакал.

— Каноэ нет, — простонал он.

Он бешено забегал вдоль берега взад-вперед, заглядывая за каждый камешек и под каждую травинку. Генриетта помогала ему, и вскоре они разыскали каноэ — но в каком изуродованном виде! Видно, кто-то играл с ним. К носу была привязана длинная толстая веревка. Балласта как не бывало, подушки тоже, спинка сломалась, из швов вывалилась смола. Вся лодка была заляпана грязью, одно из весел погнуто и перекручено. Рухлядь, и только! Именно так и должно выглядеть всякое берестяное каноэ после того, как с ним поиграют большие мальчишки.

Стюарт пришел в отчаяние. Он совершенно растерялся. Опустившись на ветку, он закрыл лицо руками и повторял:

— Вот так история! Ну и история!

— А что случилось? — спросила Генриетта.

— Мисс Эймс, — дрожащим голосом произнес Стюарт, — уверяю вас, у меня все было так замечательно устроено — просто замечательно! А теперь…

Генриетта полагала, что каноэ надо быстро подремонтировать и все-таки покататься. Но Стюарт отверг ее предложение.

— Бессмысленно, — с горечью заявил он, — все равно получилось бы не то.

— А что значит «то»?

— То, как я представлял себе это вчера. Боюсь, что женщине таких тонкостей не понять. Вы только взгляните на веревку! Узел так крепко завязан, что мне в жизни его не развязать.

— Ну и что? — удивилась Генриетта. — Пускай волочится за нами по воде.

Стюарт в отчаянии уставился на нее.

— Да где вы видели, чтобы индейское каноэ плыло по тихой безлюдной реке и за кормой волочилась длинная веревка?! — вскричал он.

— Можно притвориться, будто мы ловим рыбу, — предложила Генриетта, она никак не могла взять в толк, зачем так нервничать из-за лодки.

— Я не хочу притворяться, будто я ловлю рыбу! — воскликнул в отчаянии Стюарт. — Вы на грязь посмотрите! На грязь!

Он чуть не завизжал. Генриетта присела на ветку рядом с ним и протянула ему мятную лепешку. Но он затряс годовой.

— Ну ладно, — сказала она, — дождь уже начинается. Пожалуй, я побегу домой, раз вы не хотите меня покатать. Не понимаю, почему надо сидеть тут и киснуть. Пойдемте ко мне, а после обеда мы бы сходили потанцевать в местный клуб. Может, у вас исправилось бы настроение. Хотите?

— Нет, благодарю вас, — ответил Стюарт. — Танцевать я не умею. К тому же мне завтра надо рано выехать. Возможно, даже на рассвете.

— И вы собираетесь спать под открытым небом, под дождем?

— Само собой разумеется, — ответил Стюарт. — Но я укроюсь под каноэ.

Генриетта пожала плечиками:

— Что ж, прощайте, мистер Литл.

— Прощайте, мисс Эймс, — отозвался Стюарт — Жаль, что наша вечерняя прогулка закончилась так неудачно.

— Мне тоже жаль, — сказала Генриетта.

И она ушла, ступая по мокрой траве, в сторону Треси-лейн, оставив Стюарта наедине с разбитым каноэ и разбитыми мечтами.

Глава XV. На север

Ночь Стюарт проспал под каноэ. Проснувшись в четыре утра, он увидел, что дождь прекратился. День обещал быть ясным. Уже проснулись птицы, и в ветвях над головой раздавались их звонкие голоса. Стюарт никогда не пропускал ни одной птицы, не посмотрев — а вдруг это Маргало?

На краю города он остановился у заправочной станции.

— Пять, пожалуйста, — попросил Стюарт служащего.

Тот в недоумении уставился на крошечный автомобиль.

— Чего пять? — спросил он.

— Пять капель бензина, — ответил Стюарт.

Но служащий покачал головой и объявил, что не может продавать такую малость бензина.

— Почему? — возмутился Стюарт. — Вам нужны деньги, а мне нужен бензин. Почему бы нам не прийти к соглашению?

