Хорошо, что у него есть еще одна тайная причина, по которой ему так не терпится взяться за дело, подумал Саймон, забираясь в постель. В глубине души он очень хотел доказать невиновность Илзбет Мюррей Армстронг, хуже всего, что его нетерпение объяснялось не только обычной жаждой справедливости, но и тем, что ему понравилась эта милая девушка с ее ярко-синими глазами и нежным голосом, от которого по коже шли мурашки каждый раз, стоило ей только что-то произнести. Саймон чертыхнулся. Илзбет решительно представляла собой опасность, и не только потому, что оказалась замешанной в интригах, измене и убийстве.
Глава 4
Сэр Уолтер Хэпберн был одним из тех мужчин, которых большинство женщин находили крайне привлекательными. С блестящими белокурыми волосами, обольстительной улыбкой, обнажающей превосходные зубы, отлично сложенный, облаченный в великолепный костюм, сшитый по последнему слову придворной моды, Саймон гадал, почему все это так его раздражает. Если Илзбет говорила правду, было безрассудной смелостью со стороны этого человека появиться при дворе сразу после убийства королевского кузена и предъявления ложных обвинений Армстронгам. Должно быть, бросился сюда сразу после побега невесты! А зря. Ему было бы разумнее остаться дома, пока не окрепнут подозрения в адрес его недругов.
Саймона чуть не передернуло от отвращения, когда он увидел, как этот человек изображает ошеломленного, сбитого с толку и уязвленного в самое сердце жениха, обманутого невестой. Все это было игрой, в чем Саймон не сомневался. К сожалению, эта его уверенность никак не означала, что сэр Уолтер действительно виновен в убийстве королевского посланника. Просто этот мужчина умел добиваться симпатий придворных.
И еще кое в чем был уверен Саймон: сэр Уолтер Хэпберн считал, что стоит гораздо выше, чем любой из Армстронгов. Отвращение к их клану подразумевалось в каждом сказанном им слове. Но, кроме этого, понаблюдав за ним дня два, ничего подозрительного Саймон в нем не заметил. В самом деле, если Хэпберн так уж презирал Армстронгов, зачем обручился с одной из их дочерей? Объяснение Илзбет приобретало смысл, но Саймон еще не был готов принять это как факт.
Обнаружилась и еще одна странность. Чем больше думал он об этом деле, — а для себя Саймон уже решил, что хочет поскорей узнать правду, дабы избавиться от наваждения в лице Илзбет, — тем больше загадок возникало на его пути. Ему было совсем не трудно поверить, что Хэпберн способен сделать именно то, в чем обвиняла его Илзбет, и Саймон понимал, что это уже первый маленький шаг к правде.
— Эй! Саймон! Сюда.
Как можно незаметнее для постороннего глаза Саймон скользнул в затененную нишу, из которой его позвали. Интересно, кто бы это мог быть? Может, кто-то из клана Мюрреев или Армстронгов? Раз его, не церемонясь, окликнули по имени, значит, они были знакомы.
— А, Торманд, не думаю, что с вашей стороны благоразумно явиться сюда, — заметил Саймон, становясь так, чтобы не упускать из виду всех, кто присутствовал в зале.
— Как вы догадались, что это я? — спросил Торманд с нескрываемой досадой в голосе. И почему его разоблачили так быстро! — Я думал, у меня отличная маскировка.
— Если вы думаете, что достаточно намазать бороду с волосами чем-то белым да надеть безобразные тряпки, как сразу никто не узнает, тем более я, то вы сильно ошибаетесь. Подозреваю, что и многим из присутствующих здесь женщин, с которыми вы были в близких отношениях, не трудно будет вас узнать. А как поживает дорогая Морэн?
Торманд тихо чертыхнулся.
— Прекрасно. Здорова. И дети здоровы. Илзбет в безопасности?
— В безопасности. Она в моем доме.
— В вашем доме как в надежном убежище? Или как пленница?
Гневная нотка в голосе Торманда сказала Саймону, что он рассчитал правильно. Попытка узнать правду может дорого ему стоить. У него было несколько близких друзей среди Мюрреев, а Мюрреи держались друг задруга. Их любовь и привязанность распространялись даже на самых дальних родственников. Если, он не сумеет спасти Илзбет или решит, что она виновна, его дружбе с Мюрреями придет конец. Даже врагов наживет.
— Вы бы предпочли, чтобы я отправил ее к королю?
— К черту, Саймон! Девочка не убивала того парня, да и Кормак не совершил бы предательства.
— Вы хорошо знаете Илзбет, не так ли?
— Не очень, но все-таки знаю. И еще я знаю Кормака. Он жизнь положил на то, чтобы смыть позор со своего имени. Не станет он пускать под откос свои старания и подвергать дочь опасности.
Саймон тоже так не думал, однако мужчинам свойственно творить странные вещи. Отцы зачастую не ведают, чем заняты их дети. Того факта, что Кормаку незачем было вынашивать изменнические планы, а Илзбет убивать совершенно незнакомого ей человека, было явно недостаточно, чтобы объявить их невиновными.
— Вам отлично известно, что я всегда добиваюсь правды, — сказал Саймон. — Всегда. Я уже помог и вам, и вашему кузену Джеймсу. Если Илзбет невиновна, я это докажу и найду преступника. Но позвольте мне сказать, доказательства пока нет.
Торманд вздохнул.
— Как вам будет угодно. Илзбет рассказала, что произошло? Знала ли она хоть что-нибудь?
После минутного колебания Саймон поведал Торманду все, что услышал от Илзбет.
— Похоже, она говорит правду. — Саймон бросил косой взгляд на Хэпберна. — А этот человек тщеславен и слишком глуп, чтобы быть предателем. Но мне нужно нечто большее, чем ее слово или слово ее родственника. Доказательство, которое перевесит мое слово или мою веру в ее невиновность, — лишь это спасет ее от смертельной ловушки. Вот почему отец Илзбет отправил девушку ко мне. Он верит, что я найду доказательство.
— Я это знаю, — пробормотал Торманд. — Именно этого хочу и я сам. Разогнать мрак, что сгустился вокруг нас. Увидеть врага, которому я смогу вцепиться в горло. Мне не нужны досужие обвинения, ложь и слухи. Я хочу, чтобы Кормаку и его людям не нужно было больше скрываться. Клянусь Господом, если это будет продолжаться в том же духе, моему клану тоже придется бежать.
Саймон понимал отчаяние Торманда и разделял его чувства. Он научился быть терпеливым, потому что понимал — поиск правды требует кропотливой работы. Но сейчас его снедало нетерпение. Это оттого, пытался убедить себя Саймон, что король в опасности. Однако и не только поэтому — ему было невыносимо видеть, как гаснет огонек надежды в прекрасных глазах Илзбет, которая очень надеется на его помощь.
— Нам нужно отыскать Дэвида, — сказал он.
— Дэвида? Кто такой Дэвид?
