Разумеется, дни славы B-36 постепенно уходили. В 1951-м на полигон прибыл первый из новых реактивных перехватчиков, спроектированных с учётом опыта «Красного Солнца». F-94 был поспешной модификацией учебно-тренировочной спарки F-8 °C. С форсажной камерой он мог подняться на эшелон B-36, удержаться там и вести бой. Не очень хорошо, ему не хватало огневой мощи для этого, но по крайней мере он мог попробовать. Затем, в 1952-м, появился F-89[33]. Вялый, с пугающей статистикой аварий, зато отлично вооружённый. Они уже вполне могли дополнить один другого. Эти истребители уже можно было назвать первыми детьми «Красного Солнца», пусть пока что слабыми и болезненными. По итогам учений 1952 года появилось заключение: «После пяти лет тяжёлой работы, внедрений технических новинок и непрерывных усилий наша ПВО наконец-то отошла от грани полной бесполезности». И уже 1953-й принёс настоящие изменения. На Неллисе появились два новых самолёта, F-94C[34] и одноместный F-86D[35]. Оба свободно маневрировали на рабочих высотах B-36, а их ракетное вооружение могло нанести определённый ущерб. И пускай разведчики RB-36 оставались недосягаемыми, гружёным бомбардировщикам пришлось бы потрудиться, чтобы уцелеть.
В уравнение добавились и ракеты «Аякс». До сих пор наземные зенитные орудия были неэффективны против целей, летящих на высоте более двенадцати километров. «Аякс» доставал до девятнадцати-двадцати, то есть до эшелона RB-36. Сочетая «пуски» ракет с атаками F-94C и F-86D, впервые удалось нанести значительный «урон» атаке бомбардировщиков. Однако в 1954-м появился B-60, полностью реактивная версия B-36, и все достигнутые успехи сошли на нет. Всего лишь на сто пятьдесят километров в час быстрее, и метров на шестьсот высотнее, B-60 отыграл позиции, потерянные предком. Ещё через год на сцену вышел B-52. С максимальной скоростью почти в тысячу сто километров в час он значительно обходил даже B-60. Однако в том же 55-м появился первый серийный истребитель, вооружённый управляемыми ракетами GAR-1.
Пять лет подряд B-60 и B-52 с одной стороны и F-101[36], F-102[37] и F-104[38] с другой боролись в небесах над Невадой. РЭБ мерялись силами против ракет и радаров. Времена, когда техническое преимущество оставалось за бомбардировщиками, прошли, но и истребителей теперь его не было. Всё упиралось в тактику, технологии и умение. То есть в те вещими, ради которых и создали «Красное Солнце».
Мартин усмехнулся. В этом году «Конвэр» впервые выдал два новых образца. Как всегда, лучшее первым делом направили на учения. САК прислали RB-58C, а NORAD — F-106A. 498-я эскадрилья перехватчиков, базирующаяся в Гайгере, встретится лицом к лицу с 305-й стратегической разведгруппой, только что получившей новую технику. Это было интересно. И кто знает, глядишь, он уговорит одного из пилотом RB-58C прокатить его. В «Красном Солнце» всё возможно.
Новая Швабия, Вальтерсбург, баронский зал
Фельдмаршал Вальтер Модель[39], когда-то известный как «Пожарный Гитлера», а ныне барон Новой Швабии, внимательно прислушался. То ли воображение играет с ним, то ли это далёкая гроза, но совершенно точно не артиллерия. Здесь, в Вальтерсбурге, городе, прежде называемом Сталинград, граница Новой Швабии пролегала достаточно близко. Грохот орудий он точно услышит. Было в некоторой степени недальновидно располагать дом в настолько уязвимом месте, но иного выбора не имелось. Вальтерсбург — крупный промышленный центр его государства. Астрахань дала ему нефть, Ростов выход к морю, но без индустриальной базы всё это не имело смысла.