Заправщик ушел внутрь здания и вернулся с пипеткой. Стюарт отвинтил колпачок бака, и служащий капнул туда пять капель бензина.

— Сколько работал, а таким делом никогда еще не занимался, — проворчал он.

— Проверьте заодно и масло, — напомнил Стюарт.

Когда все было проверено и деньги заплачены, Стюарт завел мотор и выехал на шоссе. Небо светлело, вдоль реки висели полосы утреннего тумана. Городок еще спал. Машина с ровным урчанием катила вперед. Стюарт чувствовал себя отдохнувшим и радовался, что он снова в дороге.

Через километр шоссе разветвлялось. Одна дорога вела на запад, другая по-прежнему шла на север. Стюарт остановился на обочине северной дороги и вышел оглядеться и поразмыслить. К своему удивлению, он увидел на краю канавы какого-то человека. Тот сидел, прислонясь к указательному столбу. На ноги у него были надеты когти, на животе — тяжелый кожаный пояс. Стюарт догадался, что это монтер, чинящий телефонную линию.

— Доброе утро, — дружески окликнул его Стюарт.

Монтер откозырял. Стюарт уселся рядом с ним на край канавы и глубоко вдохнул свежий душистый воздух.

— Денек будет хороший, — заметил он.

— Как же, денек славный, — согласился тот. — Одно удовольствие лазать на столбы.

— Желаю вам чистого неба и крепкой хватки, — сказал Стюарт. — Кстати, вам там наверху встречаются птицы?

— Еще бы, в больших количествах.

— Если вам когда-нибудь встретится птица по имени Маргало, будьте так добры, дайте мне знать, буду вам очень признателен. Вот моя карточка.

— Опишите-ка птицу. — Монтер достал блокнот и карандаш.

— Коричневая, — начал Стюарт, — коричневая с желтой грудкой.

— Из каких она мест, не знаете?

Монтер кратко записал: «Луга. Пшеница. Таволга. Любит свистеть». Он убрал блокнот в карман и спрятал карточку Стюарта в бумажник.

— Буду смотреть во все глаза, — пообещал он. Стюарт поблагодарил его. Они немного посидели молча. Потом мастер прервал молчание:

— В каком направлении держите путь?

— На север.

— На севере славно, — подхватил монтер. — Я всегда с удовольствием еду на север. Правда, юго-запад тоже отличная сторона.

— Да, пожалуй, вы правы, — задумчиво проговорил Стюарт.

— А еще взять восток, — продолжал мастер. — У меня однажды было занятное приключение на дороге в восточном направлении. Хотите расскажу?

— Нет, спасибо, — ответил Стюарт.

Мастер немножко огорчился, но не замолчал.

— Есть что-то такое в северном направлении, — продолжал он, — чего не найдешь в других. Тот, кто держит путь на север, выбрал правильно, вот мое мнение.

— И мое тоже, — подтвердил Стюарт. — Только мне кажется, что теперь я так и буду до конца дней моих ехать на север.

— Это еще что, случаются вещи и похуже, — утешил его монтер.

— Да, бывает, — поддержал его Стюарт.

— Чинил я тут оборванную телефонную линию, которая идет на север, — продолжал монтер, — такие чудесные места встречал. Болота, где растут кедры и на колодах сидят черепахи, будто ждут чего-то; поля, обнесенные кривыми изгородями, которые покосились просто оттого, что устали стоять неподвижно; фруктовые сады, до того старые, что они уже позабыли, где стоял дом фермера. По дороге на север я съедал завтрак на пастбищах, заросших папоротником и можжевельником, под ясным небом на свежем ветру. Работа заводила меня в густые еловые леса зимней ночью, где лежал глубокий мягкий снег, — самое подходящее место для кроличьего хоровода. Отдыхал я на товарных платформах на узловых станциях, благодать — теплые деньки, теплые запахи. Знакомы мне пресные озера на севере, где нет никого, кроме рыбы и ястребов да еще, само собой, телефонной компании — куда она только ни забирается. Да, я хорошо изучил эти места. До них отсюда ух как далеко, помните это. А когда вдобавок ищешь кого-нибудь, то, понятно, передвигаешься не очень быстро.