Читаем без скачивания Смерть говорит от моего имени - Джо Алекс

— Несомненно, — кивнул Паркер. — Идите, Галлинз, домой и отоспитесь. Может, мне и удастся не сообщать директору Дэвидсону о том, что вы дрыхли на работе, когда все это произошло. Но помните, в следующий раз у вас может быть куда больше неприятностей. Вам, отцу троих детей, побольше бы добросовестности.

— Благодарю вас, господин инспектор, — голос Галлинза предательски задрожал, — я же так страшно нервничал, что…

— Все в порядке. Ступайте…

— Покойной ночи, господа…

— Покойной ночи, покойной ночи… — Паркер дал знак дежурному, который выпустил трясущегося, но робко улыбающегося Галлинза.

— Что теперь? — спросил Джо. — Едем к Чарльзу Крессуэллу, жениху Энн Додд?

— И я так думаю. — Паркер выглянул в коридор и отдал какие-то распоряжения. Спустя несколько минут они уже сидели в машине, которая рванула с места и выскочила на длинную, прямую улицу, по обеим сторонам которой вытянулись высокие старые каменные дома. Потом они куда-то свернули и, проехав две или три улицы поуже, оказались в окраинном районе, застроенном особняками. Вскоре машина остановилась перед утопающим в зелени домом, наполовину спрятанном высокими деревьями сада. Калитка была заперта. Паркер вышел из машины и нажал на кнопку звонка. В доме было по-прежнему темно. Инспектор позвонил еще раз, в окне на первом этаже зажегся свет. Потом где-то рядом тихо скрипнула дверь.

— Кто там? — услышали они хриплый, старческий голос.

— Дома ли мистер Чарльз Крессуэлл? — громко спросил Паркер.

— Что там еще? — кто-то медленно шел шаркающей походкой, и на дорожке, на которую падал свет из окна и от стоявшего невдалеке фонаря, появилась согбенная темная фигура в длинном халате. — Кто вы такой?

Алекс отметил, что и на втором этаже тоже засветилось окно.

— Полиция, — ответил Паркер, когда старик подошел поближе и не надо было кричать. — Мы хотели бы повидаться с мистером Чарльзом Крессуэллом, если он дома.

— Полиция… — Старик подошел еще ближе. Стал их разглядывать.

— Вот мое удостоверение, — между прутьев железной решетки Паркер протянул ему маленькую темную карточку. Старик взял ее в руки и, посвечивая фонариком, который достал из кармана халата, прочитал то, что на ней написано.

— Так… — замялся он, — почему полиция? — как-то недоверчиво прошептал он себе под нос. — Никогда еще тут не было ни одного полицейского…

Но на дорожке снова послышались шаги, более быстрые и решительные.

— Что там происходит, Джон? — спросил молодой мужской голос.

— Я инспектор Скотленд-Ярда, — резко заговорил Паркер, — и обращаю ваше внимание на то, что нахожусь в данный момент при исполнении своих служебных обязанностей. Мне нужно видеть Чарльза Крессуэлла, если он дома. Если его нет, прошу нам сказать…

— Это я, — прервал его молодой человек и подошел к ним. — Открой, Джон.

Старик полез за ключом и отпер калитку. Проходя мимо него, Паркер вытянул из старческих пальцев свое удостоверение.

— Простите, что мы вынуждены побеспокоить вас в этот ночной час, — вежливо сказал Паркер, — но произошло довольно-таки драматическое событие, и мы предполагаем, что вы могли бы сообщить нам кое-что об этом.

— Я? — Чарльз Крессуэлл рассмеялся. В темноте Алекс разглядел два ряда его белых, ровных зубов. — Боюсь, тут какая-то ошибка. Но раз уж вы, господа, при исполнении своих служебных обязанностей, мне не остается ничего иного, как… — Он отступил на шаг в сторону и жестом пригласил их следовать по дорожке, покрытой гравием, к дому.

Паркер двинулся первым, хозяин рядом. Алекс шел за ними по мрачному саду. Загадка никак не поддавалась. Да, теперь это, пожалуй, уже не имело ни малейшего значения… Но в ту же минуту Алекс понял, что́ не давало ему покоя с тех пор, как он переступил порог артистической уборной убитого. Не она ли взяла?..

Они уже были около самого дома, и Крессуэлл, войдя в дверь первым, зажег в холле свет. Молча указал на дверь справа. За ней — небольшая комната, нечто среднее между кабинетом и библиотекой. Алекс с удовольствием бросил взгляд на красивый маленький гобелен на стене.

— Льеж? — спросил он машинально.

— Да! — Чарльз Крессуэлл с интересом взглянул на Алекса. — У вас довольно оригинальные для полицейского пристрастия.

Алекс собрался было объяснить причины своего присутствия в этом доме, но Паркер предостерегающе поднял руку вверх. Все сели.