Ему и так повезло больше остальных. Из всех небольших государств, возникших на оккупированной территории России после того, как американцы уничтожили Германию, его оказалось самым сильным. С ним остались лучшие войска, лучшие части группы армий «Юг» с танковым усилением и пехотой, и даже подразделения СС. Ему хватило авиации, чтобы сформировать достаточные ВВС, а занятая им земля вполне всё это обеспечивала.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Все прочие немецкие сатрапии одна за другой были ликвидированы русскими, только Новая Швабия осталась напоследок. Она даже немного увеличилась, поглотив часть их территорий и приняв беженцев. Повезло Моделю и с географией. Левый фланг прикрывало Чёрное море, правый — Каспийское, а нейтральная Турция загораживала путь с юга. Только северный фас оставался открытым, но и его на половину протяжённости прикрывала Волга. Когда русские ударят, а это лишь вопрос времени, фронт протянется от Вальтерсбурга до Донецка. Поэтому он сосредоточил свои силы на том направлении и его армия зарывалась в землю все последние двенадцать лет.
На удивление, строить укрепления его части умели резво. Первый кризис наступил, когда до них дошли известия об американском налёте с использованием адских зажигалок. Войска пали духом. Многие солдаты требовали увольнения, чтобы попасть домой и проверить, как там их семьи. Из тех, кто сумел уехать, вернулась примерно половина. Их рассказы пугали. Ничего. Никаких семей, вообще ничего не осталось Американцы разрушили всю страну. Такова новая действительность. И Новая Швабия — единственный осколок Германии в целом мире. Немецкие солдаты взяли себе русских жён (взяли в прямом смысле, согласия никто не искал и не хотел), и начали новую жизнь. Новая Швабия стала отличным современным феодальным владением. Русские сервы, солдаты Вермахта как вольные землевладельцы, аристократия СС и над ними всеми барон Вальтер Модель.
Именно тогда он столкнулся со вторым кризисом. Техника. Немецкие танки, самолёты и вооружение износились, заменить их было очень мало шансов. Не говоря уже о разработке новых образцов взамен устаревших. Затем случилось чудо. Чудо приобрело облик японского полковника и иранского священника. Полковник Масанобу Цудзи и аятолла Рухолла Хомейни[40]. Переговоры были долгими и трудными, но в конце, они заключили трехстороннее соглашение.
Исламские государства закупали у Китапонии современное вооружение, рассчитываясь за него нефтью. Потом продавали его Новой Швабии в обмен на образцовое обучение своих солдат. Они два года проводили в немецкой форме, приобретая навыки, необходимые в современном бою. Модель усмехнулся. Навыки-то они приобретут, это верно, но немцами они не были и никогда не станут. Всего лишь неплохими солдатами.
Та встреча прошла нелегко. Японцы, как достаточно разумные люди, имели собственные задачи, и действовали исходя из них. Модель это видел и переговоры вёл соответственно. С Хомейни было намного тяжелее из-за его иррациональности. Но точки соприкосновения всё равно нашлись. Оба ненавидели Америку: аятолла за само её существование, а фельдмаршал за то, что она сделала. Они разделяли и другую ненависть, ту, которая скрепила их союз. Модель просто показал ему кинохроники айнзацгрупп, зачищавших Новую Швабию от евреев. В итоге у его армии появилась бронетехника, авиация и прочее оснащение. Когда придут иваны, он сможет с ними потягаться. И кто знает, на ограниченном фронте, с подвижными силами вполне можно победить. Шансы выше, чем когда бы то ни было во время войны. И намного выше, чем при ядерной бомбардировке.
ГЛАВА ЧЕТЫРЕ. ПЕРВЫЕ ВЫИГРЫШИ
Тайско-Бирманская границу, Бан Ром Пхуок
Длинная пыльная дорога, ведущая в Бан Ром Пхуок, была давно знакомой. Как и десяток других дорог, ведущих к десятку других деревень в провинции. Но похоже, скоро она изменится. По необъяснимым причинам тайское правительство упорно прокладывало повсюду асфальтированные шоссе. Как передало командование, именно это озадачивает Генштаб. Асфальт накапливает тепло, по нему неудобно идти под солнцем. Конечно, исчезнет латеритовая пыль, но кажется, даже избавление от неё — невеликая выгода при таких усилиях и затратах. Впрочем, прямо здесь и сейчас это было неважно. Сегодня они шли по привычной, красно-пыльной грунтовке.
