похож на плохого человека.
– Кто же похож сразу? У тебя просто мало опыта. С виду безобидные всегда себе на уме. Хозяйка, кроме школы, нигде не работала, вот и не встречала таких.
– Мне тоже пришлось нелегко: я учила его работать с кассой. Но что поделать? В ночные смены выходить некому.
– А у тебя знакомых нет?
Напрасно Сихён сболтнула лишнего. От расспросов теперь никуда не деться.
– Я почти ни с кем не общаюсь.
– Как это так? Ты же молодая. У тебя должно быть много друзей.
Что? Она хочет поругаться? Не выдавая своего раздражения, Сихён невозмутимо продолжила:
– А ваш сын? Вы говорили, он целыми днями сидит дома и играет на компьютере.
– Ой, он с таким не справится. Готовится сдавать экзамен на госслужбу… Хотя я ему говорю, что надо попробовать себя хотя бы в дипломатии. Госслужба не его уровень. Он же у меня смышленый.
Сихён уже пожалела, что напомнила ей о сыне. Все равно эта женщина любого переспорит.
– Дипломат – это тоже госслужащий, – пробормотала девушка и уставилась в монитор кассы, притворившись, что занята.
Тем временем собеседница снова завела свою шарманку о неуклюжем медведе, подчеркнув, что без госпожи О магазин так совсем пропадет.
«Ну и шла бы к хозяйке с этими вопросами, чего мне жаловаться? Может, приревновала? Последнее время госпожа Ём ко мне очень добра. Хотя мы все равно работаем в разные смены, чего ревновать-то?» – подумала девушка.
Сихён твердо решила, что уйдет из магазина, когда справится с экзаменом. А про себя усмехнулась, что сыну-то госпожи О придется с дипломатией куда сложнее.
Наконец женщина пожелала ей хорошего дня и испарилась. Не успела Сихён выдохнуть, как зашли посетители. Появление веселых студенток заметно разбавило серую атмосферу магазина.
«Хорошее у них время. Но осталось недолго. Вскоре они, как и я, выпустятся и устроятся куда-нибудь за самую низкую почасовую оплату, пока готовятся к чему-нибудь посерьезнее, – подумала она и тут же расстроилась: – Говорю так, будто уже состарилась!»
Ни работы, ни денег, ни молодого человека – в ее-то двадцать семь лет. Уже скоро двадцать восемь… А там еще пара лет – и тридцать. Тогда придется навсегда смириться с тем, что молодость прошла.
– Посчитайте, пожалуйста.
Сихён вдруг очнулась от размышлений и увидела, что три студентки выложили покупки на прилавок и пристально смотрят на нее. Пришлось оторваться от подсчетов своих лет и рассчитать покупателей.
* * *
К вечеру появился неуклюжий медведь. За окном почти зима. Для бездомного проводить ночи в теплом круглосуточном магазине – настоящая удача. Тут тебе и бесплатная еда, и денег можно заработать – прямо медом намазано. Токко, по-видимому, об этом догадывался и пришел сегодня опрятно одетый и пораньше: на часах было без пяти восемь.
До десяти вечера, пока не закончится смена, ей снова предстоит обучать мужчину, как обслуживать посетителей и обращаться с кассой. А потом придет госпожа Ём и покажет, что делать в ночную смену. Сегодня только второй день его обучения – успевает ли он все усвоить?
Из уважения к хозяйке Сихён ответственно выполняла порученную ей задачу, однако еле сдерживалась, чтобы не выплеснуть стресс на этого неуклюжего медведя. Он работает здесь всего сутки, а уже, едва придя и поздоровавшись, нырнул в подсобку за кофе и уселся наслаждаться им у окна! И не просто дешевый растворимый, а «Кану блек»! Его пила только хозяйка, а Сихён с госпожой О к нему даже не притрагивались. Нашелся, тоже мне, ценитель… Ужас какой-то.
– По ночам… с-слишком сильно хочется спать… Поэтому пью кофе… Этот – л-лучший, – внезапно ответил он на ее молчаливое возмущение.
Сихён усмехнулась и посчитала нужным все же отчитать его:
– «Кану блек» пьет только госпожа Ём: у нее диабет.
Токко покачал головой и что-то пробормотал себе под нос. Неужели выругался?
– Что ты сказал?
– Это х-хозяйка п-посоветовала.
– Да?
– Диабет у-у бездомных ч-часто бывает.
– Что?
– Мы едим… ч-что попало. П-почки тоже отказывают.
– Кто это сказал?
– Утром… утром по телевизору ведущий. Н-на Сеульском вокзале есть телевизор, оттуда и узнал.
– Ясно. Тогда береги себя!
Сихён в очередной раз пожалела, что заговорила с ним. Госпожа О болтает без умолку, Токко бубнит, так что общение с ними не складывалось.
«Вот бы работать с нормальными людьми, с кем можно поговорить! И почему из всех вокруг меня понимает только госпожа Ём? Наверное, потому, что учительница? Или потому, что ходит в церковь? А может, просто с возрастом все такими становятся?»
Прозвенел колокольчик, и Сихён взглядом показала Токко встретить посетителя. После запоздалого «Добро-о» тот громко глотнул кофе и направился к кассе. Сихён подвинулась, собираясь понаблюдать за Токко, как вдруг заметила, что нагрянул самый проблемный из всех проблемных покупателей. Она не видела его несколько дней и уже вздохнула с облегчением, но надо же было ему прийти, когда тут Токко… Наклонившись к уху сотрудника, Сихён прошептала:
– Это ПП. Аккуратно.
– Что? Какой… ПП?
– Проблемный покупатель. Их называют «ПП».
– Ясно. А где этот проблемный покупатель?
– Тише. Услышит еще. Черт.
Будто и вправду услышав их разговор, мужчина невозмутимо подошел к кассе. Прежде чем Сихён успела ответить Токко, он бросил на столик несколько упаковок печенья. Токко неловко взял сканер, будто шимпанзе – смартфон, и погрузился в поиски штрих-кода среди красочных картинок на упаковке.
«Неправильно. Нужно было сначала спросить, нужен ли пакет. Ну ладно». – Сихён решила просто наблюдать.
Справившись наконец со штрих-кодом, Токко пробормотал цену. Мужчина взглянул на девушку и усмехнулся: видимо, понял, что девушка обучает нового сотрудника.
– Сигареты.
– Не курю, – покачал головой Токко, глядя на него.
– Я прошу сигареты…
– А-а, сигареты… Какие?
– Что это за манера говорить? Тебе сколько лет?
– Н-не знаю.
– Пф. Смешно. Совсем дурак, что ли?
– Нет… Какие сигареты?
Проблемный покупатель хмыкнул и повернулся к Сихён. Она тут же потянулась к полке с сигаретами, но он жестом остановил ее и, пристально глядя на Токко, сказал:
– Сейчас увидим, дурак ты или нет. «Эссе эксчейндж», четыре миллиграмма. И побыстрее!
Видов «Эссе» существовало очень много, особенно серии «эксчейндж»: обычные, «эксчейндж ап», «эксчейндж лин», «эксчейндж бинг», «эксчейндж гималаи». Сихён помнила, как трудно было ей, некурящей, обслуживать клиентов, когда они приходили за этими сигаретами. ПП же обычно курил «Эссе» по шесть миллиграммов, но специально попросил у Токко другие, более редкие.
Ко всеобщему удивлению, Токко легко нашел нужную пачку и пробил штрих-код. Мужчина с азартом кинул ему под нос карту, и тот аккуратно взял ее, провел операцию и вернул хозяину.
– Пакет? – испытующе спросил покупатель.
Сихён по-прежнему
