Кивнула, соглашаясь, и скрылась за дверью. Как только осталась в одиночестве, сползла по стеночке на пол и разрыдалась. Липким чёрным дёгтем накрыли воспоминания. Глаза, цвета летней зелени с солнечными лучиками, которые так вероломно предали. Растоптали, унизили.
— Девонька! — раздался стук в дверь и голос Велеса. — Я зайду?
— Угу.
Как я могла отказать самому Богу?
Он открыл дверь, присел рядом и погладил по голове.
— Всё образуется.
— За что он со мной так? Мне жить не хочется! Я ведь думала, что любит… грезила семьёй, детьми, а он…
— Оказался гнилым, — закончил за меня Велес, пригортая огромной ручищей, словно отец, которого у меня никогда не было, он утешал меня.
— Я, дура, не замечала… наивная, слепая идиотка! Зачем вы меня спасли? Мне так больно, — всхлипывала, сотрясаясь всем телом.
— У тебя есть ради кого жить. Да и миссия особая имеется. Я же сказал, что рано тебе к предкам отправляться.
— Ради чего? Какая миссия? — размазала слёзы по лицу.
— Ради доченьки своей, — улыбнулся Велес, глядя с теплотой на меня.
Замерла, переваривая его слова. До меня не сразу дошло, а когда поняла, разрыдалась пуще прежнего.
— Ну-ну. Детки — это хорошо. Ты же хотела дочечку. Маленькую, потешную.
— От любимого мужчины, — прошептала надтреснутым голосом.
— И получила желаемое.
— Всё не так! Я не этого хотела!
— Знаю, — Велес тяжело вздохнул и поднял меня с пола. — Но вышло именно так. Ты ведь не будешь перекладывать вину отца на ребёночка?
Молчу, не зная, что сказать.
Велес ведёт меня на кухню, буквально насильно поит чаем с вареньем и кормит чем-то. Я машинально жую, не чувствуя вкуса еды и не понимая, что находится в тарелке. Потом также, словно зомби иду в спальню, переодеваюсь в невесть откуда взявшееся хлопковое платье и падаю на кровать.
Ничего не хочется. На Федьку не реагирую, а Велес, видя моё состояние, лишний раз не трогает. Приносит поесть и попить, а потом оставляет в одиночестве.
Иногда встаю по нужде, выполняю всё на автомате и снова ложусь в кровать, отгораживаясь от мира. В голове пустота, периодически сменяющаяся яркими картинками с участием Сергея. Поцелуи, ласки, улыбка, а потом бездна безразличия и холодная ухмылка. Его отвратительное поведение накануне. И снова пустота…
Уже путаю день с ночью. Постоянно хочется спать, невзирая на то, что и так не вылезаю из постели. Ведьмовская сила замерла внутри. Совершенно её не чувствую.
В очередной раз, вынырнув из тревожного сна, слышу приглушённые голоса.
— Дело совсем плохо. Видишь же, что никак в себя не придёт. Навь с ума сошла, разбуженная её горем. Прорывы по всей округе. А тебе совершенно ведь не надо, чтобы кто-нибудь из своих узнал, что Веля здесь. А ведьмаки наверняка приедут разбираться, в чём дело, — вещал Фёдор.
— Знаю я. Решаю этот вопрос, — бубнит в ответ Велес, а я снова проваливаюсь в сон. Даже анализировать услышанное сил нет.
Просыпаюсь от чьего-то ласкового прикосновения. Не тороплюсь открывать глаза, чувствуя, как меня нежно гладят по голове и плечам.
— Эх, Велька… — слышу родной голос.
Поворачиваюсь и встречаюсь взглядом с Яриком. В его глазах грусть и нежность. Совершенно не понимаю, как он здесь оказался. Да это и неважно сейчас. Кидаюсь к нему на шею и начинаю рыдать. Из меня рвётся вся боль, что сидит острым отравленным шипом в сердце. Ведь эти дни даже плакать сил не было. А сейчас будто плотину прорвало.
Ярик молчит. Прижимает меня к себе, гладя по спине. Он такой тёплый, родной, надёжный.
— Как ты здесь оказался? — хриплю, проплакав не меньше получаса на его груди. Всхлипываю надсадно, продолжая жаться к нему.
— Велес привёл. Я ведь неподалёку был. Орден отправил на разведку. Навь всколыхнулась. За тебя решила отомстить?