— Слушаю вас, — начал Крессуэлл. — Я действительно искренне изумлен вашим визитом, господа… У меня никогда еще не было встреч с…

— Были, — вежливо прервал его Паркер, — насколько я припоминаю, три года назад я беседовал с вами о Клоде Клейвиридже, вашем друге, который впутался в кое-какие… гм… дела. Я ведь, кажется, не ошибаюсь?

— Так это вы! — рассмеялся Крессуэлл. — Мне сразу почудилось, что я вас откуда-то знаю! Но я и не предполагал, чтобы… Да, в самом деле, вы беседовали со мной три года назад о бедном Клоде.

— Вот именно. Но сегодня я хотел бы попросить вас, чтобы вы нам рассказали, как вы провели вчерашний день и вечер, вот до этой самой минуты.

— Я?

— Да. Есть кое-какие предположения, что, совершенно о том не догадываясь, вы стали чуть ли не свидетелем убийства и, во всяком случае, в состоянии многое прояснить, если сообщите, что вы делали вчера днем и сегодня вечером. Ничего не хочу вам подсказывать, дабы вы не чувствовали себя ничем связанным.

— Мне все это представляется совершенно невероятным… — сказал Крессуэлл, — ведь вчера с обеда и до вечера… — Он пожал плечами. — Не стали бы вы, однако, будить меня среди ночи, чтобы разыграть, правда же? Тогда я вам расскажу все, что произошло. А не произошло ничего… В четыре я поехал к моей невесте, Энн Додд, и пробыл у нее до без четверти восемь. Скоро наша свадьба, и мы обсуждали наибанальнейшую из всех тем: маршрут свадебного путешествия. Мы хотим выбраться из Англии на несколько месяцев и прокатиться вокруг света. Но, как вы знаете, делать это можно по-разному. Словом, мы очень мило провели время, просмотрев гору красочных проспектов, которые я прихватил с собой, и весьма жарко споря. Затем вместе с миссис Анжеликой Додд, матерью моей невесты, посидели за своего рода поздним чаем. Муж миссис Додд серьезно болен, его с нами не было. Он спустился только к кофе, который мы пили перед самым отъездом в театр. Отправились мы на «Стулья» Ионеско. После спектакля я отвез Энн домой, а сам вернулся прямо сюда. Мне расхотелось теперь бывать одному в ночных ресторанах, а моя невеста не всегда может из-за болезни отца… Вернулся домой, поужинал, помылся и лег спать. Разбудили меня голоса в саду. Вот и все.

— Весьма вам благодарен. — Паркер встал. — Еще только один маленький вопрос: в театре вы были вдвоем с невестой?

— Нет, — Крессуэлл поднял брови, — с нами была и ее мать.

— Но вы только что употребили выражение: «я отвез Энн домой». Его надо понимать так, что вы отвезли домой также и свою будущую тещу?

— Нет. После спектакля миссис Додд попрощалась с нами, сказав, что у нее по соседству есть еще какие-то дела и она вернется на такси. Так что мы поехали одни.

— Еще раз благодарю вас и приношу самые искренние извинения за то, что мы подняли вас среди ночи с постели. — Паркер улыбнулся. — У меня такое впечатление, что вы много помогли мне, хотя, разумеется, я еще в этом не уверен. Всего хорошего, мистер Крессуэлл!

И он вышел, оставив изумленного хозяина истуканом стоять на месте. Не проронивший ни слова Алекс, выскользнул вслед за другом.

VII

Пустой конверт

Они вышли за калитку, Паркер остановился у машины, оперся рукой на крыло.

— Что бы ты сейчас сделал на моем месте? — спросил он.

— Если бы я был на твоем месте, я вернулся бы в театр, чтобы узнать о том, каковы результаты вскрытия, снятия отпечатков пальцев и прежде всего, что за листок держит в руке Винси. Кроме того, остается еще один вопрос, на который мне хотелось бы получить ответ, но я пока, впрочем, воздержусь от него.

— А что бы ты сделал потом?

— Потом я бы отправился к миссис Анжелике Додд и спросил ее, что она делала после окончания спектакля «Стулья», с момента, когда простилась с дочерью и будущим зятем, до возвращения домой.

— Да, ты прав. На своем месте я сделаю то же самое. — Паркер невесело усмехнулся и сел в машину. Едва тронулись, он заговорил, обращаясь не то к себе самому, не то и к Алексу тоже:

— Мы знаем, что в 10.15 в артистическую Винси вошла некая дама. Пока врач именно этот момент — приблизительно этот — считает наиболее поздним вероятным временем смерти, хотя что-то ему тут и не нравится, говорит, слишком уж поздно. Но факты свидетельствуют о другом. Медицинская наука не может работать с точностью хронометра. Спектакль начался в восемь, в девять антракт, который продолжался примерно до четверти десятого, затем Винси снова вышел на сцену. В десять спектакль кончился. Знаю, потому что сам посмотрел на часы. За сколько минут перед финалом Винси мог уйти со сцены?