имелся некий список лиц, входивших в подпольную антисоветскую организацию. 28 октября Варвара Николаевна подписывает ордер на обыск и арест Кожина. Одновременно удаётся установить, что организация в целях конспирации построена по принципу масонских братств – группами по 5 человек. У подпольной организации есть программа политической партии «Великая Единая Россия».
Началась оперативная работа по аресту выявленных заговорщиков по делу братства «ВЕР». В числе первых 31 октября был задержан бывший капитан лейб-гвардии Преображенского полка 24‐летний Дмитрий Дмитриевич Бутовский. При нём оказалось удостоверение с фотографией, подтверждавшее, что он является инспектором для поручений при начальнике охраны Финляндской, Приморской и Ириновской железных дорог Петроградского округа путей сообщения. В документе указывалось, что Бутовский имеет право проживания и свободного передвижения в пределах вышеназванных дорог. При этом все совдепы, революционные власти должны были оказывать ему всяческое содействие при исполнении своих служебных обязанностей. Что и говорить, солидный документ.
Здесь надо ещё учитывать сложившуюся в те годы специфику охраны железных дорог. Во второй половине июля 1918 года был издан Декрет СНК «Об учреждении управления по охране путей сообщения при Народном комиссариате путей сообщения», согласно которому было создано Управление охраны, которому подчинялось 70 тысяч охранников железных дорог. При этом особо указывалось, что в состав охраны допускать лишь по рекомендациям рабочих, профессиональных и крестьянских организаций. Каким образом бывший офицер царской гвардии смог поступить на службу в охрану, чекистам ещё предстояло узнать.
А 7 августа того же года постановлением СНК в ВЧК был сформирован железнодорожный отдел, позже переименованный в транспортный отдел. Такие же отделы создавались в губернских и уездных ЧК. Зоны ответственности чекистов на железной дороге были ограничены полосой отчуждения. Все чины железнодорожной охраны должны были оказывать всяческое содействие агентам ЧК и выполнять их поручения. При этом агенты транспортного отдела ЧК контролировали действия охраны и взаимодействовали с ними. Выходит, что заговорщики, включая Бутовского, были рядом с чекистами на Финляндской и примыкающих к ней железных дорогах. Как отмечает известный историк П.Н. Базанов в своей книге «Братство Русской Правды – самая загадочная организация Русского Зарубежья», многие из «членов «ББК-ВЕР» были морскими офицерами и служили в охране Финляндской железной дороги»[44].
Беглец с паспортом германского подданного
Клубок событий продолжал разматываться. Как известно, любая случайность является частным случаем какой-то не до конца изученной закономерности. Известно, что 27 октября 1918 года ближе к полуночи с приграничной железнодорожной станции Торошино в адрес Яковлевой поступила телеграмма, в которой сообщалось, что 25 октября пограничным комиссаром был задержан по подозрению в шпионаже желавший выехать за границу германский подданный Иоганн Киттель. Все документы были правильно оформлены в германском посольстве в Москве и имелись необходимые выездная и въездная визы. Пассажир заявил, что является германским дипломатическим курьером, ввиду чего его багаж не подлежит досмотру. Однако пограничный комиссар обратил внимание на то, что в документах Киттеля не было указаний на его дипломатический статус курьера и его багаж не был должным образом опечатан, как того требовалось для дипломатического багажа. К тому же через станцию Торошино, по наблюдениям пограничного комиссара, германские дипломаты вообще не проезжали.
При досмотре багажа И. Киттеля были обнаружены 55 тысяч рублей наличных денег и портфель с бумагами. В связи с этим особый пограничный комиссар принял решение германского подданного Иоганна Киттеля и его багаж задержать и направить для разбирательства в Псковскую уездную ЧК. Как известно, с конца февраля 1918 года Псков в течение 9 месяцев был оккупирован германскими войсками. Здесь же располагались части белогвардейской Северной армии. Однако часть прифронтовой Псковской губернии оставалась в руках советской власти. Псковские губернские учреждения РСФСР были эвакуированы сначала на станцию Дно, а затем в город Великие Луки, где они находились до 2 декабря 1918 года, пытаясь организовать управление неоккупированной частью прифронтовой губернии.
При дальнейшем разбирательстве было установлено, что под именем германского подданного Иоганна Киттеля скрывается бывший старший лейтенант русского флота Сергей Антонович Бутвиловский. При нём обнаружено 60 тысяч денег и много документов, изобличающих его в шпионстве и причастности к белогвардейскому движению. В конце телеграммы сообщалось, что Киттель-Бутвиловский вместе с деньгами и документами отправляется в Москву в распоряжение ВЧК. Далее ситуация по неизвестной причине изменилась и арестованный был направлен в распоряжение Варвары Николаевны в ЧК СКСО. Возможно, сыграло роль то, что уже довольно опытная чекистка Яковлева сразу поняла, какая удача сама идёт в её руки, и сумела переубедить пограничного комиссара, чтобы арестованного препроводили в ЧК СКСО, что в общем-то выглядело бы вполне логично. Тем более что речь шла о белогвардейской организации в Петрограде.
В результате поступило сообщение № 2121 от 27 октября 1918 года о препровождении персоны И. Киттеля – С.А. Бутвиловского вместе с документами в распоряжение ЧК Союза коммун Северной области для личного обыска и производства дознания. При этом изъятый при аресте Бутвиловского пистолет системы «браунинг» с восемью патронами пограничный комиссар оставил у себя. Были подсчитаны и все наличные деньги, изъятые у арестованного. Их оказалось 61 853 рубля.
Так, на первый взгляд выглядели документы, переданные Яковлевой вместе с арестованным. Даже тот факт, что в переданных документах и материалах были указаны три разные суммы изъятых денег у задержанного – 55 000, 60 000 и 61 853 рубля. У находившегося под арестом подозреваемого деньги прибавлялись загадочным образом.
Да и сам факт передачи арестованного в ведение петроградских чекистов, по нашему мнению, произошёл по несколько иным причинам. Дело в том, что после германского наступления в нарушение всех договоренностей в Брест-Литовске частям Красной армии удалось остановить продвижение немецких оккупантов. Была установлена новая демаркационная линия между оккупированной германцами и советской территориями. В этих обстоятельствах было принято решение о создании широкой сети приграничных ЧК. В течение июля – августа 1918 года все губернские и уездные ЧК, находившиеся вблизи демаркационной линии, были реорганизованы в окружные, участковые и пунктовые пограничные ЧК (далее – ПЧК). Так, среди прочих на эстонско-латвийском участке временной границы появилась Торошинская ПЧК. В обязанности новых чекистских структур входили задачи «борьбы с контрреволюцией, спекуляцией, контрабандой и шпионажем в пограничной полосе»[45]. Кстати, изменилось и административное деление в этом регионе. Был образован Псковский край, в состав которого вошли оставшиеся под советским контролем уезды Псковской