— Наверное… — шепчу еле слышно. — Но я никого не призывала. Даже магии в себе не чувствую.
Яр качает головой.
— Меня Велес привёл сюда. Я как раз в соседней деревне обосновался.
— Решил по стопам отца пойти?
— Пока не знаю. Раньше Лада была его преемницей, а сейчас… у неё другие заботы. Из сильных ведьмаков я и отец по славянской специализации сейчас на службе. Бате не до того — ему Орденом руководить надо. Вот и пришлось мне ехать. Так что стряслось? — берёт моё лицо в ладони и заглядывает в глаза.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Не могу выдавить и слова. Грудную клетку разрывает. Как рассказать Ярику о своей наивности, о предательстве мужчины, которого любила всем сердцем и о положении, в котором оказалась? Ведь даже не знаю, зачем Велес решил меня у себя оставить.
******
Анчуткой славяне называли маленьких духов природы, имеющих злой и вредный характер. Ростом это существо достигает всего нескольких сантиметров. Тело Анчутки покрыто черной шерстью, а голова совершенно лысая. Типичным признаком духа является отсутствие пяток на ногах. Отсюда и второе его название — Беспятый.
Выделяют три основных типа духов в зависимости от места их проживания.
1. Полевые. Считаются самыми мирными существами, на людей внимания не обращают, если те не вызывают их сами. Живут среди растений, от которых и получают свое название — пшеничники, гречишники.
2. Болотные. Вредные и злобные, к людям настроены агрессивно, могут утопить заблудшего человека в болоте.
3. Банные. Проказливые и недобрые духи, любят шутить с людьми. Иногда такие шутки могут привести к смерти.
Анчутки, как и многая другая нежить, способны мгновенно изменять свой облик. Могут превращаться в других духов, животных и даже людей. Еще существо обладает способностью становиться невидимым, перемещаться в пространстве. Все эти свойства делают его еще более опасным для человека.
Глава 15
Сергей
Веля появилась, словно видение. Не ожидал увидеть девушку в столь дорогом наряде. Она будто выплыла из сказки. Такая хрупкая, прозрачная, как снежинка. И этот её восторженный взгляд…
Иногда он меня начинал бесить. А ещё её безупречная правильность. Вся из себя идеальная. Не бывает такого! У всех есть недостатки! А зная это, понимал, что она просто хорошо играет. Решила богатенького заполучить.
Нет, это я предложил ей отношения, но она без раздумий на них согласилась. Ещё бы! Такая удача. Городской, богатый, весьма перспективный жених. Тем более, она как-то обмолвилась, что многие девушки из деревни хотят переехать. Я для неё — отличный шанс.
Льнёт ко мне весь вечер, с восхищением на салют смотрит. Бесит! Ну, ничего, я покажу ей, что роскошная жизнь — это не только балы. Нашлась тут Золушка, блин. Сказки ей захотелось. Нет, девочка, не бывает их. Это суровая реальность.
А утром она продолжает корчить из себя праведницу, защитницу несправедливо обиженных. Гадко так, что зубы сводит! Правильно парни говорят — «бабами надо пользоваться, иначе они используют тебя». Плавали, знаем.
— Мужикииии, — тяну, спускаясь из спальни. — Я распечатал эту конфетку. Сорян, что сразу не поделился, но хотелось немного самому понаслаждаться.
Парни понимающе хмыкают.
— Короче, милости прошу, — махаю им в направлении лестницы. Мужики тут же принимают приглашение. Давно на девчонку смотрят, пуская слюни. Мучает ли меня совесть, что так себя повёл? Наверное, нет. Будем считать, что сейчас она расплатится за возможность побывать в сказке.
Иду, беру очередной бокал и решаю вернуться. Веселье и без меня. Нет, так дело не пойдёт. Но тут вижу, как Велеслава несётся по лестнице. Заплаканная, с дикими глазами. На ходу поправляет платье и кидает на меня затравленный взгляд. В этот момент в груди что-то неприятно сжимается. Даже алкогольный дурман из головы частично выветривается.
Девушка вылетает на улицу и бежит прочь от дома. В одном лёгком платье, босая, а на улице сугробы почти по колено и трескучий мороз. Понимаю, что это перестаёт быть игрой. Она же погибнет! Из-за меня погибнет…
